Путешествие на запад
Шрифт:
– Скажи Татьяне, как обстоят дела, и поднимайся сама, – бросил Соловьев и побежал в прихожую.
Вихрем взлетел по лестнице, заглянул в ту квартиру, где находился бритоголовый: тот увлеченно палил в окно, но без особой суеты, и видно было, что ситуация снаружи хоть и напряженная, но все же не критическая.
– Как? – спросил Андрей.
– Нормуль! – бросил Илья. – Я их научу меня бояться, гадом буду!
– Тогда посмотрю, что с других сторон.
С тыла за расположенными неподалеку от дома гаражами происходила какая-то возня, но признаков
«Во дают, – подумал он, прицеливаясь. – Скоро и вправду на танке приедут».
Пули звонко зацокали по тележке, оставляя на ней вмятины, так что катившие этот своеобразный щит на колесах «собаки» занервничали, и движение замедлилось. Одна высунула голову, и очень неудачно – как раз угодила под вторую очередь, так что из черепа полетели кровавые ошметки.
Прочие не выдержали и кинулись прочь, только громыхнула опрокинувшаяся тележка.
– Ты как? – спросила заглянувшая в комнату Лиза.
– В порядке. Посмотри, что на западе.
Примерно через пару часов стало ясно, что ситуация неприятно стабильная – «собаки» не имели возможности проникнуть в дом и добраться до людей, но при этом не собирались снимать осаду. Хорошая новость оказалась только одна – Слава перестал бредить, крепко уснул, и появились шансы, что с ним все будет нормально.
Твари время от времени предпринимали вылазки, не особенно опасные, но изощренные, всякий раз придумывали что-то новое вроде того фокуса с тележкой и не повторялись при этом.
– Мы вернулись к тому, с чего начинали, – сказал Андрей, когда они собрались в квартире номер восемь, чтобы перекусить. – Непонятно, что делать дальше. Если прорываться, то не так, как утром. Если выжидать, то надо добыть еще воды. Хотя бы в соседнем доме.
– О, а я где-то тут газовый баллон видел! – оживился Илья. – На пятьдесят литров который.
– Ну и что? – раздраженно бросила Лиза. – Он пригодится, чтобы взорвать нас всех к чертовой бабушке, но превратить его в наступательное оружие сможет разве что сам Господь Бог.
– Вот именно, – Андрей кивнул, и бритоголовый загрустил.
Донесшийся с улицы переливчатый, холодный свист заставил Соловьева насторожиться и забыть о еде.
– Это же… – прошептала Лиза, а он метнулся к окну.
Из-за мусорного бака выскочили три «собаки», но убежать далеко они не успели. Размытая тень закрыла солнце, смутное облако прошло над улицей, нечто похожее на нанесенный исполинской кистью мазок на мгновение скрыло тварей, и стало очень холодно.
Изо рта замершего с поднятой ложкой Ильи пошел пар, на подоконнике заблестел иней.
– Это же… – повторила Лиза.
«Мазок» исчез, вновь стали видны улица и трупы «собак», обледеневшие, страшные. А свист повторился, но на этот раз он прозвучал западнее, и оттуда донеслось многоголосое рычание.
– Умереть мне на этом
Над телами тварей поднимался парок, лужи, оставшиеся после вчерашнего дождя и превратившиеся в ледышки, неспешно таяли, воздух становился таким теплым, каким ему и положено быть в конце мая.
– Это то самое, что мы видели еще в Нижнем, – твердо закончил Андрей. – И если оно сейчас уничтожит всех «собак» или хотя бы половину, я буду очень рад. Главное, чтобы затем само убралось подальше. Поэтому сидим тихо, не высовываемся, чтобы оно не догадалось, что тут есть люди.
Рычание потихоньку затихало, удалялось, из общего хора порой выделялись истошные взвизги. Летучая, излучающая холод тварь «давала прикурить» тварям бегающим, кусачим и ядовитым.
– Давай закроем окна, – предложила Лиза, – и занавески задернем, чтобы уж наверняка…
Они сделали и то и другое и затаились, словно мыши, обнаружившие, что рядом с их норой прогуливается кот. Андрей спустился туда, где находилась Татьяна, и предупредил, чтобы она ни в коем случае не открывала дверь и тем более не выходила из дома.
– Я понимаю, – тихо сказала она в ответ. – Там что-то очень опасное… Как он?
Было очевидно, к кому относился вопрос.
– Спит. Все должно быть в порядке, – ответил Андрей и ничуть не покривил душой.
Слава после катастрофы наверняка получил отличную регенерационную способность, и если яд с зубов «собаки» не убил его сразу, то уроженец Рязани оклемается без особого ущерба для себя.
Татьяна слабо улыбнулась и кивнула, но в огромных глазах ее осталась тревога.
В полной тишине, стараясь даже не ходить из комнаты в комнату, просидели примерно час. За это время с улицы не донеслось ни единого звука, ни «собаки», ни то существо, что прогнало их прочь, ничем себя не проявили.
– Ну чо, может, выглянем? Посмотрим, как карты легли, – предложил наконец Илья, которому ожидание давалось тяжелее всего. – О-ха-ха, готов поспорить, да они все сдохли, а этот убрался.
– На что спорить будем? На наши жизни? – спросил Андрей.
Бритоголовый сморщился, открыл рот, готовясь что-то ответить, и вряд ли доброе, но тут снизу донесся шум, недовольный голос Славы, и Лиза мгновенно вскочила с места.
– Он очнулся! – выпалила она. – Я к нему!
Девушка убежала, но вскоре вернулась вместе с уроженцем Рязани, который был бледен, но в остальном выглядел нормально, то и дело кривился, щупая бинт на пострадавшей руке.
– Жив, курилка? – поинтересовался Илья. – Конкретно тебя тяпнули. Ходить под себя не будешь и ерунду нести? Или в полнолуние шерстью обрастешь, как Николсон в той древней киношке?
Слава в ответ скривился.
– Я понял, что на улице чисто? «Собаки» ушли? – требовательно спросил он, глядя на Андрея.
– Ушли.
– Тогда и мы собираемся. – Уроженец Рязани казался довольным, хотя глаза продолжали мрачно блестеть. – И так провели в этой занюханной деревушке слишком много времени.