В ожидании
Шрифт:
Сзади раздался голос:
– Вот ты где!
Её тётка в соломенной шляпе с такими широкими полями, что они задевали за плечи, стояла внизу на дорожке в обществе двух садовников.
– Я за тобой. Босуэл и Джонсон, вы можете идти. Портулаком займёмся после обеда.
Леди Монт подняла голову и выглянула из-под своей огромной шляпы:
– Такие носят на Майорке. Отлично защищает от солнца.
– Босуэл и Джонсон, тётя?
– Сначала у нас служил один
– Я считаю, что он слишком часто употребляет слово "сэр".
– Флёр унесла мои садовые ножницы. Что это у тебя, Динни?
– Дневник Хьюберта.
– Тяжело читать?
– Да.
– Я следила за профессором Халлорсеном. Его следовало бы кое от чего отучить.
– Прежде всего от самоуверенности, тётя Эм.
– Надеюсь, наши подстрелят пару зайцев. Суп с зайчатиной был бы прекрасным добавлением к меню. Уилмет и Хенриет Бентуорт уже разошлись во мнениях.
– По какому поводу?
– Не знаю. Я была занята. Не то насчёт премьер-министра, не то насчёт портулака. Они вечно спорят. Хен, видишь ли, всегда была принята при дворе.
– Это так опасно?
– Хен – прелестное создание. Люблю её, хотя она вечно кудахчет. Зачем ты привезла дневник?
– Хочу показать его Майклу и посоветоваться с ним.
– Не делай этого, – сказала леди Монт. – Майкл – хороший мальчик, но ты этого не делай. У него масса каких-то странных знакомых – издатели там и прочие.
– Потому-то я и хочу с ним посоветоваться.
– Посоветуйся лучше с Флёр: она человек с головой. А у вас в Кондафорде тоже такие циннии? Знаешь, Динни, мне кажется, что Эдриен скоро сойдёт с ума.
– Тётя Эм!
– Он ходит как во сне. Я думаю, если его уколоть булавкой, он и то не заметит. Конечно, не следовало бы говорить с тобой об этом, но он должен на ней жениться.
– Согласна, тётя.
– Но он этого не сделает.
– Или она не захочет.
– Они оба не захотят. Словом, не понимаю, чем всё это кончится. Ей уже сорок.
– А дяде Эдриену?
– Он ещё совсем мальчик. Моложе его один Лайонел. Мне пятьдесят девять, – решительно объявила леди Монт. – Мне пятьдесят девять, я знаю, а твоему отцу шестьдесят. Твоя бабушка была очень чадолюбива. Она непрерывно рожала. Что ты думаешь насчёт детей?
Пузырёк поднялся на поверхность, но Динни успела проглотить его и ответила только:
– Ну, раз люди женаты, это неплохо – в меру, конечно.
– У Флёр будет ещё один в марте. Плохой месяц – какой-то легкомысленный.
– Когда заговорят мои юные чувства, не раньше.
– Весьма благоразумно! Не за американца, надеюсь?
Динни покраснела, улыбнулась – в улыбке было что-то опасное – и ответила:
– С какой стати мне выходить за американца?
– Не зарекайся, – возразила леди Монт, обрывая увядшую астру. – Когда я выходила за Лоренса, он так за мной ухаживал!
– И сейчас ещё" ухаживает, тётя Эм. Замечательно, правда?
– Перестань смеяться!
И леди Монт так глубоко погрузилась в воспоминания, что, казалось, окончательно исчезла под шляпой – ещё более необъятной, чем раньше.
– Кстати, раз уж мы заговорили о браке, тётя Эм, – я хотела бы подыскать Хьюберту девушку. Ему нужно отвлечься.
– Твой дядя посоветовал бы ему отвлечься с какой-нибудь танцовщицей, – заметила леди Монт.
– Может быть, дядя Хилери знает что-нибудь подходящее?
– Динни, ты – испорченное существо. Я всегда это говорила. Погоди, дай подумать. У меня была одна девушка; нет, она вышла замуж.
– Может быть, она уже развелась.
– Нет, кажется, пока только разводится, но это долгая история. Очаровательное создание.
– Не сомневаюсь. Подумайте ещё, тётя.
– Это пчелы Босуэла, – ответила тётка. – Их привезли из Италии.
Лоренс говорит, что они – фашистки.
– Чёрные рубашки и никаких лишних мыслей. В самом деле, они производят впечатление очень агрессивных.
– О да! Стоит их потревожить, как они налетают целым роем и начинают тебя жалить. Но ко мне они относятся хорошо.
– Одна уже сидит у вас на шляпе, милая тётя. Согнать её?
– Подожди! – воскликнула леди Монт, сдвигая шляпу на затылок и слегка открыв рот. – Вспомнила одну.
– Кого это "одну"?
– Джин Тесбери, дочь здешнего пастора. Старинный род. Денег, разумеется, нет.
– Совсем?
Леди Монт покачала головой. Шляпа её заколыхалась.
– Разве у девушки с такой фамилией могут быть деньги? Но она хорошенькая. Немного похожа на тигрицу.
– Как бы мне познакомиться с ней, тётя? Я ведь знаю, какой тип не нравится Хьюберту.
– Я приглашу её к обеду. У них дома плохо питаются. Кто-то в нашем роду уже был женат на одной из Тесбери. Насколько я помню, это произошло при Иакове, так что они с нами в родстве, но страшно отдалённом. У неё есть ещё брат. Он моряк: у них все служат во флоте. Знаешь, он не носит усов. Сейчас, по-моему, он здесь, в увольнении.