Сбежавшая жена
Шрифт:
Глаза Соломона пораженно расширились. Мужчина уставился на меня и приоткрыл рот.
Соломон свел брови на переносице, затем прочистил горло, негромко покашляв, и медленно заговорил.
— Как ты узнала о коллекционерах?.. это не то, что обсуждается за чашкой чая в высших кругах, Лоррейн. Это не та тема, которая должна волновать столь юную девушку!
Лицо Соломона становилось устрашающим и обеспокоенным одновременно. Я невольно поежилась от проявления столь резкой перемены.
— встретила одного совершенно случайно в лечебнице, и мы разговорились.
Точнее... меня попросту схватили
честно призналась я.
Взгляд Соломона машинально переместился на мою шею. Он несколько секунд молчал, будто переваривал информацию, а затем резко вскочил на ноги, отчего стул, на котором он сидел, с сильным стуком упал на пол. Я машинально вздрогнула и съежилась.
— Но со мной все в порядке, — пролепетала я, надеясь, что это смягчит взгляд наставника. — Не о чем беспокоиться!
Таким я видела его впервые. Соломон щурился, нахмуренные брови практически слились на переносице, на висках заходили желваки. Зеленые глаза засверкали магией, готовые пронзить неугодного, а стиснутые челюсти делали вид мужчины ещё более устрашающим. Я и не знала, что наставник может быть настолько разъяренным. Это пугало и обескураживало одновременно. Я
ощущала себя под надежным крылом, но заставила себя отбросить эту мысль. В груди тем не менее предательски разливалось тепло.
— Расскажите мне, — мягко потребовала я. — Только вам и Эдит я могу доверять сейчас. Прошу.
Я похлопала по одеялу, призывая наставника присесть и продолжить разговор.
Взгляд Соломона наполнился непонятными для меня эмоциями. Я не знала, что творилось сейчас в его душе, но я чувствовала, что он мечется. Он будто бы знал, о ком именно шла речь... В голове снова вспыхнули слова нападавшего о том, что я мечусь меж убийц собственных родителей.
Внемля моей просьбе, Соломон поспешно пробормотал извинения, подхватил стул и уселся, упершись руками в колени.
— В стране существует магическая группировка, — вздохнув, начал Соломон. — те, кто хочет нажиться легким путем, продавая реликвии втридорога знати, или те, кто собирает редкие магические дары, объединились вместе и стали звать себя коллекционерами. Некоторые из них практически безобидны, с ними легко справиться... Но также существуют последователи, готовые пойти по головам ради намеченной цели. Они не испугаются ничего, вплетая в свои сети все больше жертв. Они готовы убивать, разрушать и даже продавать сведения о своей стране.
Эти люди — отчаявшиеся. Им нечего терять.
Соломон замолчал. между нами нависла тишина. Но она не была грузной, скорее печальной.
— Вы знали кого-то из них? — тихонько поинтересовалась я.
— Я же рыцарь, — усмехнулся Соломон. — Сколько себя помню, мы боремся с ростом их влияния.
Он облизнул сухие губы и вдруг добавил с горечью:
— Да, я знал одного. Он погиб, угодив в собственную же ловушку.
Я прикоснулась к руке Соломона и стала поглаживать его, словно пытаясь успокоить. Мужчина в ответ мягко сжал мою руку, а затем подался вперед и положил ладонь на одеяло.
— Что произошло? Ты можешь рассказать мне?
— Дда.. — кивнула я с неуверенностью. Отчего-то мне стало не по себе, когда наставник разорвал наш тактильный контакт. Я вспомнила,
Набрав в легкие воздуха, я решилась продолжить: — Мои родители были в ужасном состоянии еще тогда, а сейчас они буквально на грани. Когда у нас с вами закончилась последняя тренировка, я обнаружила шокированного Реймонда в коридоре поместья. Он сообщил, что нас пригласили в лечебницу.
Рот приоткрылся от ужаса, губы невольно задрожали. Я замолчала, вспомнив слова Соломона о том, что прошло ещё четыре дня. Они могли оказаться смертельными для моих родителей. Мне хотелось прямо сейчас сорваться с места и поехать к ним, невзирая ни на что. Меня мог поймать
Реймонд, но это не имело совершенно никакого значения. Однако я была до сих пор слишком слаба. Ужаснувшись от мысли, что Реймонд мог сделать что-то с моими родителями в отместку за то, что сбежала от него, бросив раненым, я нервно посмотрела на Соломона. На секунду я испытала чувство вины за то, что сделала, ведь я не планировала заходить так далеко и причинять Реймонду боль. Я желала услышать правду, но эмоции одержали верх. Если бы мужчина не напал на меня, когда я держала в руках оружие, то этого всего не случилось бы Поймав выжидающий взгляд
Соломона на себе, я продолжила свой рассказ, попросив мужчину не перебивать меня и выслушать всё от начала до конца. Я тщательно следила за изменениями на его лице, ведь существовал шанс, что он тоже причастен к убийству. Конечно, мне не хотелось верить коллекционеру, но если наставник тоже был замешан в этом преступлении... Я мотнула головой отгоняя от себя эти мысли.
Рассказав о том, как поймала Реймонда с поличным у тел своих родителей, как он одурманил меня эфирами и вынудил священника обвенчать нас в ту же ночь, я не умолчала и о том, как мечтала отомстить супругу. Пусть это решение и не красило меня. Я не хотела лгать.
— Всё это время я искала настоящих преступников, и хоть Реймонд говорил, что он не причастен, я не доверяла ему... Не так давно мне стало известно, что отец ослаб из-за раны, нанесённой ему лордом Вернером... — Я тяжело вздохнула, но чувство безудержной ярости куда-то испарилось.
Соломон внимательно слушал каждое слово. Его эмоции отражались на лице. Он был поражен и обеспокоен, но я уже перешла через всё это... Злость на Реймонда чётко вырисовывалась на лице наставника.
— Кто-то исцелил моих родителей, но они не могли прийти в себя, и даже моя магия не позволяла вернуть их к жизни. Внутри них практически иссякла магическая энергия.
Соломон тотчас шикнул от боли и схватился за голову. Я испугалась, но мужчина поспешил успокоить меня жестом.
— Тебе не о чем беспокоиться. ВсЁ это от усталости и недосыпа. Как только я восстановлюсь, боли исчезнут. Периодически со мной такое случается из-за переутомления.
Я неуверенно кивнула. Мне стало совестно, что я выплеснула на наставника свои проблемы.
— Простите, что обрушила всё это на вас!
Переживания Соломона и его участие в разговоре я приняла как положительный знак. Наставник не мог столь искусно лгать, мне не в чем было уличить его, и я расслабилась.