Скрытый Тибет. История независимости и оккупации
Шрифт:
Одновременно с боевыми действиями Тидэ Цугтэн пытался заключить мир с государством Тан в 716, 718 и 719 гг. Эти попытки не увенчались успехом. В 724 г. возобновилась война, продолжавшаяся до 729 г. Чередование побед и поражений привело к ситуации, которую китайский сановник Чжан Юэ обозначил «как наличие примерного равенства в победах и поражениях».{54} Обе стороны обвиняли в агрессивных действиях пограничных начальников и заверяли в своем стремлении к миру. В 730 г., после 60 лет войны, между империей Тан и Тибетом был заключен мир. Большую роль в этом сыграли тибетский посол, хорошо владевший китайским языком, и китайская жена царя Тибета. Стороны согласились, что границей обоих государств будут хребет Чилин (отождествляется с горами Улан-Шара-Дава к востоку от Синина, современная провинция Цинхай) и хребет Таньсунлин (уезд Сунпань, провинция Сычуань). Предполагают, что демаркация границы так и не была доведена до конца из-за того, что через семь лет война возобновилась.
В 736 г. тибетцы напали на Тилгит в Кашмире. В 737 г. китайцы напали
Вскоре умер Тидэ Цугтэн, а в Китае произошло восстание Ань Лу-шаня. Новый тибетский царь Тисонг Дэцэн, воспользовавшись ослаблением соседей, захватил обширные территории в современных китайских провинциях Таньсу и Сычуань. Он восстановил влияние Тибета в Западном крае. Совместно с уйгурами тибетцы предложили китайцам помощь в подавлении восстания, взамен потребовав договора «о мире и родстве». Китайцы согласились удовлетворить требование уйгуров, но не тибетцев. Царь Тибета воспользовался этим отказом как предлогом для войны с империей Тан. На китайскую столицу были посланы войска с двумя командующими: Шанчим Тьелцэг Шултэнгом и Тактра Луконгом. Произошло большое сражение. Танские войска были разбиты, император бежал. 18 ноября 763 г. тибетские войска заняли танскую столицу — г. Чанъань. Тибетцы посадили на китайский престол Ли Чэнхуна, правнука Ли Чжи.
Ли Чэнхун объявил правление под новым девизом — Да-шу. Обоих полководцев тибетский царь в виде награды освободил от уголовных наказаний (включая смертную казнь) за любые проступки, кроме измены своему царю.
В ознаменование победы установили стелу. На ней, в частности, было выбито, что Тисонг Дэцэн завоевал много танских крепостей, танский император и его подданные просили тибетского царя разрешить им платить ему дань в 50 тыс. кусков шелка, но следующий император отказался платить дань, тибетцы послали армию, победили китайцев, император бежал из своей столицы.{57}
Через 15 дней тибетские войска покинули столицу Тан, но развили военный успех в последующие годы. К 781 г. в руках тибетцев были Хами, район Дуньхуана, города Ланьчжоу, Ганьчжоу, Сучжоу. Империя Тан лишилась важнейшей дороги на запад. В 783 г. в Циншуе был заключен мирный договор между Тибетом и Тан. В этом договоре были четко обрисованы новые границы между двумя странами, причем китайцы пошли на большие территориальные уступки. По современным китайским оценкам, «район Хэланыпань к северу от Хуанхэ выделялся в качестве нейтральных земель. Пограничная линия проводилась к югу от Хуанхэ по горам Люпаныпань, в Лунъю, вдоль реки Миньцзян, реки Дадухэ и на юг до мосо и всех маней (современный район Лицзян, провинция Юньнань). Все, что к востоку от нее (этой пограничной линии), принадлежало Тан, все к западу — Тибету».{58} Таким образом, империя Тан признала фактическое господство тибетцев над районом Хэлун и теряла контроль над Западным краем.
По заключении договора тибетцы помогли китайцам подавить мятеж сановника Чжу Цы. За это китайцы обещали им предоставить управление районами Аньси и Бэйтин, но не сдержали обещания. В ответ тибетцы напали на танские крепости в Ордосе, а в 787 г. подошли к Чаньаню. В последующие годы тибетцы воевали также с уйгурами и арабами. В итоге к 791 г. тибетцы овладели значительной частью Восточного Туркестана.
