Сияние огненного опала
Шрифт:
– Как идут ваши дела? – поинтересовался Джонатан как-то днем, когда они снова встретились.
– У нас с каждым днем все больше клиентов, – ответила она. – Дядя доволен. Но недавно у нас был неприятный инцидент с неким Бояном Ратко. Он пришел к нам и грозился убить дядю.
Джонатан был возмущен.
– Он хотел вас ограбить?
– Возможно, он сделал бы это, если бы у нас был опал, известный как «Австралийская Олимпиада». Он хотел знать, не продал ли тот опал моему дяде отец Марли. Этот человек очень агрессивный, просто страшный. Констебль
– Я видел не раз, как он ругался с Андро. Могу себе представить, какого страха вы натерпелись. В самом деле, неприятный тип. Я рад, что он в последнее время больше не приходит к нам в лагерь. Надеюсь, что так будет и впредь.
Больше всего его беспокоило, что появление Бояна Ратко напугает девочку.
Джонатану нравились прогулки с Марли. Они шли на пользу не только ей, так как она узнавала от него много нового, но и ему. Однажды они шли по высохшему руслу ручья, и девочка показала ему место, скрытое под большим камнем, откуда просачивалась вода. Сам Джонатан никогда бы не догадался об этом. Марли рассказала ему, что кенгуру находят среди песка и камней драгоценную жидкость, помогающую им выжить. Еще она знала, что птицы наблюдают с деревьев за кенгуру, потом слетают вниз и пьют вместе с ними.
Когда в тот день они возвращались в лагерь с дровами, она вдруг остановилась возле эвкалипта и прислушалась.
– Ты слышишь, Джонатан? – спросила она.
Но Джонатан слышал лишь стук старательской кирки в ближайшей к ним шахте. Больше ничего.
– Что такое, Марли? – спросил он.
– Да ты послушай, – настаивала она и прижала ухо к дереву.
Джонатан последовал ее примеру и, к своему удивлению, услыхал тихий писк.
– Что это? – прошептал он.
– Птенчики какаду, – засмеялась Марли. – Они сидят в дереве.
Джонатан запрокинул голову и увидел в кроне дерева взрослого попугая гала, как называют в Австралии розовых какаду. Он с беспокойством наблюдал за ними с ветки.
Марли улыбнулась Джонатану. Она не скрывала радости, когда выяснялось, что она знаете что-то, о чем он даже понятия не имел.
– Яйца гала очень вкусные, – сообщила она и потерла свой животик.
Джонатан сморщил гримасу.
– Неужели? – спросил он и покачал головой. – А я их терпеть не могу.
– Змеиные яйца тоже вкусные, – продолжала Марли. – Но в это время они не откладывают яиц.
Джонатан обрадовался, что девчушка внимательно смотрела на землю и не замечала отвращения, появившегося на его лице.
– Марли, змеи очень опасные, – сказал он, надеясь, что она никогда не станет забирать у змеи отложенные яйца.
– Для меня нет, – ответила она. – Мамочка научила меня, как надо обращаться со змеями.
Джонатан вздохнул. Когда речь шла об опасностях, подстерегавших человека в австралийском Аутбэке, Марли его не слушала. Они молча шли к лагерю, и, когда поравнялись с местом, где спал Джонатан, молодой женский голос вывел его из раздумий.
– Доброе утро.
Он
– Доброе утро, – ответил он, не понимая, почему она появилась возле их лагеря.
– Привет, – сказала женщина Марли и с улыбкой наклонилась к ней. – Как тебя зовут?
Джонатан заметил, что она, нагнувшись, старательно прикрыла колени, и ему стало любопытно.
– Марли, – тихо ответила девочка и крепко прижала к себе медвежонка.
– Какое красивое имя. А сколько тебе лет, Марли?
– Мне шесть лет? – спросила девчушка у Джонатана.
– Как сказал твой отец, тебе месяц назад исполнилось шесть лет, – ответил он и посмотрел на женщину. – По-моему, она рослая для своих лет. Правда, ее отец тоже крупный.
– Нет, для шестилетней у нее самый нормальный рост, – возразила женщина, все еще улыбаясь.
– А тебя как зовут? – спросила Марли. Ей очень понравилась красная помада на губах женщины и ее широкополая шляпа с красной лентой.
– Клементина.
– Ой, какое некрасивое имя, – заявила девочка, наморщив нос.
– Марли!
Смущенный Джонатан сделал замечание девочке, но, к его удивлению, Клементина рассмеялась. Но даже теперь Джонатану померещилась грусть в ее глазах.
– Я тоже считаю, что у меня некрасивое имя, – сказала она.
– Зато у тебя красивая лента на шляпе, – сказала Марли. – Я еще никогда не видела такой красоты.
– Правда? – Клементина сняла шляпу, и на ее плечи упали пышные каштановые волосы. Сняв со шляпы ленту, она повязала ее на шею медвежонку и завязала красивый бант. – Вот, – сказала она. – Красивый у тебя медвежонок?
Марли просияла. Ее губы растянулись в широкой улыбке.
– Да. Спасибо.
При виде ее радости у Джонатана потеплело на сердце.
– Как зовут твоего медвежонка? – поинтересовалась Клементина.
– Гула, – ответила девочка и опять прижала к себе игрушку.
– Гула? А-а, – сказала Клементина и взглянула на Джонатана. – Она очень любит медвежонка, да?
Медвежонок был одноглазый, с надорванным ухом. Швы явно подновлялись много раз.
– Она с ним не расстается, – ответил он. – Хотя он выглядит так, словно ему давно пора отправиться в медвежий рай.
Марли еще крепче обхватила медвежонка и смотрела на них большими глазами.
– Никуда он от тебя не убежит, – успокоил ее Джонатан. – Тем более теперь, с такой красивой лентой на шее. – Он перевел взгляд на Клементину. – С вашей стороны очень любезно, что вы подарили девочке красивую ленту. В последнее время на ее долю выпало много горестей, поэтому она так привязана к своей игрушке.
– Детям очень нужны такие мягкие игрушки, которые можно прижать к себе, – грустно сказала Клементина и ласково посмотрела на девочку. – Они дают им ощущение безопасности. Ведь дети мало что могут контролировать.