Путешествие гнева
Шрифт:
Перед нами замелькали стальные пики динтовок. Мы подравнялись в строю и вытянули руки по швам. Я ощутил, как на лбу выступил пот и тело кинуло в жар. Шанс выбраться из этой передряги в моем случае равнялся нулю.
Не ведая, что нас ожидает, я осторожно коснулся дорожной пластины, прилипшей к моей груди. Ладонь обожгло, и я едва сдержал резкую боль.
— Всем приготовить назначение! — рявкнул старший рубежник.
Пассажиры, будто превратившись в опытных солдат, вытянули вперед пластины.
В начале строя появился низкорослый
Подойдя к столетнему вознице, кранкс загадочно покрутил что-то на приборе — внутренности неизвестного мне аппарата откликнулись воющим звуком, и в стеклянном окошечке началось движение. Две катушки стали одновременно вращаться, а расположенная между ними лента натянулась и начала колебаться, будто струна.
Мне было хорошо видно все, что происходит с машинерией, пока кранкс стоял вполоборота. Но как только он извлек из прибора длинный шланг с окошечком на конце, я заметил лишь яркую вспышку, создавшую вокруг дорожной пластины старика лиловый кокон.
Возница заметно побледнел. И даже в свете ярких фонарей был заметен его нарастающий страх.
Нет, с этой процедурой он явно сталкивался впервые.
— С какой целью следуете в свободные земли? — поинтересовался стоявший рядом с кранксом рубежник. Его длинный крючковатый нос приблизился к старику и обнюхал того с ног до головы.
— Доставляю пассажиров, — раздался короткий ответ.
На вышках зажгли еще пару фонарей, ослепив нас ядовитым светом. Пока я жмурился, ощущая в глазах неприятную резь, допрос продолжился.
— Количество путешественников?
— Шесть, из них двое детей, — загибая пальцы, рассудительно изрек старик.
— Пункт назначения?
— Почтовая станция в Бриге. Та, что на Колючей глыбе.
— Путь следования?
— По дороге Рейны, через Кривые холмы.
Рубежник немного задумался. Внимательно изучил всех пассажиров и вновь обратился к вознице.
— А все ли собираются путешествовать до Бриге?
— Да, сэр, — устало кивнул старик и, немного поразмыслив, добавил: — С другой стороны, они могут сойти и раньше. Ну, сами понимаете, я им не указ. Откроют дверцы — и шасть. Я что же, их тогда ловить буду?
— Не умничай, старик. Отвечай, что спрашивают, — прорычал рубежник.
Возница вздохнул и состроил невинную рожицу — мол, как пожелаете, мне без разницы.
Разочарованно махнув рукой, старший перешел к следующему пассажиру. Процедура проверки повторилась, за одним маленьким исключением — вопросов к травнице у представителя закона было куда больше.
Когда очередь дошла до меня, я изо всех сил пытался скрыть нарастающее волнение. Буравящий взгляд рубежника пронзил меня насквозь.
— Куда направляетесь, юный мистер?
— На Колючую глыбу, — стараясь сохранять самообладание, неуверенно
Мелкие, близко посаженные глаза впились в мой наряд. Короткая куртка, рубаха без ворота и свободные плотные штаны — так одеваются те, кто принадлежит к Цеху или имеет возможность трудиться независимо.
— Студиоз? — сделав молниеносные выводы, поинтересовался рубежник.
— Почти, — уклончиво ответил я, не сводя глаз с кранкса, который уже включил свою ужасную машину.
Жетон погрузился в лиловое сияние гофрированного хобота машинерии, и я впервые в жизни увидел, как работает «Сборщик информации». Пластина жадно поглотила свет и мерно распределила его по всей площади, и вскоре крохотные углубления, напоминающее мелкие зазубрины на лезвии кинжала, стали входить в световые пазы, соединяясь темными нитями. Метки нанизывались одна на другую. Внезапная вспышка — и неведомые мне символы превратились в знакомые слова.
Кранкс указал старшему на внутреннюю часть машинерии, где располагался увеличительный экран, позволяющий прочитать столь мелкие символы.
Кривоносый рубежник задумчиво помял подбородок. Кинул короткий взгляд в мою сторону и задал следующий вопрос:
— У кого вы обучались, молодой адепт?
И тут меня словно осенило. Я ведь абсолютно не знаю, какую именно информацию содержит мой поддельный жетон! Отражена ли в нем хоть часть правды? Или сплошной обман?
Если бы я смотрел на себя со стороны, то наверняка бы заметил, насколько стремительно побледнело мое лицо. Но рубежника, скорее всего, насторожило мое замешательство.
— Вас затруднил вопрос?
Глупо улыбнувшись, я протянул ему билет до Бриге. Судя по всему, мой поступок оценили по достоинству.
— Он, по-моему, не в себе, — предположил кранкс, указывая на экран.
Старший кивнул, соглашаясь с мнением подчиненного. Его взгляд словно прилип к монитору. Я без труда проследил, как стремительно меняется лицо рубежника. Сначала на лбу возникли глубокие рытвины морщин, а в глазах появилась тревога, которая мгновенно передалась мне.
— Милостивый Икар! Не повезло парню, — прошептал кранкс. Старший ничего не ответил, но по выражению лица было понятно — он полностью с ним согласен.
Затаив дыхание, я ждал, когда меня выведут на чистую воду. Но в последний момент мои опасения развалились как карточный домик.
К старшему подбежало двое запыхавшихся солдат и, обернувшись, указали куда-то на дальнюю часть площадки, туда, где несколько здоровенных солдат пытались утихомирить не в меру разбушевавшегося пассажира. Тощая высокая фигура, возвышавшаяся над другими горожанами, что-то жестикулировала, пытаясь объясниться перед мундирами: указывая то на въезд в зону досмотра, то на выезд, перегороженный огромными ежами. Рубежники кивали, соглашаясь с ним, а потом достали кандалы и, позвякивая цепями, решили больше не слушать глупых речей и перешли в наступление.