Предвестники смерти
Шрифт:
Яна застонала и перевернулась на бок. Мысли Елисей невольно перетекли в другое русло — к переживаниям за Яну. «Что ж ты подцепила, сестрёнка? — спросил он мысленно». И тут его озарило, о чём он сразу пожалел. «Она заразилась мортисом…»
***
Елисей полдня проходил вокруг пикапа, пока Яна крепко спала. Он размышлял, взвешивал, передумывал, жалел, страдал и рыдал. Яна — последняя родная душа, которая осталась у Елисея. Он не может её потерять. Не может! Он решил сделать всё возможное, чтобы она не обратилась и выздоровела.
Но с чего начать, куда поехать? Где найти учёных, лаборатории или какие другие места, где смогут вылечить сестру? Елисей слышал про наноботов, которые существенно повышают иммунную систему, но опять же, где всё это можно найти? К тому же, технология наноботов использовалась только в экспериментальных и элитных больницах. Попробовать связаться с военными? Они точно должны хоть что-то знать. Но каков шанс, что они захотят помогать? Таких, как он, миллионы.
Елисей так и не пришёл к однозначному ответу. Он решил просто поехать прямо, вперёд. Быть может, на дорогах расставили военных блокпосты. Однако есть ли в них смысл? Попробовать связаться, наверное, стоит.
Елисей сел за руль, завёл машину, снял с тормоза, и вдавил педаль газа. Яна что-то простонала и пробормотала. А пикап рванул вперёд, оставляя едкий дым и очертания города далеко позади.
Елисей сидел уверено, уперевшись руками в колесо управления. Он верил, что сможет помочь Яне. Ведь у него не было иного выхода. Она не могла его оставить. А он не мог бросить её в беде. Нет! Хватит с него страданий! Время шло медленно, очень медленно, будто нарочно растягивая часы на минуты, а минуты на секунды, а секунды… Тем не менее, прошло два дня с того момента, как Яне стало плохо.
Сейчас она чувствовала себя не лучше. К головной боли прибавилась вечная тошнота, температура и покалывание в лёгких. Тот ужасный организм, что захватил власть над Яной, точно хотел уничтожить её изнутри, довести до сумасшествия, до подчинения. Однако Яна боролась, и довольно усердно. Она проводила всё большее время во сне, будто бы в коме. Елисей очень верил в неё, надеялся, что она имеет какой-то сильный иммунитет, раз способна продержаться столько времени. Однако сколько она сможет ещё проболеть, прежде чем обратится? День? Два? Неделю? Месяц? Если она как-то продержится несколько дней, это уже будет великое достижение. Особенно после того, как мортис начал экспериментировать над своими генами, после того, как появились псевдопсы, огромные слизни, коконы…
А за эти два дня, что Елисей провёл за рулём он ничего нового не узнал. Перед глазами виделся только асфальт, защитные насаждения в виде тех же сосен и берёз, ясное небо и солнце. Разве что Елисей несколько раз заметил оленя, вернее, то, что раньше им было.
Так и сейчас чёрное массивное тело с рогами, приобрётшими совсем другую форму, более зловещую, острою, смертельную, стояло рядом с обочиной, величественно сопровождая взглядом проезжающую машину.
Елисей даже немного притормозил, чтобы разглядеть заражённого оленя. Но тот воспринял это
— Ты чего так гоняешь? — подала слабый голос Яна.
— Да олени здесь всякие ходят!
— Какие олени? — спросила, слегка хмыкнув, Яна.
— Ну, заражённые.
На этом их разговор закончился. После минутной тишины Елисей глянул на Яну. Она снова спала.
До Елисей дошёл смысл сказанных им слов. Он улыбнулся. Впервые за долгое время. Да, старые шутки останутся в его голове навсегда. «Точно! — подумал Елисей. — Люди. Выжившие. Должно быть, есть и лагеря, убежища. Но вновь та же проблема… Нет карты. Нет информации. Надо достать трансфон. Без него никак. Если интернет до сих пор работает, есть шанс найти лекарство».
Он поглядел на красноватое лицо сестры, по которому вилось несколько тёмных волосков. «Я тебя спасу, — сказал он про себя».
Впереди, по правую сторону, виднелось что-то белое. Из-за слепящего солнца было непросто разглядеть. Но Елисей смекнул: заправка. Он решил заехать. Можно было запастись разными вкусностями, кофе и прочим. А людей или заражённых здесь быть не должно — «Большая реформа автоматизации ручного труда», все ответы в ней. Жаль, — а, может, и нет — что Елисей не решился её прочесть в своё время. За двадцать четыре года всё-таки можно было найти денёк. Возможно, сейчас это оказалось бы полезным.
Елисей притормозил, когда увидел первый знак, предупреждающий о повороте направо. Да, за столько лет, во времена технологий, на трассах до сих пор стоят металлические знаки. Власти объяснили это тем, что такие реформы чересчур дороги. Но кто же им мешал создать программу, которая отображала бы на лобовом стекле автомобиля эти самые знаки? Благо, есть в стране умельцы, которые давно это провернули — так, для эстетического удовольствия некоторых граждан. Но как же жаль, что их труды не воспринимаются всерьёз.
Елисей повернул на заправочную станцию и остановился напротив входа в кафе. Он глянул на Яну, продолжавшую спать, и вышел, тихо притворив за собой дверь.
Вне машины оказалось очень жарко. Солнце палило, припекая голову. На белых пластиковых колоннах заправки и стенах кафе сияли блики. А в самом кафе было темно.
Елисей подошёл к дверям, разъезжаться они, конечно, не хотели, ибо электричества здесь, как и в городе не было. Елисей попробовал растолкать их в стороны. И это помогло, хотя Елисей уже и не надеялся, что ему удастся зайти. Однако такая простота пугала.
Елисей окинул взглядом ряды крошечных стеллажей с закусками и сладостями, заметил у окна несколько столиков с диванчиками, увидел в углу старенькие кассы самообслуживания, которые не потрудились убрать, а напротив входа разглядел кофемашины. Только какой от них прок? А он уже надеялся на чашку кофе…
В дальнем ряду пачек с разными закусками, около двери, что-то с шорохом упало. Елисей повернулся в сторону шума.
Он достал пистолет, который он носил всегда с собой. Он поднял оружие, вглядываясь в слабую темноту. Стрелять он не хотел, будь там человек или заражённый.