Пылкий любовник
Шрифт:
– Жду пять минут. – Он похлопал себя по карманам куртки, о чем-то задумался, но только на секунду. – Потом уезжаю.
Зал в «Саттон-Инн» был ярко освещен и переполнен веселящейся толпой, все еще переживавшей события на скачках в Эпсоме, и никто ничего не знал о дуэли. Это было хорошо, учитывая, что, несмотря на высокое социальное положение, за дуэль можно было лет на десять попасть в тюрьму, а то и прямиком на виселицу.
Стараясь поменьше попадаться на глаза гуляющей публике, Джек и Венера поднялись на второй этаж,
– Подожди меня здесь, – сказал Джек. – Или лучше отойди в конец коридора, присядь на диван… – Заметив, что Венера собирается протестовать, он добавил почти с мольбой в голосе; – Я прошу… Если будет хоть малейшая необходимость, я сразу позову тебя.
Она со вздохом кивнула и отошла к дивану. На сердце было как-то пусто, полуосвещенный коридор, в который отовсюду долетали звуки чужого веселья, показался самым жутким местом на земле.
Джек приник ухом к двери, прислушался, потом, затаив дыхание, повернул дверную ручку.
Ему сразу не понравилось, что в комнате темно и пусто. Но, подавив самые мрачные предчувствия, он быстро прошел к темному, плотно зашторенному алькову в дальнем углу. С гулко бьющимся сердцем откинул край полога, ожидая увидеть что угодно… Но только не то, что увидел.
Посреди широкой кровати, раскинувшись на желтом стеганом одеяле, лежала Сара Палмер. Совершенно голая. Джек еще не сообразил, что произошло, а ноги уже несли его к выходу. Но все же он не успел.
– Черт побери! Что здесь творится? – услышал он хриплое ворчанье, взявшись за ручку двери. – А ну стой, парень! Стой, или буду стрелять!..
Услыхав щелчок взводимого курка, Джек замер. Шансы не пострадать от выстрела в упор невелики. А стрелять будут точно, если он шевельнется. В этом Джек был уверен. Представлял примерно и то, что произойдет в следующий момент.
Дальше все разыгрывалось как по нотам. Боковая дверь отворилась, на пороге смежной комнаты появилась леди Тальен. Естественно, в сопровождении каких-то темных фигур. Сколько их было – трое, пятеро?.. Какое это имело значение?
Джек отступил на пару шагов и стоял, хмуро поглядывая на леди Беллу. В тусклом свете фонаря она даже во всем блеске своей мраморной красоты выглядела как зловещий призрак.
– Ну, и чего вы от меня хотите? – хмуро спросил он. – Хотя догадаться нетрудно.
– Значит, не стоит зря тратить время, – со змеиной улыбкой отозвалась леди Тальен. – Отойдите к алькову, маркиз Рэдвер, – эти слова Белла произнесла громко и внятно, – и станьте там… Рядом со своей возлюбленной, жарких объятий которой вам так не хотелось покидать… Не делайте никаких необдуманных и резких движений. Не хотелось бы дырявить такое породистое тело…
Джек, заметив в руках ее сообщников, по крайней мере, пару пистолетов, отступил и стал рядом с альковом. Сара теперь сидела на кровати, но прикрывалась только руками. Тетка, похоже, проинструктировала ее во всех деталях.
– Вы сами-то понимаете, что это всего-навсего дешевый блеф? – проговорил маркиз, слушая себя словно со стороны. –
– Это вы ничего не докажете, – с усмешкой отозвалась леди Белла. – А у меня полно свидетелей… И ситуация, извините, настолько очевидна!
Джек окинул взглядом сумрачные фигуры. Наверняка проходимцы, которые за десяток гиней перед любым судом подтвердят все, что угодно.
– Но это не самое главное… Барон, баронесса!.. Прошу! – как в цирке, объявила леди Тальен.
Джеку хотелось расхохотаться, в голове тупо пульсировала мысль, что в коридоре сидит Венера. Но все это казалось сейчас далеким, никак к нему не относящимся.
– Я тоже могу нанять сколько угодно свидетелей, и они подтвердят все, что угодно, – ледяным тоном проговорил маркиз, наблюдая, как, нисколько не стесняясь своей наготы перед столь изысканной публикой, Сара натягивает рубашку.
Тут негодующе закудахтала, запричитала низенькая и толстая баронесса Палмер, даже в атласном платье больше похожая на фермершу откуда-нибудь из Суссекса. Из всех ее воплей Джек понял только, что речь идет о каком-то ребенке.
– Да, лорд Рэдвер, – словно подтверждая и переводя на человеческий язык красноречие своей супруги, объявил хрипловатым голосом барон Палмер. – Все именно так и обстоит. Наша дочь ждет ребенка. От вас… – Он тяжелым взглядом посмотрел на дочь, которая сидела теперь на кровати с таким торжествующим видом, словно добилась, наконец, того, к чему давно стремилась. – Неприятный сюрприз, а? Только рано или поздно за все свои проделки даже таким ловкачам, как вы, приходится расплачиваться.
– Вполне может быть. – Джек спокойно выслушал речь барона и кивнул. Теперь он почти успокоился. – Но если она даже и беременна, то это не мой ребенок… Я не единственный мужчина в Лондоне, тем более – в Англии.
– Она говорит, что ваш, – с победоносным видом заявил барон, видимо, полагая, что других доказательств не требуется.
– Значит, она лжет. – Джек смерил Сару презрительным взглядом. – Кроме того, скажу по секрету, она не в моем вкусе.
– Зато ты вполне в моем, дорогой Джек! – запальчиво воскликнула претендентка в маркизы. – И наш ребенок – лучшее тому доказательство!
Сара говорила почти искрение, с каким-то отчаянным вдохновением. Развращенная девчонка слишком хорошо понимала, чего она может добиться своей ложью и что сейчас поставила на карту. Леди Белла лишь одобрительно поглядывала на свою воспитанницу.
– Не буду спорить. Сейчас у вас найдется довод на любое мое возражение… Лучше попробуйте доказать все это в суде, – произнес маркиз сквозь зубы, но раздельно и ясно.
– Нам ничего не нужно доказывать, – отозвался барон, прокашлявшись.–Суд просто отдаст должное свидетельству всех этих людей… И еще множества других. Сара говорила, что вас часто видели вместе.
– Неужели?
Голос маркиза был убийственно спокоен.
– Короче говоря, – не сдавался барон, – мой адвокат в самые ближайшие дни навестит вас в Лондоне. С проектом брачного договора.