Конец VIII и начало IX в. стали вершиной могущества Тибетского царства. Предполагают, что его вассалом стал шах Кабула, тибетцы контролировали часть Памира и Кашмира.{59} Тибетская армия на север дошла до р. Амударья.{60} В этот период в тибетских документах появилось название Бод Чен- по («Великий Тибет»). В Танской исторической хронике «Цзю Тан шу» в главе 196В говорится: «Тибетцы основали свое царство на наших западных границах мно-го лет назад; как шелковичные черви, они вгрызлись [во владения] своих варварских соседей, чтобы расширить свою территорию. Во время Таоцзуна их территория составляла 10 тыс. ли, и они соревновались с нами в превосходстве; в более новые времена нет никого сильнее их».{61}
Но уже в конце VIII в. могущество Тибета стало давать трещины. В 794 г. правитель государства Наньчжао отказался от подчинения Тибету и стал вассалом танского императора. На севере тибетцев теснил
Политическая нестабильность привела к тому, что при царе Ти Ралпачэне Тибет вступил в переговоры с империей Тан. Договор был подписан в 821 г. в предместье Чанъаня и в 822 г. в предместье Лхасы. Текст выбили на четырех колоннах, которые поставили в Лхасе, Чанъане и на границе с двух сторон. {63} Оба монарха в китайском тексте назывались чжу («государь»). Китайский именовался старшим (цзю — дядя по матери), а тибетский — младшим (шэн — племянник).
Оба государства рассматривались как независимые и равноправные: «Великий царь Тибета, божественное проявление, Ценпо, и великий царь Китая, китайский правитель Хуанди, Племянник и Дядя. Посоветовавшись об альянсе их владений, заключили великий договор и ратифицировали соглашение… И Тибет, и Китай будут держать свои страны в пределах, которыми сейчас владеют. Вся область к востоку от той, которая есть Великий Китай, и вся область к западу, которая есть страна Великий Тибет: по обе стороны от этой границы не будет военных приготовлений, вражеских вторжений и захвата территории… Сейчас владения родственны, и заключен великий договор о мире, поэтому необходимо продолжать связи в приятных письмах между Племянником и Дядей, посланцы с обеих сторон должны следовать дорогой, основанной в старину… Согласно близким и дружеским отношениям между Племянником и Дядей, следует практиковать обычные учтивость и почтение. Между двумя государствами не должно появляться никакого дыма или пыли. [2] Не следует говорить даже слова внезапной тревоги или враждебности, и от тех, кто охраняет границу и выше, все должны жить без подозрения или страха, их земля да будет их землей, их постель да будет их постелью… И для того, чтобы это соглашение, устанавливающее великую эру, когда тибетцы будут счастливы в Тибете и китайцы будут счастливы в Китае, никогда не было изменено, Три Драгоценности, тело Святых, солнце и луна, планеты и звезды призываются в свидетели». {64} На Интернет-сайте МИД КНР об этом сказано так: «Обе стороны союза торжественно заявили о своих исторически сложившихся родственных связях и договорились, что в будущем они будут рассматривать себя как подданных одной страны». {65}
2
То есть признаков движения войск.
Последующие годы были ознаменованы укреплением позиций буддизма в Тибете, ненадолго прерванным попыткой царя Дармы искоренить эту религию (подробнее см. главу 5). После его убийства в 842 г. царевичи Нгадак Юмтэн и Нгадак Одсун начали бороться за власть. Юмтэн укрепился в Ярлунге, Одсун — в Лхасе. Правнук Одсуна (праправнук Дармы) бежал в Западный Тибет, в Пуран, где основал династию Нгари, много столетий правившую царством Туге. Второй внук Одсуна укрепился в Цанге. Военачальники и крупные чиновники принимали сторону того или другого правителя, или объявляли о своей независимости. В 851 г. от Тибета отложился Дуньхуан: тибетский наместник, китаец по национальности, принял танское подданство. Правда, совершенно формально. На деле Дуньхуан вернулся под власть Пекина только при монголах. В 860 г. в танское подданство перешел тибетский командующий в Сычуани. Другой тибетский военачальник попал в плен к правителю родственного народа — тангутов. Этот правитель его обезглавил и послал голову в столицу Тан. Остатки тибетских войск вне Тибета частью ассимилировались, частью образовали компактные анклавы. Так, в конце X в. существовало крупное тибетское владение с центром в г. Ланьчжоу, в XI в. — тибетское государство в районе Кукунора, мелкие владения имелись в верховьях Хуанхэ.{66}
Некоторые авторы считают, что развалу великого Тибетского государства способствовал буддизм, ставший причиной внутренних раздоров: харизму династии освещал бон, который был частично вытеснен, а буддизм еще не занял его места. Прямых доказательств этому нет. Просто разные группировки использовали ту или иную религию в политических целях. Важный вклад в развал страны, вероятно, внесли и военные издержки, нехватка ресурсов для контроля большой территории.
Мелкие владения на севере Тибета в союзе с китайцами воевали с Тангутской империей (по-китайски Си Ся), враждовали между собой. Постепенно эти тибетские территории попали под власть Китая, затем — под власть тангутов. Тибетцы заняли важное место в Тангутской империи. Их язык был признанным языком буддизма, у них были свои буддийские общины, а сами тибетцы составляли один из основных народов этой империи вместе с тангутами, китайцами и уйгурами.