А я иногда ухожу налегкев пламенный Дом на реке.Ты меня в платье оттуда не ждистой, где грибные дожди.Там, на реке, к Дому ходит паромВ Доме живет старый гром.Я приношу ему крепкий табака он мне за это так радпо девушке Молнии на ночь даватьчтоб мог я стихи поджигать.
11
«Зарисовка такая»
Ложится спать сиреневый тумансомнамбулы по полю тихо бродята ежик вдруг залез ко мне в карманв клубок свернулся и иглой по сердцу водит.На ворохе исписанных листовдрожащих от мелодии фрамугикоровка божья крылышками будитсознание у вычеркнутых слов.Во дворике затихла детворалишь хлопают полотна простынейнад крышами бараков, высокоюлой жужжит, в полнеба, НЛО.Возьмет с собой он тел тщедушных пепелостанется лишь Бог да глупый ежикна ворохе исписанных
листовиголками водить словам по коже.
12
«Так дай же Господи мне тихо умереть»
С прощальным криком ебаная чайкаупала в море, поднялась с рыбешкойА я поймал себя на том что это майкапостирана и хлопает как трешкана бельевой веревке, в прошлом векена этом же балконе той же виллыи вот уже в который раз «мой милый»стекает липко по спине на солнцепеке.Обрыдло даже это трепаное море.Все одинаково: закат, рассвет, бриз, ногикак-будто волны надвигаются картинкииз прошлого в сегодня по дорогеодна в одну, прозрачны, бестелесныи легкий ветерок с плеча былинкисдувает с жизнью в небо подневесноеотлив уносит на могильную луну венки.Так дай же Господи мне тихо обмелеть!За что ты мучаешь меня на этом свете?Я повидал уже Тебя и жопу чайкилетящей враскорячку с рыбкой к Витеон там — заклепка между винтиком и гайкойБог все заводит и заводит, жмет пружинкаа молоточек бьет по шестеренкам: «дринькать!»Соеденяя две размытые картинки…Так Дай же, Господи, мне по уму нагайкой!Засунь меж шестеренок рыбку с чайкойзасунь туда собачку, БаскервиллиИ научи все заново: кричать на «суахили»бежать по пристани в набедренной повязкеметая дротики в раскрашенное краскамиполотнище с гербом «Мои салазки»…Так дай же, госсподи, мне тихо умеретьи превратиться в Солнышко из сказки.
13
«Вдали среди камней и пен» (в стиле Пушкина)
Бежит, печалью не томимручей среди отвесных скала на скале стоит Шагали откровенно смотрит внизпо волнам бурным, валунамоббив порогами бокаплывет свалившийся с быкаополоумевший шакал.Ну а на отмели, с ружьемохотник видимо стоитв ручей он пристально глядитнаверно ждет когда прибьетшакала к отмели потокно вот проплыл он между ногшакал везучий, молодойохотник все стоит и ждетчего же ждет он, Боже мой?Вдали среди камней и пенбурлящих брызг на свете солнцнесется полосатый тигрзвереет все сильней ручейот этих непонятных игра наскале стоит Шагалс мольбертом и набором рукохотник вскинулся, упалзалег и ждет когда проснусь(я загорал с одной вдовойизнежив, выбив с нее грустьуснул, мушкет под головолйкогда проснусь? Когда проснусь?)Охотник понял — тщетно, пустьон на один-один, с веслом(ружье он зарядить забыв)ударил гром, полился дождьвсе ближе полосатый тигрплывет, с наколкой «Путин-вождь»а над ручьем пронесся «Миг»охотник выпучил глазак нему плывет большой «ЗК»за ним еще, еще «зк», то на бокато на живот переворачивает ихковарный путинский поток:Невольник чести посадилвсех кто налоги не платил.
14
«Махонтик»
(Из серии «Гении на привале». Пельмени «Пятиминутка»)
Поющие о времени цыкадыбез умолку и дроздовых инверсийуслышь, моя родная, спелый персик,взяв голову мою — морскую раковинуа мне второе сердце от быка быторчат наружу дыры христианства!Возьми меня за жабры, вынь из пьяноствагде выпучив глаза под камнем — крабыи Атлантиды каменные… женщинылежат среди развалин Колизея.Ах мне вторую б жизнь и о ней роликторчат на луже камни — свиньи чванства!Сними с меня шагреневого змеяза пазухой дрожит несчастный кроликтяни за уши! — Ленты? Деньги? Зонтик?Чего, анти..? «АнтИхристомахонтик»?— Нет, то у Богоболека в ремонтеторчит наружу время и пространство.Поют о нас с тобой уже романсы!И о романсах в «Ы» слагают Гимны!О гимны как об ножны трутся шпаги,сагичитают, развернув бересту длинную,вылизывая огне-языками мобильные,не встроенные в Душу, уши воинов.Торчат наружу губы у любовников!Трещат о Духе вогнутом цыкады!О фьерды бьются волны — рады, радыторчат из Атлантиды Колизеи!Торчит наружу и Ассоль, до Грэя…«Торчок» — на полпути к Кассиопее.
