Ведьма и её тень
Шрифт:
Шок. Страх. Обреченность. Никакой ошибки здесь не было.
Полина отступила и выскочила из спальни. Схватив сумку и ключи от машины, она открыла дверь и вышла за порог. Кажется, Максим несколько раз окликнул ее по имени, но в этом не было совершенно никакого смысла.
Пиковая дама, крестовый валет
Пробуждение было тяжелым и каким-то неправильным. Полине часто снились кошмары самого разного содержания — от выпадающих передних зубов до рассыпающихся под ногами ступенек — однако всякий раз ей довольно легко удавалось вырываться из дурного сна в безопасную реальность. В такие мгновения страх достигал своего
Она лежала под отсыревшим одеялом, глядя в бревенчатый потолок, и прислушивалась к непривычным звукам — по крыше стучал дождь, стекла в ставнях слегка позвякивали от порывов ветра. Дождь только начинался, когда она под утро приехала в свой деревенский дом, и до сих пор не думал заканчиваться.
С этим местом у Полины были связаны самые счастливые детские воспоминания. Летом она много времени проводила у бабушки, та хоть и была строгой, но рядом с ней Полина никогда не чувствовала себя лишней. В ее памяти бережно хранились вечерние прогулки, стрекотание кузнечиков, крики петухов по утрам, аромат клубники, вкрадчивые скрипы половиц и запах истопленной печи. Теперь к этому дому накрепко привяжется еще одно воспоминание, опустошающее и болезненное.
Полина дотянулась до телефона и с гулко бьющимся сердцем разблокировала его. Тридцать четыре попущенных звонка и шесть сообщений от Максима. Она пробежалась глазами по каждому и не обнаружила ничего, что могло бы дать надежду. Никаких «ты неправильно все поняла» или «это не то, о чем ты подумала», только глупые попытки выяснить, где она, и предложения спокойно поговорить. Нужно было принять новую действительность такой, какой она есть — их брак, скорее всего, уже не спасти. Шесть лет, проведенных вместе, улетели в трубу, а от одной мысли о том, что ей нужно как-то выстраивать свою жизнь заново, Полину накрыла паника.
Естественные надобности все же вынудили ее подняться и, дрожа от холода, Полина поспешила во двор. В этот дом она в последний раз приезжала года два назад, поэтому неудивительно, что кругом была пыль, паутина и целое кладбище дохлых мух. Огромный фронт работы. Настоящее спасение для того, кто не может позволить себе и мысли о чем-то, кроме окружающего пространства.
Первые сутки она прожила словно в пелене, управляя своим телом как в компьютерном симуляторе повседневной жизни. Полина убралась в доме, просушила у печки одеяла с подушками и даже сходила в местный магазин за едой. Погода наладилась, небо прояснилось, и только в ее голове все по-прежнему было затянуто свинцовой субстанцией из страха, сомнений и тревоги. Здравый смысл нашептывал, что рано или поздно ей придется выбираться из убежища и начать диалог, но Полина малодушно давала самой себе отсрочку. Еще день. И еще один.
Она временно заблокировала номер Максима, но совершенно не подумала, что он может достучаться до нее через других людей. На третий день пребывания в деревне ей позвонил Антон. Прекрасно понимая, о чем пойдет речь, Полина все-таки ответила на звонок.
— Твой муж приходил к мне и спрашивал, не знаю ли я, куда ты уехала.
Она тяжело вздохнула и вцепилась в волосы свободной рукой.
— У нас... размолвка, — проговорила Полина нехотя. — Я ушла из дома. Только не говори ничего маме.
— Даже не собирался. Если вы расстались насовсем, то лучше тебе найти нового мужика до того, как сообщишь ей о разводе.
Полина мрачно рассмеялась в ответ. Ей совсем не понравилось, как небрежно Антон отозвался о ее браке, но нужно было
— Сделай вид, что ты не в курсе.
— Окей, — легко согласился он. — А что Макс натворил? Купил не те сосиски по акции?
У Полины вырвался истерический смешок. Некоторое время она размышляла, нужно ли посвящать брата в подробности, и в итоге все же решила выложить все как есть.
— Он на днях стал отцом, — произнесла она мертвым голосом. Озвучив эту истину, Полина почувствовала, как горло сдавил спазм.
На том конце раздался странный шорох, а затем повисла тишина.
— Я его прямо сейчас вижу через дверь. Хочешь, разобью ему нос?
— Нет!
— Уволю его...
— Не надо, — устало пробормотала Полина. Силы будто покинули ее окончательно, и она снова повторила свою простую просьбу: — Сделай вид, что ты не в курсе. Пожалуйста.
В динамике раздался долгий тяжелый вздох, а затем Антон заговорил:
— Ты ведь сейчас не сидишь где-нибудь под мостом или в ночлежке? Мне плохо от одной мысли, что ты стала бомжом.
— Нет, я пока в деревне. В бабушкином доме.
— М-да, — протянул он недовольно. — Изменил он, а в деревянную халупу с туалетом на улице переселилась ты. Надо было вышвырнуть его из дома!
Полина не смогла ему ответить, подступившие слезы начали душить ее так отчаянно, что слова просто застревали внутри. К счастью, Антон закончил эту пытку, пообещав напоследок поговорить с юристом о разделе имущества.
Отложив телефон подальше, Полина упала на кровать и окончательно разрыдалась. Она оплакивала всю свою прошлую счастливую семейную жизнь, несбывшиеся планы на будущее и нынешнюю беспомощность, справляться с которой ей предстояло уже в одиночку.
Прорыдавшись как следует, она принялась дальше приводить дом в порядок. Трудотерапия все еще неплохо работала, но комнаты были не бесконечными, и вскоре руку в этом месте приложить было уже не к чему.
На следующий день Полина выбралась в огород и начала борьбу с травой и разросшимися кустами малины. Очень быстро она поняла, что голыми руками победить заросли просто невозможно, поэтому ее посетила смелая идея найти кого-нибудь, желающего подработать, желательно с газонокосилкой. Продавщица местного магазина посоветовала ей сходить в самое начало деревни, однако по упомянутым адресам Полина никого не нашла. Зато проживающая по соседству бабушка назвала номер дома в противоположном конце. Добравшись до места, Полина легко нашла мужчину с газонокосилкой. К сожалению, он уже два часа как справлял с приятелями день рождения и не смог самостоятельно даже открыть собственную калитку. Когда от него поступило встречное предложение присоединиться к их вечеринке, Полина поспешила ретироваться.
Долгая прогулка закончилась ничем, зверски голодной она вернулась к своему дому и застыла, не дойдя пару десятков метров. Там, где она оставила свою машину, была только помятая трава.
Полина сначала не поверила своим глазам и даже осмотрелась вокруг. Не могли же ее опель увезти куда-то на эвакуаторе? Пройдя чуть вперед, она обнаружила, что дверь дома распахнута настежь, и в этот момент уже окончательно осознала, что произошло. От страха все тело будто одеревенело, а в ушах зазвенело. Нужно было бежать за помощью, но по соседству уже много лет никто не жил, а стучаться наугад Полина опасалась. Она с трудом развернулась и, не чувствуя земли под ногами, поспешила к магазину. Только на середине пути Полина вспомнила, что он должен был закрыться еще в шесть часов, и все равно приплелась туда в надежде встретить хоть кого-то из уже знакомых местных.