Преторианец Дорна
Шрифт:
– Храни свои тайны, брат. Я здесь не из-за них. Я пришёл, потому что пора приступать к следующему этапу миссии. Нам нужно подготовиться.
– Что за этап? – спросил Силоний.
– Во внешней меркурианской сфере расположена ретрансляционная станция. Мы атакуем и выведем её из строя.
Силоний покачал головой:
– В сфере внутренней системы десятки главных ретрансляционных станций. Если мы не собираемся атаковать их все…
– Разрушение – всего лишь вторичный эффект, вызванное им замешательство – третичный.
– Какая главная цель? – спросил Силоний,
– Зажечь маяк. Грядёт Вспарывание и мы – его вестники.
– Что означает “вспарывание”? – спросил Инкарн. Мизмандра остановила свои дела и посмотрела на псайкера. Тишина и неподвижность стали ответом.
Они находились в небольшом помещении на нижних палубах “Богатства Королей”. Пятна ржавчины покрывали стены и медленно вращавшиеся лопасти вентиляторов перемешивали душный воздух. Люки трёх дверных проёмов висели открытыми. Мизмандра пришла сюда после брифинга перед миссией, в основном, чтобы подумать, но также разобрать и почистить снаряжение. Пистолеты и боеприпасы лежали на перевёрнутом ящике, смазанные детали сияли от повторной чистки.
Было много о чём подумать. Она хотела побыть одна, но спустя несколько секунд подняв взгляд, обнаружила, что уединение нарушили. Сюрпризом стало, кто именно. На ящике напротив устроился Хекарон, воин пришёл без доспехов, из одежды на нём были только свободные чёрные клетчатые брюки, голое тело выше пояса покрывали татуировки и символы. Он кивнул ей, усмехнулся и начал разбирать болтер. Она согласно кивнула в ответ. Они сидели в тишине, изредка прерываемой щелчком, треском или лязгом деталей оружия.
Затем к ним присоединился Инкарн. Она узнала, что это он, даже не посмотрев. Был какой-то звук, когда он двигался. Он сел на кучу цепей у стены. Когда ни она, ни Хекарон так и не заговорили, Инкарн кашлянул и облизал губы. Она стиснула зубы. Затем он задал вопрос.
– Вспарывание? Ты не знаешь, что это такое? – ответил вопросом на вопрос Хекарон, рассматривая часть механизма для стрельбы, который он смазывал и протирал. В его улыбке появилась усмешка. Он покачал головой. – Где мы нашли тебя?
Инкарн напрягся.
– Там же, где вы находите всех тех людей редкого таланта, которые готовы сражаться против Императора, – огрызнулся псайкер. – Я знаю значение слова “вспарывание”. Но если наша миссия состоит не в том, чтобы пахать землю и заниматься грабежами и убийствами, то вполне нормально, что я испытываю недоумение.
Хекарон рассмеялся, звук разнёсся по всему отсеку. Его голые плечи затряслись, переплетённые татуировки на мускулах начали извиваться.
– Тебя не откажешь в храбрости, человек. Мне почти понравился твой ответ. – Он пожал плечами, положил деталь болтера на чёрный металлический лист в ногах, взял другую и продолжил чистить. – Но почти – недостаточно. Ты хорошо разбираешься в словах. Ты работал на Легион, поэтому видел, как мы делаем то, что делаем. Используй свой редкий талант и сложи два и два.
– Пожалуй, я воспользуюсь твоим советом, – прошипел
Рядом с Мизмандрой пронеслось размытое пятно, двигаясь быстрее, чем она могла увидеть. Инкарн закружился в воздухе и завопил от боли. В ушах Мизмандры раздался треск, когда над ней прошла ударная волна. Она почувствовала вкус жжёного сахара на зубах. Руки поймали падающего Инкарна, развернули и впечатали в палубу. Хекарон охнул, едва не упал, пытаясь подняться, и затем рванулся вперёд.
– Полегче, брат, – тихо и совершенно спокойно произнёс Силоний. Он стоял над хныкающим Инкарном, поставив ногу на грудь псайкера. Воин смотрел на Хекарона, подняв руку. Мизмандра не видела, как он вошёл. Он появился словно из ниоткуда.
– Он залез ко мне в голову! – прорычал Хекарон, свёртывавшаяся капля крови бежала по правому уху легионера. – Я почувствовал его.
– Он – актив, брат, – сказал Силоний. – Несовершенный инструмент, но он нам нужен.
В дверях появился привлечённый шумом Орн. Мизмандра видела, как он посмотрел на Инкарна и Хекарона, а затем на Силония. Она заметила, как что-то слабо блеснуло в глазах, и Орн остался там, где стоял. Только тогда она заметила болтер в его руках, который он держал так небрежно, что оружие казалось менее опасным, чем его владелец.
Силоний склонил голову и уставился на Хекарона. Вена на шее воина билась под нарисованными чешуйками.
– Он нужен нам, – спокойно повторил Силоний. Хекарон стиснул зубы, блеснуло серебро. Затем он кивнул и отвернулся.
Силоний подождал секунду, затем протянул руку и поднял Инкарна. Он держал его за горло, небрежно, словно тряпичную куклу, а не человека. Мизмандра видела, что пальцы были расслаблены, но они лежали на позвонках, артериях и трахее. Инкарн хныкал, кровь ручьём текла из сломанных зубов и носа по подбородку и щекам. Не было видно, как Силоний пошевелил пальцами, но псайкер внезапно затих. Зрачки в глазах без радужки расширились. Силоний притянул Инкарна к себе, движение казалось почти нежным.
Мизмандра не могла отвести взгляда. Это была самая нежная жестокость, которую она видела.
– Больше так не делай, – спокойно сказал Силоний псайкеру. Не дожидаясь ответа, он бросил Инкарна на пол и направился в сторону Орна. Они ушли, оставив Мизмандру слушать пузырящееся дыхание Инкарна между сломанными зубами.
Ретрансляционная станция 189-56
Трансмеркурианская отмель обломков