Скрытый Тибет. История независимости и оккупации
Шрифт:
Буддизм, официально признанный одной из традиционных религий Российской Федерации, — это именно тибетский буддизм, а не какое-то местное и отличное от него направление.
Вернемся к Тибету. Там период XVII—XVIII вв. ознаменовался становлением теократической власти Далай-лам и возвышением школы Гэлуг. Развитие буддийской веры стало одной из главных задач государства. Правительство подчинялось Далай-ламам, большое значение в управлении страной принимали высшие ламы, в первую очередь — «трех великих монастырей» этой школы: Гандена, Дрепунга и Сэра. Глубокая религиозность тибетского народа сохраняется до сих пор.
Эта книга не ставит целью излагать учение тибетского буддизма. Но надо отметить некоторые его важные черты. Лучший источник — аутентичный. Поэтому я приведу их по широко известным книгам Далай-ламы XIV.{424}
Религии можно разделить на две группы: теистические,
Учение Будды Шакьямуни представляет собой сочетание Сутры и Тантры. Достигнув Просветления, Будда дал три больших цикла учений. Это называют тремя поворотами колеса Учения: в первый период Будда повернул колесо Учения, изложив доктрину о Четырех благородных истинах; в средний период — доктрину об отсутствии самосущего бытия всех явлений; в последний период — доктрину о разграничении того, что существует истинно и не истинно.
Будда также явил себя в облике Ваджрадхары (тантрическом облике) и изложил учения Тантры — системы методов, позволяющих быстрее продвигаться по пути просветления. Записанные учениками слова Будды положили начало своду сутр. В тибетском переводе они составили многотомный «Кангьюр» (монг.: «Ганжур»). Тибетский буддизм — не что иное, как индийское учение в его чистом виде. Он сочетает в себе традиции обоих главных направлений буддизма — Хинаяну и, преимущественно, Махаяну (включая Ваджраяну, или Тантраяну).
Отличительная черта Махаяны — стремление достигнуть Просветления не ради себя, а ради того, чтобы освободить других от страданий. Будды не могут передать прозрений из своего потока сознания другим. Живые существа освобождаются от всех страданий благодаря учениям об истинной природе явлений. Существ можно освободить, научив их, что надлежит принять, а что — отвергнуть. Но, чтобы учить, прежде нужно самому это узнать и понять, а это может только Будда. Поэтому условием достижения цели — блага всех существ будет достижение состояния Будды.
Четыре благородные истины, которым учил Будда, — страдания, их источники, их прекращение и благородный восьмеричный путь прекращения страданий. Сознание представляет собой поток, который не прерывает смерть. Поэтому есть перерождение. Дурные деяния накапливаются из-за недисциплинированности ума, что закладывает в потоке сознания потенции перерождения в том или ином мире. Источников страданий два: омрачения и омраченные действия.
Омрачения определяются как периферийные факторы сознания. Они возникают в силу безначальной обусловленности сознания, держащегося за истинное существование — то есть за самобытие «я» и окружающего мира. Главных омрачений шесть: привязанность, враждебность, гордыня, неведение, сомнение, ложные воззрения. Они являются причинами кармических видений. Такое коллективное видение составляет один из миров сансары, в котором перерождается сознание: {425} миры богов, [9] полубогов, людей, голодных духов, животных и адов. В буддийской иконографии этот круговорот изображается композицией «Колесо бытия». Здесь рисуются шесть (иногда пять) миров сансары, три главных омрачения (неведение, ненависть и страсть), двенадцать звеньев зависимого происхождения (то есть причинно-следственных факторов существования в сансаре) и путь выхода за пределы сансары. Существование в сансаре всегда связано со страданиями, но в разных мирах они различаются.
9
В данном случае имеется в виду не Бог как высшее существо или абсолют, а существа, благодаря своим заслугам в прошлой жизни, живущие дольше в другом мире и в большем довольстве жизнью, чем люди.
В буддизме нет концепции не только Бога-творца или Бога-личности, но и понятия о «многих богах» вместо Него. Из этого делают вывод о том, что буддизм — это атеизм. Это неточно: буддизм оперирует другой системой понятий, которую нельзя свести к атеизму.
