Соблазнительная капитуляция
Шрифт:
— Что ж, хорошо. Я уверена, что мои родители скроют свое разочарование из-за того, что ты не мужчина, и будут рады тебя видеть.
— Я могла бы притвориться, что я мужчина. Надену костюм, зачешу волосы и все такое, и я смогу засунуть мистера Баззи себе в штаны. — Теперь я жалела, что вообще сказала ей, что у моего вибратора есть имя.
— Да, это было бы очень кстати. — Наконец она оторвалась от меня и побежала в свою мастерскую, а затем вернулась с наброском, который сунула мне в лицо.
— Что думаешь? — Очевидно, она придумала платье
— Я подумала, что могла бы сделать это в черно-белом цвете, может быть, с черными цветами или что-то в этом роде.
— Это великолепно, Слоан, и оно будет прекрасно смотреться на тебе. — Потому что эта сучка была высокой. Никогда в жизни мне не подошло бы что-то подобное. Оно бы прилипло не к тем местам, и все равно были бы слишком длинными. Такова жизнь низкой девушки.
— Ты будешь там самой горячей девушкой.
— Ты чертовски права, детка. — Она бросилась обратно в свою комнату и принялась за выкройку. Когда я наконец легла спать, свет у нее все еще горел.
Глава 28
У меня не было возможности рассказать Луке о девичнике, пока я не оказалась у него дома следующим вечером. Я боялась понедельника, поэтому надеялась, что выходные продлятся как можно дольше. Работа была невыносимой, когда я готовилась к презентации, которую папа поручил мне, потому что собирался в отпуск и не доверял это никому другому. По крайней мере, так он мне сказал. Я понятия не имела, что он сказал другим сотрудникам, которым мог бы это передать. Они, наверное, разозлились, но мне было все равно. Я уже давно перестала обращать внимание на то, что другие люди расстраиваются из-за подобных вещей.
— Так ты помнишь, как я сказала, что у меня больше никого не было? Что ж, думаю, тебе, возможно, придется сразиться за меня со Слоан. Она будет моей парой на Черно-белом балу. — Я наблюдала за выражением его лица, когда говорила ему об этом, и он улыбнулся. Я не думала, что он действительно будет ревновать.
— Тогда мне придется оставить танец и для нее. Кстати, о бале, я не уверен, стоит ли мне кого-нибудь приглашать. Ты знаешь, что я не хочу приглашать никого, кроме тебя, но, может быть, мне стоит пригласить кого-нибудь, просто чтобы соблюсти приличия. — Я знала, что это не какой-то тайный способ встречаться с другой девушкой. Жаль, что он не мог привести друга, не выставив себя геем. А может, ему было все равно.
— Ты мог бы привести своего брата.
— Если не возражаешь, что кто-то будет воровать чужие кошельки, или сильно напьется и разобьет окно. Или если застукают за сексом с прислугой на кухне. Или если будет петь в караоке, которого даже не будет.
Ух ты.
— Да, Райдер делал все вышеперечисленное. Никогда не делал всего этого на одной вечеринке, но он, вероятно, воспринял бы это как вызов. К тому же, это было бы немного странно. Ты знаешь каких-нибудь девушек,
На самом деле, я была против.
— Я могу спросить Хлою, если она не против. Не беспокоясь о романтических посылах. К тому же, было бы веселее собрать там как можно больше друзей. Может быть, мы сможем сбежать и устроить вечеринку в рамках вечеринки. Пока мы не совершаем ничего противозаконного или, по крайней мере, нас не поймают, мы сможем хорошо провести время.
— Пока я могу танцевать с тобой, я буду счастлив. Ты все еще не рассказала мне о своем платье.
Я медленно покачала головой.
— Это плохая примета — рассказывать тебе о платье до бала.
— Солнышко, я уверен, что это касается только свадебных платьев.
— О, я думаю, это должно относиться и к балам. Кроме того, я хочу насладиться выражением твоего лица, когда ты увидишь, как я спускаюсь в нем по лестнице. — Я встала с дивана, попрактиковалась в спуске по лестнице и сделала небольшой реверанс.
— Там будут ступеньки, которые нужно будет подметать?
— Да. Они напоминают мне ступеньки из «Унесенных ветром».
Он встал и поклонился.
— Итак, я Ретт Батлер или Эшли Уилкс?
— О, ты Ретт. Определенно Ретт. Что за вопрос? — Ух, Эшли Уилкс был хуже всех. К тому же, я знала, что это старомодное мужское имя, но все же. Меня не мог привлечь парень по имени Эшли.
— Просто хотел убедиться, — сказал он, прежде чем взять меня за руки и закружить. — Ретт был лучшим танцором. И он не изменял своей жене на эмоциональном уровне.
— Эшли поцеловал Скарлет, помнишь? Так что он на самом деле изменил ей. Придурок. Он немного напоминает мне моего бывшего. — У него тоже было дурацкое имя.
— Верно. Я давно не смотрел этот фильм. Я уже и забыл. — Он обнял меня за талию, и мы начали танцевать медленный танец.
Наконец он замурлыкал мелодию, которую я узнала.
— Это та песня Рембрандтов, которая была вступлением к «Друзьям»? — Я не была уверена, потому что он немного замедлил ее.
— Возможно. — Но он произнес это с улыбкой, и я поняла, что был права.
— Ну, если ты пригласишь Хлою, это значит, что Марисоль останется в стороне, а это неправильно.
— Я тоже мог бы ее пригласить. С каждой стороны по очаровательной даме.
— Как у сутенера.
— Это ты сказала, не я.
Мы потанцевали еще немного.
— Это неплохая идея, — сказала я. — Привести их троих. Это было бы намного веселее. И я знаю, что они не откажутся. Ты хочешь, чтобы я попросила, или сам окажешь честь?
— Я разберусь с этим, — сказал он и поцеловал меня.
— Ты потрясающий.
— Знаю.
***
На следующий день я получила два текстовых сообщения с заглавными буквами, по одному от Марисоль и Хлои. Очевидно, Лука прислал каждой из них красивые цветочные композиции и записку с приглашением на бал.