Ричард Блейд, пророк
Шрифт:
Впрочем, он не собирался сдаваться. Его руки обвились вокруг талии женщины, легко и быстро пробежали по стройной прямой спине, стиснули ягодицы; резко, почти грубо, нажав коленом, он раздвинул бедра Идраны. Она глубоко вздохнула, и Блейд опустил ее на себя.
На миг ему почудилось, что она желает доминировать в любовной игре; он не дал ей времени на раздумья. Он двигался с такой уверенной и покоряющей силой, словно хотел пронзить Идрану насквозь. Ее голова упала к плечу, рот изумленно приоткрылся, глаза закатились. То, что происходило с ней, было чудом, противоречащим прежнему опыту — мужчина изливал на нее яростную страсть, она ощущала его желание,
Сладкая волна забытья накатила на Блейда, Идрана застонала, выгибаясь под его руками, закусывая губы; еще миг — и тетива лопнула. Минуту-другую женщина в истоме лежала на нем. Дурман возбуждения медленно покидал их тела, сменяясь блаженной усталостью и голодом. Наконец Идрана с трудом привстала на коленях, высунула голову из палатки и велела нести еду.
После ужина, состоявшего из хлеба с сыром, копченого мяса и кислого вина, бреггани разговорилась. Блейд слушал внимательно, хотя многое было уже ему известно. Население Брегги делилось на кланы, вероятно, когда-то организованные по профессиональному признаку; теперь же все решали политические пристрастия. Сестры Меча объединяли экстремистов, жаждущих завоеваний и власти; враждующие с ними фракции, из которых самыми влиятельными являлись клан Земли и клан Храма, были сторонниками более умеренных действий. Правящий совет включал представителей всех влиятельных групп, и сейчас в нем шла борьба за пост Верховной Хранительницы, владевшей тайнами Храма Жизни. Насколько понял Блейд, она отвечала за самую важную сторону развития этого странного общества: репродукцию потомства и правильное использование оставшегося с древних времен генофонда мужских воспроизводящих клеток.
Пост не являлся вакантным; старая Хранительница еще была жива, однако достигла весьма почтенного возраста, предполагавшего наличие подготовленного дублера. Вокруг этой проблемы и разгорелось сражение, пока словесное, но грозившее в любой момент превратиться в кровопролитную стычку. Во всяком случае, сестры Меча уже начали планировать насильственные действия.
— Итак, — подытожил странник, — если вы захватите власть, то число рождений в Храме Жизни удвоится. Со временем это позволит увеличить население и армию, удержать новые земли. Что же потом?
Похоже, Идране не хотелось беседовать на эту тему. Она легкомысленно махнула рукой и улыбнулась:
— Кого интересует, что будет потом? Я буду наверху — завтра, сейчас! — и вознагражу тех, кто мне помог. В моих руках окажутся войско и власть, и никто не рискнет сказать слово против меня! Я смогу все! Даже держать для себя мужчину!
Блейд забрал в пятерню свою бородку.
— И ты хочешь, чтоб этим мужчиной был я?
— А где мне взять другого? Разве что… — она внезапно осеклась, потом с усмешкой заметила: — Женщины — это неплохо, и даже сенары хороши для разнообразия, но настоящий мужчина — совсем другое дело. Мне будут все завидовать! По всей Брегге!
— Боюсь, я не подхожу на эту роль, — странник покачал головой. — Я не из тех людей, которых женщина может упрятать в свой карман.
— Что ж, тогда твоя судьба будет печальной, — Идрана пожала плечами. — Ты еще помнишь про кол?
— Посадить на кол единственного мужчину в Триречье? Ты не очень-то благоразумна!
Казалось, Идрана колеблется; внезапно, махнув рукой, она заявила:
— Хочешь поговорить всерьез? Ладно, поговорим! — потянувшись к кувшину с вином, женщина сделала несколько жадных глотков, — Я думаю, ты появился
— Безусловно, нет, — Блейд ухмыльнулся.
— И ты полагаешь, что совету Брегги не ведомо о безволосых сенарах вроде тебя? — она сделала паузу. — Это тайна только для простых бреггани! Мы замечали в море корабли, мы допрашивали дикарей… Где-то там, на юге, — она вытянула руку, — живет твое племя, на побережье за фиолетовой пустыней, или в предгорьях Каменного Серпа! Очистив леса от сенаров, я пойду дальше… я разыщу твой народ… — губы Идраны скривились в усмешке. — Там найдется много сговорчивых самцов, предпочитающих женский карман колу… У меня будет богатый выбор!
Как раз этого-то и боялся Нуг-Ун, мрачно подумал странник. Рильгон и Идрана, оба они стоили друг друга. Оба были из породы вампиров, убийц, жаждущих вырезать под корень, вбить в землю, насадить на кол всех, кто не желал склониться перед ними. Погладив бороду, Блейд сказал:
— Кое в чем ты права, Идрана, во многом же ошибаешься. — Он заметил, как дернулась ее щека, но спокойно продолжал: — Я не из Триречья. До тех мест, откуда я родом, твое войско не доберется и за тысячу лет… Но в предгорьях Серпа, за Лесом Сенаров, действительно есть люди. Разные люди! Одни готовы протянуть вам руку дружбы, другие… другие скоро будут стоять у ворот Брегги, потрясая мечами. Что ты выберешь, воительница?
Она словно не слышала его последних слов. Глаза Идраны вспыхнули, губы сжались.
— А! Значит, как я и думала, ты — шпион! Ты и твой вонючий приятель!
— Нет. Я же сказал, есть люди, готовые протянуть вам руку дружбы. И помощи, Идрана, помощи! Ибо с войском, которое идет в степи бреггани, вам одним не справиться.
Женщина фыркнула, на миг напомнив страннику Вайалу.
— Пусть приходят! У нас заготовлено много колов, хватит для всех сенаров — и волосатых, и безволосых!
Блейд внимательно посмотрел на нее.
— Помнишь пророчество Великой Матери? — Идрана с недоумением кивнула. — А теперь выслушай мое. Если пришельцы победят, тебя ждет легкая смерть на поле битвы. Если нет… Тогда ты подымешься к вершинам власти, и многие бреггани станут в самом деле тебе завидовать. Потом какая-нибудь сестра Меча, возжелавшая занять твое место, всадит тебе под ребра нож. Клянусь Великой Матерью, так оно и будет!
Пожалуй, он перегнул палку, бреггани взвыла, как раненая пантера, и выхватила из-под подушки кинжал. Впрочем, запястье ее тут же оказалось в руке Блейда, и клинок мягко вошел в землю. Крик Идраны, однако, переполошил всех женщин в лагере, и не успел странник повернуться к выходу, как к груди его были приставлены два обнаженных меча.
— Распять его, — коротко приказала Идрана. — Распять на всю ночь рядом с тем вонючим скотом, его приятелем! О, Великая Мать! — она плюнула Блейду в лицо, затем отвернулась, уткнувшись в подушку. Плечи ее вздрагивали.
Глава 10
На золотисто-желтой равнине стоял белый город. Мощно возносились к небесам каменные стены и острые кровли башен, зубчатые парапеты и округлые купола; одетые медью шпили тянулись вверх, словно хотели проколоть облака своими позеленевшими от времени остриями. Периметр стен образовывал правильный восьмиугольник, и восемь больших цилиндрических башен, напоминавших стволы чудовищных деревьев Хасрата, высились над травяным разливом степи. Меж ними выступал ряд изящных донжонов, оседлавших ребра контрфорсов; два из них сторожили высокую арку ворот.