Чтение онлайн

на главную - закладки

Жанры

Шрифт:

— Тише, тише! Курьер, помилуй Бог, дело великое!

По прибытии в Выборг Курис узнал, что то был повар генерал-майора И. И. Германа, начальника в Роченсальме, отправленный за провизией своему господину.

— Ну и что же? — с улыбкой ответил Курису Суворов. — Мы оба потеряли право на сатисфакцию, потому что оба ехали инкогнито.

Свой план, представленный в Петербург, Суворов выполнил в полтора года. Были исправлены и усилены укрепления Фридрихсгама, Вильманстранда, Давыдова, Нейшлота; сооружены новые форты Ликкола, Утти, Озерный; при Роченсальме на нескольких островах возведены сильные укрепления для русского шхерного флота, также переданного в подчинение Суворову. К августу 1792 года были досрочно окончены работы в Роченсальме. Радовал полководца и Нейшлот. Маскируя свое

удовольствие, он говорил:

— Знатная крепость, помилуй Бог, хороша: рвы глубоки, валы высоки: лягушке не перепрыгнуть, с одним взводом штурмом не взять.

Он представлял отличившихся к наградам и вообще не забывал своего принципа — поощрять исполнительных подчиненных. Приехав ускорить работы в Давыдовском укреплении, Суворов приметил одного усердного офицера. Он прежде других приводил солдат к месту строительства; в урочное время в его команде дело кипело; все было в порядке, не допускалось ни одной ошибки. Подпоручик этот, отпустив своих служивых в казармы, ввечеру сам оставался на месте, присматривая сработанное, и получал от инженера уроки на следующий день. При свете полного месяца офицер долго рассматривал новостроящееся укрепление, снимал на бумагу чертеж. Затем, подняв голову к месяцу, он, казалось, погрузился в размышление. В это время Суворов незаметно подошел к нему и внезапно спросил:

— Господин офицер! А далеко ли до месяца?

Подпоручик не смешался и хладнокровно ответил:

— Я не считал, но, думаю, не более трех солдатских переходов. Но с одним условием, ваше сиятельство: только под вашею командой!

Суворов поворотился от него, припрыгнул и сказал:

— Господин поручик, правда ли это?

— Во-первых, я только подпоручик, а во-вторых, ваше сиятельство, ведь одиннадцатого декабря тысяча семьсот девяностого года луна уже была в ваших руках, — нашелся офицер.

Намек на то, что Суворов добился недостижимого — взял Измаил, про который турки говорили: скорее луна упадет на землю, чем он сдастся, — был особенно приятен старому генералу.

— Господин капитан, — кланяясь в пояс, молвил полководец, — милости прошу ко мне сегодня поужинать, а завтра и отобедать.

«Труды здоровее покоя», — говаривал Суворов и проводил с Финляндской дивизией двусторонние маневры, казавшиеся ранее невозможными в условиях столь резко пересеченной местности. Он приучал солдат к переходам, к атаке и обороне, а офицеров — к умелому размещению войск, военным хитростям и, главное, инициативе. Случилось в таких маневрах, что одна колонна неискусно была подведена под скрытую батарею и оказалась меж двух огней. Резервная же стояла спокойно и не шла к ней на помощь. Видя такую оплошность, Суворов прискакал к командовавшему ею подполковнику:

— Чего вы, сударь, ждете? Колонна ваша пропадает, а вы ее сикурсируете!

— Ваше сиятельство, — отвечал подполковник, — я давно бы исполнил долг мой, но ожидаю повеления от генерала Германа.

— Какого генерала? — быстро спросил Суворов.

— Да вот же он, в нескольких саженях!

— Этот? Да он убит, давно убит! — воскликнул Суворов и указал на Германа — Посмотри, вон и лошадь бегает! Поспешайте. — И ускакал прочь.

