Чтение онлайн

на главную - закладки

Жанры

Шрифт:

Данилофф не знал, можно ли пожать руку новому главе СССР. Кажется, его предупреждали о том что к генеральному секретарю нельзя прикасаться – но если он сам протягивает руку для рукопожатия? В конце концов – американский журналист пожал протянутую руку…

Как давать интервью – я не знал, поскольку ни разу этого не делал – но меня учили и такому. Приходилось импровизировать.

Началось все конечно с общих вопросов, с подсказками настоящего Михаила Сергеевича я рассказал немного приукрашенную версию собственного детства и юности. Как бегал по улицам южного села, где русские перемешались с украинцами и никто не знал, кто есть кто и знать того не хотел. Как началась война и ушел на войну отец. Как пришли фашисты – но быстро ушли – Красная армия

наступала, но боев на нашем направлении не было. Как вернулся отец – после ошибочной похоронки, и как мы с ним намолотили на двоих 8888 центнеров зерна. За это меня наградили орденом и дали путевку в университет. Паренек с юга, из крестьян – поступил бесплатно на юридический факультет лучшего ВУЗа страны. Рассказывая все это, я знал, к кому обращаюсь. В США тоже есть юг. И там тоже – многие родители мечтают, что сын поступит на юридический и сделает карьеру. Крестьянский паренек из захолустья с юридическим образованием, сделавший карьеру и поразительно быстро поднявшийся по всем ступеням политической машины – это очень понятный и располагающий для простых американцев образ, они точно это "купят".

Рассказывая, я думал, а кем же был настоящий Михаил Сергеевич Горбачев, почему он стал тем кем он стал и сделал то что он сделал. В СССР было такое понятие – "рабоче-крестьянское происхождение" – но это все сильно искажало реальность, как и любой грубый штамп. Никита Сергеевич Хрущев был самого что ни на есть рабочего происхождения, но он до конца жизни помнил, что рабочим при царе он зарабатывал больше чем при Сталине секретарем Московского обкома партии. Он был рабочим востребованной профессии – электриком в быстрорастущей угольной отрасли Донбасса и платили ему столько, что он снимал для семьи трехкомнатный каменный дом. Ему совсем не нужна была революция 1917 года, он и без нее хорошо жил.

Точно так же – и в Тамбовской области крестьянское восстание началось не случайно. Крестьяне с тамбовщины традиционно трудились в отходе на Бакинских нефтяных промыслах, и когда все это накрылось – они сильно не обрадовались.

Горбачев из крестьян… но его отцы и деды никогда не были крепостными и никогда не знали нужды. Юг – земли там всегда было больше, чем можно было обработать, перенаселенности не было, общины тоже не было. Ни сам Горбачев, ни кто-то из его родни – просто не понимали нутром, зачем была сделана революция 1917 года, у них не было этого жизненного опыта, и они не понимали, не ощущали того чувства голода, униженности, бесправия и отсутствия перспектив, от которых крестьяне и рабочие в 1917 году стали сносить власть, нутром чуя что при ней – у них никаких перспектив нету при этой власти и эти люди не понимали – нутром чувствовали. И слова "кто был никем, тот станет всем" для них были не просто словами. Надо побыть "никем" причем побыть в поколениях, чтобы это понимать по-настоящему. Советская власть при своем становлении промахнулась с "рабоче-крестьянским происхождением". Очень сильно. Потому что рабочие и крестьяне были очень разными. И, например, дворянин Лев Толстой, который жил среди бедных крестьян – понял бы и принял советскую власть куда более близко к сердцу, чем рабочий Никита Хрущев или тамбовские мужики с нефеприисков.

Но что делать теперь? То поколение, которое советскую власть "нутром чуяло" – оно ушло. Стратилось как раньше говорили. Гражданская война, индустриализация тридцатых, страшная Великая отечественная война – эти люди сгорели почти без остатка. Это великая трагедия… трагедия не то что целого поколения – целой погибшей цивилизации. Они построили систему власти, основанную на собственном опыте – но у их детей опыт то совсем другой. Прервалась связь, внуки не понимают своих дедов, они как будто на разных языках говорят. И сейчас делать вид, что все так как надо, так как было – какой смысл то?

Перестройка в СССР – это не блажь, это насущный проект, но не все понимают ее подлинного смысла. Страну – и общество тоже – нужно перестроить из общества униженных и оскорбленных – в нормальное, как бы сказали китайцы – "общество средней зажиточности". Чем китайцы нас точно обошли – они никогда и не скрывали, что строят мещанский проект повседневного благополучия для возможно большего

числа китайцев. И сейчас если в СССР и есть спрос на какой-то проект – то именно на такой.

И построить его могут – увы – не потомки униженных и оскорбленных, потому что унижение их дедов и прадедов сидит у них в генах, в исторической памяти. Прошло то – всего шесть десятков лет, по историческим меркам – ничто. Их унижает благополучие само по себе, они этого не понимают, но – чувствуют. Чувствуют гнев и стыд за поколения предков прозябавших в курных избах, работавших на барщине, закапывавших умерших от голода и болезней детей на огороде, забритых в солдаты – они чувствуют, но нам то ныне живущим в стране под названием СССР – что делать? Построить общество средней зажиточности могут только те, у кого нет этого унижения и гнева в генах. То есть такие как я. Михаил Сергеевич Горбачев…

И вот, прозвучал первый явно "смысловой вопрос".

– Товарищ Горбачев. Не могли бы вы охарактеризовать внешнюю политику Советского союза?

– На этот вопрос вам лучше ответит товарищ Громыко. Со своей стороны могу сказать, что СССР придерживается по-прежнему миролюбивой внешней политики и отрицает возможность решения конфликтов между странами военным путем.