Устранив омрачения, можно достичь Освобождения или Нирваны архата, а затем и состояния Будды: полностью реализовать истинную природу сознания. Необходимо подчеркнуть: нирвана не есть небытие, как часто пишут. Далай-лама XIV указывает:{426} «Нирвана буквально означает состояние за пределами страданий и относится к состоянию свободы от круговорота бытия». Описать ее нельзя, так как любые понятия и обозначения существуют лишь в сансаре.
Действия (санскр.:
Прибежище — это Три Драгоценности: Будда, Дхарма (Учение) [10] и Сангха (Духовное Сообщество). Без них невозможен путь Освобождения. Для Освобождения необходимо ввести Учение в собственный поток скандх — элементов, объединенных по принципу психофизической деятельности, которые составляют личность. Для этого все физические и словесные действия надо согласовать с практикой. Без этого, сколько бы человек ни медитировал, сколько бы ни начитывал писания, сколько бы ни проводил жизнь в храме, — все это не поможет. Для практики важен именно ум. Аморальный образ жизни несовместим с религиозной практикой. Поскольку все возникает от причин и условий, надо в потоке своего сознания обрести причины, родственные Драгоценности Учения, подлинному Прибежищу.
10
Слово дхарма на санскрите значит «то, что держит». Все сущее — это дхармы, явления, в том смысле, что они держат, или несут, свою собственную сущность или характер. Также учение или религия — это дхарма в том смысле, что она удерживает людей, защищает их от бедствий.
Для этого надо продвигаться путями, включающими Три Практики: высшую нравственность, высшее медитативное сосредоточение и высшую мудрость. В основе нравственности лежит воздержание от 10 неблагих поступков: убийства, воровства, распутства, лжи, злословия, грубости, пустословия, зависти, злонамеренности и ложных взглядов. Их противоположность — 10 добродетелей. Следование им называется практикой нравственности.
Вначале практика медитативного сосредоточения — это овладение однонаправленной концентрацией на объекте. Если это сопровождается принятием буддийского Прибежища, — то это буддийская практика. В качестве объектов могут использоваться изображения Будды или просветленных существ. Это не «идолы», как иногда пишут: предметы как таковые в буддизме не почитаются. При молитвах и концентрации образы нужны для того, чтобы направить сознание на тех, кого они изображают.
Практика Ваджраяны — это более быстрый путь Освобождения, чем остальные. Он основан на том, чтобы путем специальных методов медитации и йоги направить сознание и различные энергии тела на достижение Пробуждения.
В последнее время и у нас и за рубежом все чаще пишут об ужасах кровавых жертвоприношений и разврата в тибетском тантрическом буддизме Ваджраяны. Этой тенденции способствует появление все большего числа переведенных текстов, пассажи из которых вырываются из контекста и преподносятся публике как ужасная «сокровенная суть» буддизма. При этом почти всегда ссылаются на религиозное искусство Тибета. В этом искусстве мы часто встречаем страшных божеств, изображенных в соитии, держащих отрубленные головы или чаши из человеческих черепов, наполненные кровью, что способствует такому впечатлению. Чтобы разобраться в этом, необходимо ознакомиться с учением тибетской Ваджраяны. И тогда все становится на свои места: мы узнаём, что всем известное нравственное учение Будды с его 10 принципами, приведенными выше, в полной мере относится и к учению Тантры.
Образы агрессии в ваджраянских текстах и иконографии — переосмысленные в буддизме мотивы более ранних форм религий. Многочисленные изображения божеств в Тантре — это образы, отображающие методы очищения загрязненных скандх, дхату (элементов) и аятан (основ). Мирный или гневный облик божества, количество ликов и рук, число главных и сопутствующих фигур и т.п. отвечают различиям в наклонностях, образе мышления и способностях обучаемых. Это не «дьяволы, которым поклоняются». Картины убийства, разрывания и поедания плоти и т.п. — все это олицетворения духовных сил, побеждающих препятствия на пути к Освобождению, изживающих неблагую карму, очищающих сознание и т.д. Они означают атаку на внутренних врагов — омрачения сознания (клеши), к числу которых относятся прежде всего неведение, ненависть и страсть. Считать это руководством к действию не во внутреннем (духовном), а во внешнем (физическом) мире — не просто примитивизация, а совершенно превратное понимание буддизма. Подозревать буддизм в кровавых ритуалах не менее смешно, чем подозревать христианство в каннибализме на основании известного уподобления Иисусом Христом предложенного ученикам хлеба и вина — телу и крови.