Свободное время Суворов проводит весело и не предается мизантропии. Он пишет Хвостову, что однажды в кружке знакомых «сряду 3 часа контртанц прыгал». Во Фридрихсгаме генерал-аншеф занимал верхний этаж лучшего в городе дома — вдовы врача Грин, умной и ловкой женщины, хорошо говорившей по-русски и умевшей угодить своему причудливому постояльцу. В свою очередь, Суворов оказывал ей разные знаки внимания, заговаривал с нею по-фински, называл маменькой и приходил побеседовать за чашкой чая. Подходил к концу 1792 год. И когда Турция стала вооружаться и усиливаться в пограничных с Россией областях, Екатерине II вновь понадобился Суворов. 10 ноября последовал ее рескрипт, по которому генерал-аншефу препоручались войска «в Екатеринославской губернии, Тавриде и во вновь приобретенной области».

ГЛАВА ДВЕНАДЦАТАЯ

СНОВА НА ЮГЕ РОССИИ

Буря мыслей.

Был Мазепа в Малороссии, Тейтонический Гроссмейстер в Лифляпдии Король Прусской.

Претензия Шведов на Лифляндию, Эстляндию, Финляндию и Ингерманландию. Рекламацию Турков на многие завоевания. Поляки потеряли их вольность.

Черновая запись Суворова

1

«Один слух о бытии вашем на границах сделал и облегчение мне в делах и великое у Порты впечатление, — сообщал Суворову русский представитель в Константинополе. — Одно имя ваше есть сильное отражение всем внушениям, кои от стороны зломыслящих на преклонение Порты к враждованию нам делаются». Победоносный генерал знал и сам, какое сильное впечатление на турок должно было произвести его появление на юге России. Однако то, что он увидел уже в Херсоне, могло привести в отчаяние самого опытного командира. Некогда боеспособные и прекрасно обученные войска находились в ужасающем положении.

Погожим декабрьским днем въезжал он в разросшийся за эти годы Херсон и на базарной площади увидел картину в высшей степени странную. Вяленой чухонью и рыбцом, свежей осетриной, севрюгой, судаком торговали молодцы гренадеры, мушкетеры, егеря. Кто в форменном кафтане, кто в зипуне, подпоясанном портупеей, кто в сапогах, а более всего — в лаптях, они добродушно переругивались, отбивая один у другого покупателей — мещан, чиновников, купчих.

Суворов вылетел из кибитки.

— Какого полку? — крикнул он.

— Так что Ряжского, ваше благородие? — невозмутимо откликнулся крайний солдат.

— Кто командир?

— Его высокоблагородие полковник Марков! Суворов отбежал на середину площади:

— Строиться в каре!

Путаясь, солдаты начали выполнять команду. Прибежали, побросав свой товар, ряжцы из мелочного и других рядов.

— Я буду учить вас сам и по-своему! По-суворовски! — Генерал-аншеф, высоко подняв брови, вглядывался в лица солдат. — Буду учить каждый день, кроме воскресений и праздников. Субординация, экзерциция! Без этого нет жизни — нет ни взвода, ни армии, а вредоносная толпа! Ученье свет, а неученье тьма. Дело мастера боится! И крестьянин ленив — хлеб не родится. Нам за ученого дают трех неученых. Нам мало трех! Давай пять, десять! Всех побьем, повалим, в полон возьмем!

Запыхавшись, предстал перед Суворовым в полной полковничьей форме маленький и круглый Марков.

Генерал-аншеф тут же отправил его на гауптвахту, приказав отобрать шпагу:

— На что бабе меч — кого ей сечь!

Он повелел раздать солдатам свою воинскую памятку. Каждый должен был знать все написанное в ней, помнить и исполнять. Суворов требовал от ряжцев, сделавшись на время их полковым командиром, усердия к службе, бодрости, опрятности, заставлял строить по правилам военной науки земляные укрепления, ставил в них поочередно каждую роту, учил защищаться, собирал весь полк и учил эти укрепления штурмовать. В короткое время привел он ряжцев в высочайшее совершенство.

