Совершенно секретно
Шрифт:
Обескураженные агенты принялись за тщательное исследование спальни, и вскоре обнаружили страшную находку: между пружинами сгоревшей кровати, присыпанные пеплом, находились обугленные остатки человеческого скелета. Найденные здесь же металлические части зубного протеза позволили впоследствии точно установить: миллионерша Кэтлин Моррисон не утонула, в тщетной надежде спастись на шлюпке, а сгорела в своих роскошных апартаментах… Вернее, сгорел её ТРУП.
Полиция сразу сообразила, что будь пожилая леди жива, когда начался пожар, погибнуть в собственной кровати она могла бы лишь при очень большом желании. Во-первых, каждый номер на "Морро Касл" имел автоматическую противопожарную сигнализацию, которая хоть и сработала с большим опозданием, но все же сработала гораздо прежде, чем огонь добрался до каюты миллионерши. Во-вторых, было очевидно, что пожар далеко не сразу добрался до апартаментов Кэтлин Моррисон, оставив ей предостаточно времени для того, чтобы выбраться на палубу. Тем более, что от каюты до выхода — рукой подать… А может
Полицейский комиссар, расследовавший это дело, полагал, что вооруженный этой версией, он находится на единственно верном пути. Он был уверен в том, что мадам Моррисон застигла похитителя на месте преступления, и тому ничего не оставалось, как убить ее. За этой догадкой шло более смелое предположение — а не был ли пожар на "Морро Касл" средством скрыть ограбление и убийство? Может быть, преступник решил пожертвовать сотнями человеческих жизней, чтобы замести следы?
Параллельно со страховой компанией и местной полицией этим происшествием заинтересовалось и ФБР. Возглавивший следственную группу майор Коксон и три лучших агента-сыщика федеральных властей поднялись на "Морро Касл" сразу же после того, как оттуда ретировались агенты страховой компании. Они решили подвергнуть тщательному осмотру останки сгоревшего судна, и в первую очередь — попытаться отыскать труп капитана Уиллмотта. Ведь если верить показаниям Уормса и Эббота, он был заперт в своей каюте. Когда начался пожар, в панике никому так и не пришло в голову перенести тело Уиллмотта в более безопасное место. Значит, хотя бы какие-то остатки скелета, подобно мадам Моррисон, должны были сохраниться. Исследуя их современными методами, вполне можно установить, был ли капитан отравлен. Особое значение это приобретало в связи с тем, что единственный обладавший медицинскими познаниями свидетель, доктор Де Витт, был мертв.
…Жуткий, призрачный мир встретил агентов ФБР на судне, как незадолго до этого и страховых агентов: мертвая тишина, груды пепла, покрытые черной сажей переборки, оплавленные и искореженные обломки… Дверь капитанской каюты оказалась неповреждённой, а замок — запертым. Один из детективов, достав связку отмычек, в считанные секунды отпер его, Распахнутая дверь явила присутствующим совершенно неожиданную картину: огонь, не пощадивший практически ничего на судне, оставил почти нетронутой каюту капитана. Лишь пол обгорел, да ножки мебели обуглились. Даже стекла иллюминаторов уцелели — возможно, именно это обстоятельство и помешало распространению огня в каюте, затруднив доступ кислорода.
Однако что касалось самого главного — трупа капитана — детективов ждало страшное разочарование. Аккуратно застланная кровать была совершенно пуста. Ничего не обнаружилось и в ванной, Коксон тщательно обследовал все шкафы, но больше в каюте искать было нечего и негде. Детективы потратили на обшаривание судна не один час, однако труп Уиллмотта исчез бесследно.
Можно представить себе, под какими сенсационными заголовками вышли американские газеты на следующий день. Исчезнувшие драгоценности, пропавшие трупы… Тут ещё и загадочный посетитель Эшбери-Парка в асбестовом костюме… Все это послужило вполне законным поводом для самой фантасмогоричной смеси газетных сенсаций, что существенно затруднило проведение процесса в зале нью-йоркского морского суда 12 сентября. Однако комиссия, заседавшая почти неделю, пошла по самому кратчайшему пути. Хотя материалы расследования приводили к выводу, что трагедия на "Морро Касл" не явилась результатом ни случайного стечения обстоятельств, ни стихийного бедствия для ответа на поставленные прессой вопросы не хватало доказательств. Все члены комиссии были высокопоставленными чинами крупных судоходных компаний, двое из них входили в руководство компании, которой принадлежал сам "Морро Касл". Понятна заинтересованность компании в том, чтобы толстосумы всего мира и впредь пользовались роскошными лайнерами, не потеряли веру в их надёжность и безопасность, выучку экипажей. Раз уж невозможно сохранить в тайне происшествие на "Морро Касл", значит надо свалить катастрофу на злой рок, стихию. Ведь судовладельцы прекрасно понимали, что вряд ли кто захочет пользоваться судами, которыми командуют тайные убийцы, грабители и поджигатели…
Выводы комиссии не содержали даже намека на умышленный характер трагедии: "Следствие не выявило доказательств того, что катастрофа "Морро Касл" могла быть вызвана иными причинами кроме стихийных. Тем более нет оснований полагать, что офицеры и команда судна несут какую-либо ответственность за достойную сожаления гибель людей. Если отдельные члены экипажа и оказались не на высоте, то лишь по причине несовершенства человеческой природы. При этом следует учесть царивший на пароходе ад, вызванный разбушевавшейся стихией. Трагическое бедствие было ниспослано провидением, а против воли господней человек совершенно бессилен…"
Итак, всю вину свалили на бога, люди получили отпущение грехов, а саму трагедию судовладельцы постарались как можно скорее предать забвению. Капитан Уормс лишился судоводительского диплома и получил два года тюрьмы, из которых отсидел всего лишь две недели, у Эббота отобрали диплом механика и приговорили его к четырем годам заключения, но вышел на свободу этот тип вместе с Уормсом. Впервые в истории американского судоходства суд вынес приговор косвенному виновнику пожара, человеку, который не
Тем временем в голове у майора Коксона вовсю множились варианты злоумышления, приведшего "Морро Касл" к катастрофе. Его агентам удалось найти источник пожара в Библиотеке корабля — это были остатки медного цилиндра и следы какого-то химического вещества. Эксперты установили, что преступник, вероятнее всего, включил цилиндр с нагревательным элементом в сеть. Достаточно нагревшись, заяд воспламенился…
Определенные познания в технике и химии, необходимые для этого, заставили подозревать в первую очередь старшего механика Эббота. К тому же всем и каждому было известно, что он был в весьма натянутых отношениях с капитаном Уиллмоттом, собиравшимся списать механика с судна после рейса из-за халатного отношения к своим должностным обязанностям и чересчур многочисленных амурных похождений. Кроме того, согласно показаниям Уормса, старший механик знал о спрятанных доктором Де Виттом рюмках с возможными отпечатками пальцев отравителя. После того, по словам других свидетелей, опрошенных полицейскими, он куда-то в течение вечера неоднократно исчезал, и появился уже во время пожара — времени больше чем достаточно, чтобы убить судового врача и поджечь судно. Вполне мог Эббот и лишить жизни миллионершу Кэтлин Моррисон и похитить ее драгоценности.
