Улыбнись, мой ангел
Шрифт:
19
Рид смотрел на тени, двигавшиеся по стене гостиной. Через щели в шторах просачивался лунный свет. Его сердце все еще не успокоилось, но это потому, что он по-прежнему сжимал в объятиях восхитительное обнаженное тело Дженны. Он стащил со спинки дивана покрывало, чтобы накрыть их обоих. Голова Дженны лежала на его груди. Наверно, ей слышно, как колотится его сердце. Одну ногу она перебросила через него, одной рукой обнимая за талию, как будто не желала отпускать его
Он мечтал заняться с ней любовью с первого мгновения, как только ее увидел, но то, что произошло в реальности, затмило любые мечты. Под внешней сдержанностью скрывался настоящий вулкан страсти, щедрая возлюбленная и нежное любящее сердце. Может, он зря так близко подпустил ее к себе? Из-за нее он теперь желает то, чего никак не может иметь. Она заставила его поверить в возможность будущего, которого, увы, у них нет. Или все-таки есть? Дженна пошевелилась, и он еще сильнее прижал ее к себе.
Он был не готов отпустить ее от себя.
Дженна подняла голову и одарила его задумчивой улыбкой.
– Я знаю, о чем ты думаешь: совершил ли ты ошибку. Ответ отрицательный. Никакой ошибки ты не совершил.
– Я думал не об этом.
– Об этом. Еще как об этом, – сказала она и поцеловала ему грудь.
– Ну, хорошо. Может быть, – улыбнулся Рид.
– Мне ничего от тебя не нужно.
– Это хорошо. Потому что мне нечего тебе предложить.
– Ты слишком дешево себя продаешь, – прошептала она. Ее глаза были полны нежности.
Ее слова перекликались с тем, что много раз ему говорила Эллисон. Но Эллисон ошибалась, так же, как и Дженна. Когда-то он верил, что все образуется. Всякий раз, попадая в новую приемную семью, он верил, что это навсегда. Что теперь у него, как и у всех, будут настоящие родители, пусть даже приемные. Увы, он всякий раз ошибался. Он был никому не нужен.
– Это был просто секс, – сказал он, чтобы она не тешила себя иллюзиями, когда они встали с дивана. Нет, он понимал, что эти слова ранят ее, и если ему повезет, Дженна разозлится и выставит его за дверь.
Но, похоже, его слова ее лишь позабавили.
– Неплохо. У меня был «просто секс». Неужели?
Рид пожал плечами.
– Значит, я был хорош. Но это ничего не значит.
Дженна скорчила забавную гримасу.
– Ну, хорошо, ты не продаешь себя дешево абсолютно во всем, только там, где дело касается чувств.
– Не поверю, что у тебя сейчас был «просто секс». Ты не такая.
– Он был всего лишь очередной музыкант, скрипач. Скажем так, он просто лучше играл на своем инструменте.
Рид расплылся в улыбке и пробежал рукой по ее волосам. Ну почему она так ему нравится? Ему ведь это не нужно. Увы, он не мог ничего с собой поделать. Ее бесхитростность подкупала.
– А как насчет других?
– Было несколько, но я не вела
– Знаешь, это мой самый нелюбимый вопрос, какой только может быть задан после секса, – ответил Рид.
Дженна рассмеялась.
– Только хорошего в этой жизни не бывает.
– Ты уже исчерпала лимит вопросов.
– Ну, хорошо, тем более что ответ мне известен. Серьезных отношений ты не заводишь. Я не любительница случайного секса, хотя наш с тобой вряд ли случаен. Нет-нет, не думай ничего такого, – торопливо предупредила она. – Я знала, на что иду, и ни о чем не жалею.
Рид нахмурился. Несмотря на ее слова, он подозревал, что ей хочется большего, чем он способен ей дать. Другое дело, что ему не хотелось говорить с ней на эту тему. Поэтому он лишь положил ей на затылок ладонь и притянул ее голову ближе, чтобы поцеловать.
Ночную тишину прорезал пронзительный крик. Дженна вскочила с кровати, в спешке стащив за собой одеяло. Кричала Лекси. Ее голос был исполнен ужаса.
– Погоди! – крикнул ей в спину Рид, но Дженна не только не стала ждать, но и не удостоила его ответом. Схватив джинсы, Рид на ходу натянул их и бросился за ней следом. Похоже, что в комнате Лекси кто-то был.
Добежав до ее спальни, он увидел, что Лекси ведет в постели бой с одеялом, как будто это был некий невероятно сильный противник. Она то кричала, то рыдала. Лицо ее раскраснелось, мокрые от пота волосы прилипли к голове.
Дженна подхватила ее на руки и прижала к себе.
– Успокойся, дорогая моя. Все хорошо. Я с тобой. Тебя никто не обидит, – сказала она, прижимая голову девочки к своей груди.
Этот ночной детский страх резко контрастировал с той Лекси, которую Рид видел днем. Он забыл, через что ей довелось пройти. Днем она могла отвлечься, играя с друзьями. Но в темноте ночи кошмар вновь настигал ее. Отец травмировал Лекси до конца ее дней и должен был заплатить за все, что он сделал, – за дочь, за разрушенную семью.
Дженна продолжала прижимать к себе девочку, покачиваясь вместе с ней в кровати и шепча ей на ухо ласковые слова. В выражении ее лица читались одновременно любовь и решительность. У Рида защемило сердце.
Дженна была другим человеком – заботливой матерью, верной сестрой, добрым другом. Возможно, дешево себя продавала она, а не он.
Я ее недостоин, внезапно подумалось ему.
Он резко повернулся и зашагал по коридору в обратном направлении. В гостиной он привел себя в порядок, собрал одежду Дженны и принес ее в спальню. Она вышла из двери секунду спустя, все еще завернутая в покрывало.