Те самые, светлые
Шрифт:
Сбежал! Сумел! Колотилось в ставшей тесной груди сердце. На волоске висел над пропастью и все-таки выкарабкался! Значит, предки на его стороне, иначе позволили бы захомутать жертву и тут же превратить ее в вечную память о ней же. Значит, не напрасно он столько времени потратил на план и рисковал не задаром. Только... только все равно осторожней быть надо.
Иллинойс тихо, но до глубины души проникновенно выругался. Со своей последней встречи с Императрицей эльф свой словарный запас идиом и выражений значительно пополнил, мог ругаться на всех семи языках, виртуозно смешивая слова в забористые цепляющие фразы, приготовленные на тот самый крайний случай, который взял и случился!
Все
Что может быть нелепее решившей развлечься в очереди на въезд в тоннель Императрицы? Она - первое лицо государство, образец поведения, пример для подражания подданным и вдруг щеткой для чистки коня бросаться вздумала! Это какой стороной к ее образу Темной Владычицы пришить можно? Можно было с рук спустить, если бы она так сказать в тесном кругу, развлекаться решила, но ей понадобилось щеткой в незнакомых людей бросаться!
И на беду незнакомым человеком оказался он в маскировке. Специально от магических иллюзий отказался, не дай предки почувствует, заподозрить и до сегодня маскировка прекрасно работала - он столько раз мимо нее проходил, недавно даже общался тесно и не раскрыла она его, а тут на глаза попался по воле случая. Так не бывает, скажут люди? С Кель ни в чем нельзя быть уверенным.
Хорошо, что он тоннель под перевалом наизусть знает, конь у него обучен препятствия брать и пару раз он уже подобный фокус - прыжок через скрещенные пики проворачивал. Это и спасло от жарких загребущих ручек действующей Императрицы. Рано им еще встречаться и лицом к лицу разговаривать. По плану первый контакт в Лесу Вечности запланирован и то не радостная встреча двух старых друзей, а грызня степных волков за территорию произойти должна.
Так надо. Он обязан отстоять свое право на независимость и доказать умение принимать самостоятельные решения. Вязаные шарфики и шапочки это, конечно, хорошо, но он не кукла, чтобы его праздникам наряжать и с ложечки кормить. Постоянный контроль и защита тоже великолепны, однако, он - мужчина, хоть и ребенок неразумный по меркам эльфов, да воспитанный человеком, оттого в свои тридцать четыре в состоянии о себе и других позаботиться. И да... указывать что и когда чувствовать еще одна плохая привычка Осантейи, только у того, кому она указывает сердце есть и оно давно не совсем здоровое... Точнее совершенно больное! А с ним и голова ибо кто, если не полный идиот рассчитывал Кель переиграть?
Нет, он, безусловно, идиот так, наполовину, поэтому хватит предаваться воспоминаниям, сожалениям и пора двигаться к границе с Лесом Вечности, ибо вскоре может быть поздно. Хотя не плюнуть ли и не вернуться ли в распростертое объятия темной? Честно говоря, до смерти надоело каждый золотой считать и думать по во время ужина хватит ли ему на завтрак.
Иллинойс тряхнул ушами, постучал по своему лбу, запрыгнул в седло и тронул поводья. Потерпит, не мальчик. Вернется сейчас - никогда ничего не докажет, зато остатки уважения к себе на ближайшей березе собственноручно повесит! Мужчина с оглянулся назад, пожевал нижнюю губу и заставил себя тронуться в путь.
Снэйк прятался до вечера - залечивал поврежденную челюсть. Темная ее не сломала, но выбила, пришлось с помощью добровольца обратно забить. Кумба походных лечебных процедур змеиноглазый сперва к
Заплатив положенный взнос, отряд вошел в тоннель. Снэйк все ждал, когда Кель на него внимание обратит. Он специально для расстарался с объяснениями - такую запутанную конструкцию соорудил, что не каждый архитектор разберется, чего он нагородил, но темная его не замечала и делала это эффектно и естественно, будто у нее к нему вопросов нет.
Час кумба мучился. За второй озверел. Третий провел словно в тумане. Четвертый почти довел его до безумия. Почему она ни о чем не спрашивает? Обычно отчета требует немедленно, прямо сейчас и как можно быстрее, а тут отрезало. И главное, чувства ее поведению не противоречили. Кель на самом деле испытывала безразличие.
Но почему? Она женщина, а они по природе любопытны, и Кель такой была, используя эту особенность пола на благо работы и государства. Что произошло сейчас? Событие, которое должно вывести ее из равновесия и превратить в ледяную фурию, сделали из нее образец спокойствия.
Дольше Правая Рука терпеть не мог.
Он подъехал к Императрице, пристроился чуть впереди, повернулся и заискивающе улыбнулся. Не помогло... Тогда он деликатно кашлянул в ладонь. Эмоций не прибавилось. Усмехнувшись, мужчина слался:
- Ничего не хочешь спросить?
– голос дрожал от напряжения.
- Нет, - Кель и ухом не повела.
- То есть тебе не интересно?
– едва не подавился блондин.
- Нисколько.
- Я правильно понял - ты не хочешь знать?!
– дыхание перехватило.
- В яблочко, - на лице Императрицы ни один мускул не дернулся.
Помощник проглотил язык. Он не знал, как реагировать на такую Кель. Не ясно, что она задумала, какие у нее мотивы и к чему женщина стремится. Это опасно. В состоянии холодного безразличия к окружающему миру она способна натворить глупостей. В первую очередь, по отношению к себе.
- Видишь ли, - после паузы продолжила Осантейя, - за многие годы работы бок о бок я успела неплохо тебя узнать. Не думай, я не занималась изучением древней расы, но привыкла хотя бы предполагать, что и в каких ситуациях можно ожидать от того или иного человека, связанного со мной обязательствами. Когда я хотела спросить ты сбежал. Ты взял время на подготовку и наверняка придумал ложь. Не хочу ее слышать. Зачем мне фантазии кумбы?
– насмешка во взгляде темной жгла огнем.
– Ты не готов говорить мне правду и по сути ты передал меня. Конечно, Иллинойс не абы кто, только сколько ты с ним не виделся? Десять лет? О, ты дернулся. Значит, меньше. Возможно, ты даже участвовал в подготовке его задумки. Не бойся, я не собираюсь тебя увольнять: уже сделала это однажды. Не вижу нужды во второй безымянной яме под осиной. Правда, не наказать не могу, - рассмеялась Кель.
Снэйк вздрогнул. Никогда прежде Осантейя не разговаривала с ним в таком тоне. Она отстранилась от него, закрылась и низвела до уровня одного из своих подчиненных, а ведь несколько часов назад они были ближе неразлучных друзей. Теперь Кель вряд ли доверит ему прикрывать спину. Так быстро и так легко Правая Рука стал абсолютно не нужен ей. Он стал никем в одночасье...
Иллинойс пришел к нему два года назад. Демон знает, как ему удалось пробраться в Лос-Идос и кто еще помогал беглому Императору, но факт остается фактом: эльф убедил в его своей боли. Он вовсе не просил жалости, но предлагал действие. Увы, оба упустили из виду, что темная тоже способна болеть душой.