15
«Колыбельная для еврейской девочки»
…Качают ветвями огромные елиупругой энергией воздух взбиваязапутался ветер и струны запелибалладу о русском темнеющем Раео поле, откуда лавиной, невидимс разгону несется в волшебную чащув едином порыве, с предгория Чилипо волнам соленым, становится слащев пустыне Морокко вертя апельсиныпьянея от пряностей Хайф-палестиныв пружинках лозы европейские винаплодя и вращая на крышах, у тираван-флюгеры крепости «Епанный Таллинн»спадая на воды Чудского, на Вечесрывая с петель боевых пары валенкинесется
в церквы, синагоги, мечетиРоссиии по амбразурам его там сгоняюта он вырывается пулей, на волю,по избам, за печи, на ходиках маятникветер качает и солнце восходит и пьяныйМессия!Из изб! Выгоняя всех ангелов в окна!И поле до ветра становится… «хайм»!А там, на краю, в лес прямая дорогаИ мир выдувает в трубу навоз Богаотходы от вин, пастилы, Чегеварыкаширных свиней и чухонского грога.И чисто! Безлюдно! Нет Душ и нет Тарыумершей бабули звучит голос тонкыйв избе, спит мамахен, холодные тапочкиИ в книжке «народные русские сказки»бегут по страницам за русской девчонкойшутя задирая полы красной шапочкилишь ветер и волки…— «Спаси меня, Папочка! Сними меня… с елки.»
16
«Еще раз про морковь»
Тянет Осенью из лЕсу — уж порАдве недели пронесутся, детворапервоклассная по школам со двораразойдется в изученьи букваря.Тянет осенью из лесу — уж под пнемпрячет белка шишки, хвОстик все огнемловит ветер парус-листик с муравьемощетинился вдруг рябью водоем.Тянет осенью из лесу, J-майл-J!Лето бабье ей накаркай, воронье!Поцелует монитор пусть горячо!Птица гордая — любовное письмо!Пока не пнешь — не полетит за океан.Тянет осенью из лесу на верандуподмывает дождик карту КакмандуПо небритому газону я хожубес в ребре, усы торчком, под нос жужжу:«Тянет осенью из лесу, тянет в лес!На осину этой ночью ты залезь!И гляди, гляди, пока не будет резь!Ты увидишь — в классе рук уж целый лес.— Задаю вопрос про хмель, мохнатый шмель:Сколько крови выпил Бог чтоб плюнуть в цель?На каком кольце Он спилит твою ель?Будут трусики на кладбище на ней?Будет высечен год смерти и е-мейл?»
17
«И увидел Я что это хорошо…»
Голубика и морошка на низине, олененокперламутровые рожки опустил и щиплет мохи оливками глаза его с каймою всполохов:Лестница в небо там где ты не был, Бог.Медная глина в трещинах черных, белое солнцерасплющщены кроны, оранжевый львенок, на холкеверблюда так пего, и иссине-синие полосы зебры:Лестница в небо там где ты не был, Бог.Клеканьем пение бабы бездонной об звоны косына лоскуты бурой в испарине пашни под шаромчервоным в цвету васильковом ложится… все…Домик!И лестница к гнездам там где ты создал вакуумБог.
18
«Однажды какая под дубом»
Однажды, какая под дубом,в старинном паркене добежав в авто до Дома [1]на речке «Карповке»я вдруг взглянул натужась вверхв весенний воздухпередо мной стоял, во-первых,дуб с глазом-мозгома по краям его в охапкуресницы-розги,под очень странными угламивисело небо,а во вторых рядах, за дубомБугру с колхозаза корешок в тепле давалацель жизни Роза,склонив пожухлую головку,в «пальто» — занозы.Я очень классно удивилсякак-будто Бродскийи покраснев потупил взглядна лужу плоскуюона даря траву-мочалоледком подернувшиськак много лет тому назад,молчала…— «Мама»!..И я заплакал…Мозг заворчал:«Блоктут жекакал.»
1
В этом доме, на Пряжке, напротив «Желтого», жЫл Александр Блок.
19
«Предчувствие сенсации» (исповедь папарацы)
Залив, ряды рыбацких сетей. Темнеет. Банька.Да в соснах ветер. Фосфоритически лунаоб днища лодок, что перевернуты, конечно, в водуэфира неба, глядит, глядит — желток на бежеблеснет вдруг молния стеблем, в излом, коленомпереходя в бутоны астры на верху неба, и освещаядорожку к Раю от стекла, в хрустальной вазеда криво плачущую иву у самой глади, и облачкАони уложены зефиром, в прямоугольнейшей коробкеБог вдалеке, на горизонте, сидит на пробкебутылки с Джином, упавшей с Огненной землина бок гольфстрима, в пучки завязанные сныв верхушках сосен, да волны (их в воду бросили)плывут к дощатому причалу, спадают хлюпнувмотая в стояки у дна мочало — морскую брюквув песке, у илистой полянки лежит колечкоУ баньки пес сторожевой, в овечьей шкуреБог с посохом, бежит на встречу, кудахчут куредалiко… Сейчас что-то будет.
20
«Прощанье, на шару»
Догорает в камине компьютер-тетрадьи змеиный язык распускает огоньобжигая бересту до в стиле «ампир»статуэтки «Венера на Клоне».Затекает пластмасса цевьем в сапогизастывая броней ахилесовых пятНа камине бакс стелет дорогу часами обратно бежит циферблат.Ты забудь меня Русь у камина в степипепелище, труба — мой языческий БогОбраз Тени колышет пусть в пятом углуи плющем по земле люд-горох….Ты прости меня, Родина, — еб твою Мать!Мать — Надежду в рот маковых Розположить не забудь на могилку мою,на отныне и там говна воз.Истлевает от жара гробов моих ратьшевелясь паутинами крылиз трубы, на шару, поднимаюсь студясьна гору, что себе я сам вырыл…