Данилов бросился в атаку, но я показал, что еще не закончил

– … от себя я могу добавить вот что. Я видел войну. Пусть я не воевал, мал еще был. Воевал мой отец, мы думали, что он погиб на фронте…

– вам, американцам не понять нас, не понять того что мы пережили в те годы. Первый иностранец, которого я видел – это был гитлеровский солдат, фашист, пришедший на нашу советскую землю грабить и убивать. Я видел его так же, как сейчас вижу вас. Но это лишь укрепляет меня в той мысли, что происходившее тогда – повториться не должно. Дети всего мира не должны бояться бомб и снарядов. Дети всего мира не должны видеть захватчиков. Дети всего мира не должны гадать, вернется их отец с фронта или нет. Как гадал я. И я, и все мои товарищи по партии – твердо верим в то, что мир на Земле – высшая ценность, к которой должны стремиться все разумные и ответственные люди, в какой бы стране они не жили, и какой бы идеологии не придерживались. Наши дети ничем не отличаются от ваших детей. Не бывает капиталистических и социалистических детей – бывают просто дети. И мы должны им передать мир лучшим, чем тот который передали нам.

Данилов был явно ошарашен

– Да, но как же Афганистан?

– Наш ограниченный контингент находится в этой стране по просьбе правительства Афганистана…

– Которое признано далеко не всеми, и…

– Вы не хотите спросить, почему так называемые борцы за свободу убивают учителей. Они говорят, что дети не должны учиться, что это противно Аллаху. Как считают американские матери и отцы – дети должны учиться?

– Да, но…

– Ко мне совсем недавно пришли товарищи из комитета комсомола, как раз по Афганистану. Знаете, с какой просьбой?

– Они говорят, что молодые комсомольцы, отслужившие в армии – хотят вернуться в Афганистан в составе строительных бригад [70] . Они хотят помогать афганцам строить новую, современную страну. Они прибудут туда без оружия.

– Первая группа на строительство кабульского хлебокомбината отправляется на днях. Если хотите, можем организовать встречу с этими активистами

Данилоф нервно поправил галстук

– Полагаю, это было бы интересно.

70

В это трудно поверить, но это так и есть.

– Но редакция должна одобрить тему

– А как же свобода слова?

Данилоф не нашелся что ответить.

– Цензура власть имущих и богатых намного превосходит даже царскую цензуру. Если ты говоришь что-то не то – тебя уволят с работы, университет не пожелает иметь дело с таким ученым, ФБР вызовет на допрос. Но это так, к слову. Продолжайте.

Данилоф потратил несколько секунд на то чтобы привести мысли в порядок

– Мистер Горбачев, по какому пути двинется Советский союз при генеральном секретаре Горбачеве?

Поделиться:
Популярные книги

Черный маг императора

Герда Александр
1. Черный маг императора
Фантастика:
юмористическая фантастика
попаданцы
аниме
5.00
рейтинг книги
Черный маг императора

Камень. Книга вторая

Минин Станислав
2. Камень
Фантастика:
фэнтези
8.52
рейтинг книги
Камень. Книга вторая

Я граф. Книга XII

Дрейк Сириус
12. Дорогой барон!
Фантастика:
юмористическое фэнтези
попаданцы
аниме
5.00
рейтинг книги
Я граф. Книга XII

Соль этого лета

Рам Янка
1. Самбисты
Любовные романы:
современные любовные романы
6.00
рейтинг книги
Соль этого лета

Неудержимый. Книга XVIII

Боярский Андрей
18. Неудержимый
Фантастика:
фэнтези
попаданцы
аниме
5.00
рейтинг книги
Неудержимый. Книга XVIII

Мама из другого мира. Чужих детей не бывает

Рыжая Ехидна
Королевский приют имени графа Тадеуса Оберона
Фантастика:
фэнтези
8.79
рейтинг книги
Мама из другого мира. Чужих детей не бывает

Город Богов

Парсиев Дмитрий
1. Профсоюз водителей грузовых драконов
Фантастика:
юмористическая фантастика
детективная фантастика
попаданцы
5.00
рейтинг книги
Город Богов

Бастард Императора. Том 4

Орлов Андрей Юрьевич
4. Бастард Императора
Фантастика:
попаданцы
аниме
фэнтези
фантастика: прочее
5.00
рейтинг книги
Бастард Императора. Том 4

Предопределение

Осадчук Алексей Витальевич
9. Последняя жизнь
Фантастика:
фэнтези
попаданцы
аниме
5.00
рейтинг книги
Предопределение

Убивать чтобы жить 7

Бор Жорж
7. УЧЖ
Фантастика:
героическая фантастика
космическая фантастика
рпг
5.00
рейтинг книги
Убивать чтобы жить 7

Попаданка в деле, или Ваш любимый доктор

Марей Соня
1. Попаданка в деле, или Ваш любимый доктор
Фантастика:
фэнтези
5.50
рейтинг книги
Попаданка в деле, или Ваш любимый доктор

Барон ненавидит правила

Ренгач Евгений
8. Закон сильного
Фантастика:
попаданцы
аниме
фэнтези
5.00
рейтинг книги
Барон ненавидит правила

Шайтан Иван 2

Тен Эдуард
2. Шайтан Иван
Фантастика:
боевая фантастика
попаданцы
альтернативная история
5.00
рейтинг книги
Шайтан Иван 2

Боярышня Дуняша

Меллер Юлия Викторовна
1. Боярышня
Фантастика:
попаданцы
альтернативная история
5.00
рейтинг книги
Боярышня Дуняша