Руку мне дай...
Шрифт:
— Да брось, что ты так держишься за рухлядь? – небрежно сказал Блэк. – Ты молодой современный волшебник, а трясешься над этим антиквариатом как старик Горбин из Лютного.
— Вам с Лили надо было вместе жить, — скривился Поттер. – У нее такие же взгляды были, прям один в один.
— Ну, нет, твоя жена зануда, а ведь сначала казалась довольно бойкой девчонкой без комплексов. И вообще, рано мне семьей обзаводиться, я еще сам ребенок! – Сириус сонно потянулся. – Спать хочу.
— С чего бы это? Опять всю ночь с Прюэттами шастал возле особняков чистокровных, пытаясь засечь их во время рейдов? – скептически спросил Джеймс, который теперь терпеливо сидел дома. Он постоянно ждал
Было очень неприятно признавать, но скорее всего, жена узнала таки о кабальном браке. Когда она сидела дома, информации ей неоткуда было почерпнуть, а там, где она сейчас… мало ли доброхотов, способных определить ее брачный статус? Да, редкие книги по этой теме он из библиотеки убрал, но кто сказал, что эти фолианты единственные на свете? Так что как ни крути, а обманывать себя не стоит – Эванс всегда была гордячкой, скорой на расправу, и лишь это помогло ему отвратить ее от мерзкого Нюниуса. Она так и не простила того, по крайней мере, за время их брака Джеймс ни разу не услышал от жены даже упоминания о друге детства. Только вот он не предполагал, что это так же коснется и его самого…
— Что-то ты выглядишь не очень, — присмотрелся Сириус к закадычному другу. – Джейми, прекрати уже ты этот траур надуманный, пойдем повеселимся, как раньше! Раз Эванс не объявляется, значит, ты ей не больно и нужен! Я же говорил тебе тысячу раз, оставь ты ее! Эти маглорожденные… — он поморщился. – Вот женился бы на чистокровной, не страдал бы как сейчас. И никто бы за ней не охотился и вообще… Жил бы спокойно со своей семьей. Нет же, втемяшилось в голову – хочу Лили!
— Заткнись! – злобно заорал Поттер, сжимая кулаки. Почему-то нытье друга вдруг вывело его из себя, напряжение, копившееся в нем неделями, пыталось вырваться наружу и набить кому-нибудь морду. Жаль, что Нюнчика рядом нет, и выплеснуть раздражение не на кого…
Блэк вытаращил глаза и, разобидевшись, встал с кресла.
— Джей, да ты совсем одичал, я смотрю. Нашел из-за кого со мной ссориться, из-за бабы!
— Она не баба, а моя жена и мать моего сына, — прошипел Поттер. – Да, я знаю, что тебе никто не нужен, и к своей собственной семье ты всегда относился пофигистически, но не забывай, что в отличие от тебя, мои родители меня любили и ни к чему не принуждали!
— А вот этим ты меня зря попрекать вздумал, — еще пуще оскорбился Сириус. – Я вообще-то для твоего же блага тебе это сказал, но раз так… сиди и страдай по своей Эванс. Она, может, уже давно себе другого кавалера нашла, — он усмехнулся.
— Как будто ты не знаешь, что клятва ей не позволит, так какого… чушь несешь? – проскрежетал Поттер.
— Ну, при желании любой обет можно обойти, главное – знать, как это правильно сделать, — Блэк мстительно ухмыльнулся. – Это же ты только у нас такой наивный светлый мальчик. Ладно, пока, Джейми. Надумаешь – присоединяйся. До полуночи я буду у себя дома. До встречи.
Друг вышел, нарочито громко хлопнув дверью и насвистывая веселенький мотивчик.
Поттер злобно
В доме было тихо, уныло и темно. Уже полтора года…
— Так время быстро пролетело. Гарри уже год исполняется. Умница ты наша! – Петунья ворковала с племянником.
Юный Поттер рос очень спокойным ребенком, даже Северус признавал, что он совсем не похож на буйных темпераментных родителей. Бабушки, разумеется, были от малыша без ума, но, тем не менее, держали себя в рамках и не сажали его на шею во всех смыслах, так что к году Гарри уже научился ходить сам и редко просился на руки.
Снейп любил гулять с ним в саду. Малыш ковылял рядом, держась за палец дядюшки и внимательно глазел по сторонам, с любопытством крутя по сторонам темноволосой головой.
Глаза у него оказались насыщенного зеленого цвета, даже ярче чем у Лили, чем та несказанно гордилась, беззастенчиво прогнозируя, что волшебником Гарри будет неслабым. На вопрос Петуньи, как это связано с оттенком радужки, Лили гордо бравировала новомодными выкладками магогенетиков о корреляции внешних признаков с магическим наполнением.
— Ну, как по мне, так этих показателей маловато будет, — скептически обломала сестренку Пет. – Будь у него хоть твои глаза и даже рыжие волосы, без должного усердия в учебе ничего не добьешься. Так что подожди немного, пока Гарри подрастет, и начинай правильно учить, а не так, как вас в вашем Хогвартсе натаскивали. И вообще, мне Монгво с Вейером как-то говорили, что зеленые и синие глаза как раз таки указывают на среднюю силу. А вот чем темнее волосы и цвет глаз, тем сильнее маг. Возьми хоть Монгво – мало кто в Штатах будет сильнее него. Думаю, даже ваш Дамблдор долго не продержится против.
Лили надулась. Да, она слышала и читала о доминантных генах и прочей белиберде, но… так хотелось, чтобы ее ребенок стал кем-то выдающимся, незаурядным… Вот почему Петунья такая всезнайка и всегда ее ставит на место, а? Даже не дает немного погордиться и помечтать!
Пет, посмотривая на насупившуюся сестренку, усмехалась про себя. Лили такая наивная. Какая разница, силен твой ребенок магически или нет? Любить детей надо вне зависимости от их одаренности. Сев рассказывал ей о школьном завхозе – Аргусе Филче, которому не повезло родиться в семье чистокровного, но без магических способностей. Он, по сути, стал изгоем. И если бы не доброта Дамблдора… на этом месте Сев хмыкнул ядовито, разумеется. Если бы не директор, в общем… то Аргус Филч вполне мог бы уйти в магловский мир, получить там образование и стать уважаемым человеком. Но нет. Из-за того, что он сидел дома, так и застрял между двух миров. В итоге получил работу обслуживающего персонала и теперь ненавидел сопляков, которые вовсю махали волшебными палочками и пачкали своей грязной обувью вымытый им пол в школе.
Вот и Лили рассуждала так же, как эти самые чистокровные снобы. Если у маглов жалели ребенка-инвалида, родившегося с физическими недостатками, то у высокородных магов таковым считался вполне здоровый и умственно нормальный человек, но без этого идиотского волшебного дара! Полный абсурд.
Пет в глубине души даже стала побаиваться – а вдруг ее, то есть, их с Севом ребенок, не унаследует способностей отца? Ведь ее гены тоже могут преобладать над генами мужа и… хотя, она блондинка, а Сев ведь черноволосый и черноглазый, а обычно эти признаки доминируют… в общем, она твердо решила, что даже если так и случится, ее дитя никогда не услышит этого мерзкого слова – сквиб! Поэтому и так резко укоротила амбиции Лили.