Однако под начальством Суворова находилось семьдесят семь тысяч человек, всюду царила разладица, и не было никакой физической возможности уделять каждому полку столько внимания, сколько генерал-аншеф посвятил одному Ряжскому. Процветало дезертирство; в казачьих полках, расквартированных в Крыму, происходили волнения; ожидалось появление в русском Причерноморье французских революционных агентов; немедленного вмешательства требовало ужасающее санитарное состояние армии.

В самом Херсоне госпиталь размещался в непригодном, сыром строении. Больные теснились в маленьких комнатушках; тут же содержались пятьсот инвалидов, не отправленных в отставку вопреки указу Военной коллегии. В Елисаветградском госпитале Суворов застал ту же картину: смертность была огромной «крайне по тонкоте стен, мокроте, сквозному ветру и тесноте». Как и в Финляндии, уход за больными повсюду был дурной, умершие долгое время показывались живыми, а солдаты, отправленные в госпиталь, числились не выбывшими из полка. Суворов приводит короткий разговор с одним из своих ординарцев:

Поделиться:
Популярные книги

(Не)нужная жена дракона

Углицкая Алина
5. Хроники Драконьей империи
Любовные романы:
любовно-фантастические романы
6.89
рейтинг книги
(Не)нужная жена дракона

Я граф. Книга XII

Дрейк Сириус
12. Дорогой барон!
Фантастика:
юмористическое фэнтези
попаданцы
аниме
5.00
рейтинг книги
Я граф. Книга XII

Позывной "Князь"

Котляров Лев
1. Князь Эгерман
Фантастика:
фэнтези
попаданцы
аниме
5.00
рейтинг книги
Позывной Князь

Темный Лекарь 6

Токсик Саша
6. Темный Лекарь
Фантастика:
аниме
фэнтези
5.00
рейтинг книги
Темный Лекарь 6

Купец I ранга

Вяч Павел
1. Купец
Фантастика:
фэнтези
попаданцы
аниме
5.00
рейтинг книги
Купец I ранга

Газлайтер. Том 12

Володин Григорий Григорьевич
12. История Телепата
Фантастика:
фэнтези
попаданцы
аниме
5.00
рейтинг книги
Газлайтер. Том 12

Имперец. Земли Итреи

Игнатов Михаил Павлович
11. Путь
Фантастика:
героическая фантастика
боевая фантастика
5.25
рейтинг книги
Имперец. Земли Итреи

Законы Рода. Том 5

Flow Ascold
5. Граф Берестьев
Фантастика:
юмористическое фэнтези
аниме
5.00
рейтинг книги
Законы Рода. Том 5

Кодекс Крови. Книга V

Борзых М.
5. РОС: Кодекс Крови
Фантастика:
фэнтези
попаданцы
аниме
5.00
рейтинг книги
Кодекс Крови. Книга V

Инкарнатор

Прокофьев Роман Юрьевич
1. Стеллар
Фантастика:
боевая фантастика
рпг
7.30
рейтинг книги
Инкарнатор

Система Возвышения. (цикл 1-8) - Николай Раздоров

Раздоров Николай
Система Возвышения
Фантастика:
боевая фантастика
4.65
рейтинг книги
Система Возвышения. (цикл 1-8) - Николай Раздоров

Мастеровой

Дроздов Анатолий Федорович
Фантастика:
фэнтези
боевая фантастика
альтернативная история
7.40
рейтинг книги
Мастеровой

Черный маг императора 3

Герда Александр
3. Черный маг императора
Фантастика:
попаданцы
аниме
5.00
рейтинг книги
Черный маг императора 3

Чехов. Книга 2

Гоблин (MeXXanik)
2. Адвокат Чехов
Фантастика:
фэнтези
альтернативная история
аниме
5.00
рейтинг книги
Чехов. Книга 2