Рождение ведьмы. Свет или тьма
Шрифт:
— Саша, прекрати сейчас же истерику! — О! А вот и Лёша подоспел. — Причитаешь тут, как гунха*-наседка! Хватай её быстрее и тащи в тамор*. Первую помощь я ей оказал, но раны промыть надо.
Позади Лёши я заметила Феликса, который нервно перетаптывался и дёргал хвостом из стороны в сторону.
«Всё будет хорошо, не переживай. Еще успеем схлестнуться в поединке за звание «главной занозы в мягком месте». Главное не уходи.» — Постаралась мысленно успокоить своего друга.
«Ни за что не уйду. Я ведь твой фам…друг.»
— Да-да, — затряс головой брат, как китайский
Перемещение тела в пространстве не прошло для меня бесследно. В глазах опять потемнело, тело глухо отозвалось болью во всех местах, а сознание, наконец, решило взять передышку. Под мерное укачивание на руках родного человека я уплыла в темноту, на этот раз уверенная, что я в безопасности.
Тамор* — казарма. Здание с жилыми, служебными и учебными помещениями, предназначенное для постоянного размещения личного состава воинских частей.
Гунха* — сельскохозяйственная птица. По назначению применения человеком сравнивается с курицей.
Глава 14
Возвращаться в реальный мир было что-то из разряда «Миссия невыполнима». Несколько раз сознание возвращалось, но состояние при этом было, словно нахожусь в коме. Слышала чьи-то голоса, звон стекла, шуршание бумаг, топот ног рядом с местом, где я лежала, по-крайней мере положение тела в пространстве мозг определял безошибочно.
Чувствовала при вдыхании местного воздуха запахи спирта, трав, мокрой земли. Но, не смотря на то, что органы чувств работали на пределе, подать знак, что я пришла в себя, никак не получалось. Даже пошевелить пальцем или поднять веки оказалось задачей — невозможной для выполнения. Всё тело словно состояло из металла, жёсткого и неподъёмного.
Сколько я так провалялась, не имею ни малейшего понятия. Я то, приходила в себя, то снова проваливалась в небытие. Снились какие-то размытые образы, которые я не могла никак уложить в одну обобщенную картину.
Перед глазами появлялись друзья и родные, вместе и по одному. Они вели меня куда-то сквозь темноту, окружившую меня плотным туманом. Но сколько бы я не двигалась вперёд, не могла найти то, что они хотели мне показать, сопровождающие таяли перед глазами раньше времени. А когда их образы пропадали, я впадала в панику. Одной оставаться в неизвестном месте, состоящем из густой и плотной тьмы, было просто панически страшно. Она сгущалась вокруг, включая моё воображение на максимальную мощность.
От разгулявшегося воображения мерещились повсюду чудовища, скрывающиеся в тумане, и выжидающие момента для нападения. Я шарахалась в панике из стороны в сторону, бежала куда-то, хотя понятия не имела, как отсюда выбраться. В какую сторону бежать? Где конец этой реальности? Как попасть в свой мир, к друзьям и брату? Одни вопросы и ответа на них у меня не находилось.
Отчаянно захотелось домой, к маме с папой. Хотела просто сидеть с ними на кухне в нашей квартире, пить чай с блинчиками, напеченными мамиными добрыми руками, макая их в любимое малиновое варенье. А папа как всегда
Боже, как я по ним скучаю. Кажется, что прошла целая вечность с последнего момента, как я их видела. Скучаю по маминым теплым объятиям и доброй улыбке. По папиным шуткам и толковым советам, которые не раз выручали меня.
Я предавалась тоске по родителям, и не совершенно потерялась во времени, не обращая никакого внимания на происходящее вокруг. Пока это самое происходящее не решило напором привлечь моё внимание. Что-то яркое промелькнуло прямо перед моим носом, а потом я почувствовала ощутимый удар по лбу. Потёрла ладонью пострадавшее место. И снова глаза ослепил ярки свет, разрезавший темноту. Приглядевшись, увидела огонёк, который прыгал в воздухе прямо перед моим лицом.
Ещё какое-то время он выплясывал на одном месте, а после резко рванул вперёд. Остановился. Снова вернулся ко мне, а после опять полетел вперёд. Это повторилось раза три, когда до меня таки дошло, чего он хочет. Чтобы я следовала за ним.
Поднялась на ноги и двинулась на свет. Огонёк подпрыгивал и быстро двигался вперёд, словно боялся, что я передумаю идти за ним и снова усядусь разводить сырость.
Двигались мы довольно долго. В непроглядной тьме мой указатель был единственным источником света, поэтому я ускорялась, боясь упустить его из виду и снова остаться одной.
Не могу сказать, сколько прошло времени, часы забыла дома, а в этом месте понятие времени явно носит относительный характер. Но в какой-то момент окружающее пространство стало светлее, и чем дальше мы двигались, тем сильнее расступалась тьма, образуя для меня проход в виде туннеля, конец которого был виден, как один сплошной сгусток света. Мда…что-то туннель, да и свет этот, противоестественный, возвращают мою, едва подавленную панику. Ох! Что-то у меня не хорошее предчувствие. Я что, умерла? А если так, то куда я теперь попаду? За свою жизнь я не совершила очень плохих поступков, но и ангелом меня назвать затруднительно. Куда ведёт меня этот огонёчек? Что он сам такое, чья-то душа, что провожает на ту сторону? Может не поздно развернуться назад? Хотя сзади меня тоже не ждёт ничего хорошего. Видимо выбора мне не оставили.
Но мои стенания оказались напрасными. Едва я переступила, какую-то невидимую неподготовленному глазу границу, яркий свет сменился обычным освещением, присущим жилой комнате, исходящий из настенных факелов. Я, наконец, смогла разглядеть окружающее пространство.
По внешнему виду напоминало какой-то зал округлой формы, возможно для колдовства или проведения ритуалов каких, на эту мысль наводили странные символы, покрывающие все каменные стены. Пол так же был с рисунками, если быть точнее, то по центру был ровный круг, разрисованный неизвестными мне закорючками. По центру круга располагался постамент, а над ним парил в воздухе светящийся шар белого цвета.