Старший механик, в свою очередь, категорически отрицал свою вину. Он утверждал, что накануне трагедии напился на балу и лёг спать в своей каюте, а когда услышал тревогу, проснулся и, потеряв самообладание, удрал на моторной шлюпке. Трудно было поверить в эти россказни, но опровергнуть их не мог никто.
В круг подозреваемых попал и Уормс, которого гибель Уиллмотта сделала капитаном. Проверка личности Уормса показала, что он по уши в долгах, и что срок действия выписанного им векселя на 10 тысяч долларов истекал к моменту предполагаемого завершения рейса. Конечно, Уормс не мог не знать о богатых пассажирах на борту лайнера и о ихних драгоценностях. Может быть это именно он и пытался похитить драгоценности миллионерши, и был застигнут ею на месте преступления. Как и Эббот, Уормс присутствовал в каюте капитана, когда Де Витт обнаружил труп Уиллмотта, и тоже знал о спрятанных доктором рюмках с отпечатками пальцев. Еще больше усилило подозрения то, что Уормс, как выяснилось, имел специальность электрика. Правда, рулевой подтвердил, что во время пожара Уормс находился на мостике, но отлучался ли он куда-нибудь и насколько — этого матрос сказать не мог. Впрочем, как и в случае с Эбботом, ФБР с Уормса поиметь ничего не смогло. Более того, вынесенный морским судом приговор был отменен судом кассационной инстанции, который оправдал и Уормса, и Эббота за недостаточностью улик.
Глава 4. Герой и…преступник
Однако, как известно, в любом, даже самом запутанном или трагическом деле, всегда присутствуют свои герои. В случае с "Морро Касл" таким героем стал старший радист лайнера Джордж Роджерс. На следующий день после того, как выгоревший "Морро Касл" прибило к берегу, все центральные газеты Соединенных Штатов опубликовали радиограмму Роджерса, которую этот моряк, рискуя жизнью, дал из пылающей радиорубки, и благодаря которой была спасена большая часть пассажиров лайнера. Роджерс моментально стал национальным героем Америки. В его честь мэры штатов Нью-Йорк и Нью-Джерси позже дали роскошные банкеты. Конгресс США наградил радиста золотой медалью "За храбрость". На родине героя, в небольшом восточном городке Бейонна состоялся по этому поводу парад гарнизона штата, полиции и пожарного подразделения. Роджерс получил 10 тысяч долларов единовременного гонорара только за то, что согласился провести серию дополнительно оплачиваемых выступлений в переполненном зале театра "Риальто" на Бродвее с ловко сработанными одним наиболее изобретательным газетчиком воспоминаниями о пожаре на лайнере, а затем с триумфом прокатился по многим штатам и крупным городам, где ему устраивали торжественные встречи с ликующей американской публикой. Во мгновение ока Роджерс снискал снискал себе славу "героя "Морро Касл", а в Голливуде приступили к съёмкам фильма по наспех состряпанному лучшими специалистами сценарию под названием "Я спасу вас, люди!" Таким образом радист Роджерс стал единственным человеком, который чисто по-американски извлёк из этой жуткой трагедии немалую для себя выгоду.
Однако, как говорится, и на солнце находят пятна. Дальнейшая биография Роджерса мало походила на его недавний триумф. По мере того, как название погибшего в огне американского парохода стало исчезать с газетных полос, стал таять и интерес к рассказам радиста-героя. Трагедия "Морро Касл" в конце концов была предана забвению. Документы пылились в архивах, а у агентов ФБР хватало более важных забот, чем розыск мифических убийц и поджигателей с "Морро Касл" — преступления гангстерских банд Аль-Капоне и Диллинджера затмили собой всё остальное. На долгих три с половиной года пресса забыла о трагедии "Морро Касл" — до 4 марта 1938 года. В тот день имя старшего радиста лайнера, набранное аршинными буквами, вновь запестрело на первых полосах газет. Но теперь речь шла не о его "героических подвигах", о которых вещал он когда-то с бродвейских и прочих подмостков. Заголовки кричали: