Умоляй, ведьма
Шрифт:
От того, что творилось в моей комнате, я потеряла дар речи.
Желание благодарить Хмурю за вчерашнее спасение как-то резко пропало. Зато появилось совершенно новое желание. Придушить ворона!
Моя постель, которую, клянусь, я любовно заправляла, расставляя в изголовье аж пять подушечек разных размеров, сейчас была беспардонно перевернута и измята. Одеяло сбилось и валялось на полу, подушки оказались раскиданы по всей комнате, а на простыне явно кто-то полежал. Как я об этом догадалась?
А очень просто!
— Прости, у меня тут случайно бокал перевернулся, — невозмутимо бросил Хмуря, в этот самый момент скатываясь по креслу прямо на пол. На одно из моих новых платьев!
Я сперва не поняла, что вообще происходит. Казалось, что в комнате побывали воры и это они устроили тут погром. Но, приглядевшись, я поняла, что никакой это не погром, а вполне обычный, хоть и от этого не менее чудовищный беспорядок!
Перевернутое кресло стояло таким образом, чтобы задняя часть его спинки превратилась в крутую горку. И именно по ней вниз задорно скатывался мой фамильяр, на ходу уплетая порезанную на тонкие ломтики жареную картошку.
В общем, эта самая еда валялась разбросанной по всему полу и ковру, а Хмуря, не обращая на мусор ни малейшего внимания, хватал клювом новую порцию из миски, снова забирался на свою “горку” и скатывался вниз, весело раскинув крылья.
— Это что… моя картошка?.. — выдохнул Эйвин и малость побагровел от возмущения.
Но до настоящего возмущения ему явно было еще очень далеко.
— Это что… мое платье?! — воскликнула я, когда возможность разговаривать более-менее вернулась.
В это время Хмуря макнул румяный ломтик угощения в соус из помидоров, подкинул его вверх, но попытка поймать его провалилась, и еда упала прямо на мой наряд, распластавшийся по ковру и измятый ножками мебели.
— Ох, жалость какая, — проговорил фамильяр, провожая картошку взглядом и рассматривая яркое красное пятно на желтой ткани одного из моих лучших нарядов.
Впрочем, у меня все наряды были лучшими и любимыми. Я ж их впервые в жизни покупала!
— Картошку уронил, — добавил ворон, намереваясь взять новую порцию.
То есть гадкого ворона беспокоило лишь то, что он проворонил свое угощение, а вовсе не испорченная одежда!
— Платье!!! — взвизгнула я, когда он снова умудрился взгромоздиться на кресло и съехать прямо в пышные складки моей юбки. — Зачем ты бросил на пол платье?
— А я что, по-твоему, должен был скатываться хвостом на ковер? — натурально возмутился ворон, вставая на огромные лапы и расправляя крылья. — Я ж себе все перья сотру!
— Да что ты за чудовище такое мерзопакостное!!! — всплеснула я руками и бросилась к птице с одной-единственной мыслью — придушить его на месте.
Я, признаться, уже забыла, что он мне жизнь спас,
Да как вообще его можно за что-то благодарить?!
В голове клокотала ярость и больше ничего.
Я даже не подумала о том, что Хмуря, вообще-то, птичка не маленькая. А размеры его таковы, что в нашей схватке скорее он задрал бы меня когтями и заклевал бы огромным блестящим медью клювом, чем я причинила ему хоть какой-то вред. Мне было уже все равно! Я хотела обхватить его шею, зарыться пальцами в оперенье и повыщипать все к дракону Рока.
Но Хмуря оказался быстрее. Опять!
Взлетел к потолку, сел на спинку кресла, а когда я последовала за ним, ушмыгнул на шкаф.
Потолки в моей спальне стали значительно выше прежнего, и теперь наглый фамильяр удобно сидел там во весь свой рост в полной неприкосновенности.
— Я простой ворон, и мне тоже нужно как-то развлекаться! — возмутился он без капли раскаяния. — Имей совесть, недоведьма! Веди себя прилично!
— Я. Не. Недоведьма! — крикнула я, сжимая кулаки и примериваясь к шкафу так, чтобы залезть наверх.
Этот мерзавец на этот раз от меня не скроется. Бабушкой клянусь!
Однако, пока я открывала створки и забиралась на нижнюю полку ногами, негодяй взмахнул крыльями и перелетел на другую сторону комнаты, приземлившись на невесть откуда взявшееся тут изящное пианино из красного дерева.
Но мне было некогда восхищаться изобретательностью волшебной избушки, постепенно превращающейся в настоящий особняк. Я схватила одну из любимых подушек, сиротливо валявшихся на полу под ногами, и со всей силы бросила в наглую птицу.
Раз не могу взять его в ближнем бою, буду брать в дальнем.
Попала!
Подушка влетела аккурат ворону в верхнюю часть тела, впечатав того в стенку за пианино.
Жалко ли мне было его?
Да ни капли! Я, кажется, даже в ладоши хлопнула. Ну а что: если рыцарь из Мартеллы не очень, так хоть стрелок отменный!
— Так и прибить можно, между прочим! — возмутился Хмуря, каркнув от неожиданности и неловко перебирая огромными крыльями, чтобы подняться.
Все-таки его размер не всегда оказывался выгодной чертой.
Я в это время уже подбирала вторую подушку, готовясь к новой атаке.
— Кто еще будет спасать тебя, такую криворукую, если ты мне шею свернешь? — каркал он своим низким, чуть хриплым голосом.
И если секунду назад мне все ж таки стало его немного жаль: об стену он явно ударился неслабо, то после этих слов я еще сильнее замахнулась своим зарядом и, пока Хмуря не успел улететь, снова запустила в него подушкой.
Ворон опоздал всего на миг. Пухлое “пушечное ядро” застигло его буквально в полете. Он снова упал, на этот раз ударившись о стену слева от пианино.