Верни Мою Душу
Шрифт:
Люцифер снова отвернулся к огню и протянул к нему руки, потирая ладони. Вероника же приблизилась к зеркальной поверхности, похожей на жидкое серебро. Коснулась кончиками пальцев, чувствуя холодное покалывание. Вот, он долгожданный выход. Больше никаких жестоких игр, никаких иллюзий и обмана, никаких теней, и темноты Пустого Мира ... Больше не будет рядом Князя, пытающегося примерить на себя человеческие эмоции и разобраться что такое любовь.
Она уйдет из этого кошмара. Страшная сказка наконец-то закончится. Самое время поставить точку. Вероника уже протянула руку, чтобы коснуться
Князь проиграл. Не сумел приручить того, кого в издевку прозвал мышонком, и не нашел иного выхода, как отпустить её. Хотя мог еще раз попытаться. Мог заново выбросить её в Лабиринт и переиграть партию. Но вместо этого махнул рукой и показал на выход.
"Серебро" холодом обожгло пальцы. На той стороне ее ждало нечто совсем иное. Другой мир? Другая жизнь? Вероника не не имела понятия. Что-то, непостижимое даже для Князя. Ему-то никогда не покинуть Пустой мир. А она, Вероника, может все начать сначала.
"Ну, давай... Здесь нельзя больше задерживаться. Он ведь может и передумать",- подсказал внутренний голос, и Вероника сделала глубокий вдох.
Но так и не сделала шаг вперед. Она не знала, что её остановило. Странное чувство. Наверное, его называют жалостью. Жалость к тому, что живет не одно тысячетелетие, повелевает иллюзиями и тенями... и так одинок в своем темном мире. Мышонок жалеет льва, которому угодил в когстистые лапы. Глупый мышонок.
– Нет.
Люцифер тотчас распахнул глаза. Вероника сумела его удивить. Ей даже доставило какое-то странное удовольствие - видеть изумленное выражение лица Князя. Такого от нее он никак не ожидал.
– Тебе достаточно сделать одиш шаг, мышонок, и всё это закончится,- проговорил Хозяин Пустого мира тихо.- И я тебе советую воспользоваться этим шансом.
– Нет,- Вероника отвернулась от зеркала.
Он не отрывал от нее глаз, а потом коротко хохотнул.
– Дура. Благородная, но дура,- констатировал насмешливо.- Что на тебя нашло, а?
– а потом потянул носом воздух.
– Ааа, жалость. Ты поддалась своему идиотскому порыву и решила мне помочь, да? Скрасить мое холодное одиночество? Снова возомнила себя героем? Ну-ну. В прошлый раз это ничем хорошим для тебя не закончилось, не так ли?
Мышонок спокойно стерпела его слова. Все-таки он говорил правду. Возомнила, да. Поддалась. Но иначе не получилось. Наверное, действительно дура c благородными замашками.
Вероника произнесла, когда мужчина замолк и задумался, пощипывая подбородок. Такой поворот его действительно изумил. Но люди вообще существа забавные и странные. От них можно ожидать всего. Даже того, что они сами полезут в пасть льву.
– Мы сыграем еще одну партию, Князь. Но на этот раз иначе по другим правилам. На равных. В открытую, без иллюзий и обмана.
Он хмыкнул. Смерил её долгий взглядом, продолжая поглаживать ладонью по гладким щекам и молчал. Молчал так долго, что Вероника решила, Люцифер сейчас рассмется и примется за старое. Что в нем проснется застарелая жестокость и охота до сильных темных
– Хорошо, - неожиданно согласился. Поднялся и подошел к Веронике.- Сделаем так, как ты хочешь, - а потом осторожно обхватил ее подбородок пальцами, приподняв так, чтобы заглянуть в светлые глаза, полные решимости, и покачал головой со словами:
– Мой маленький глупый и очень упрямый мышонок...
Глава 11. Синие Тени
Темнота -- это не более чем темнота,
но в тенях может скрываться что угодно.
Терри Пратчетт.
Ей снилось море. Широкое побережье с белым мелким песочком, в который так здорово зарываться пальцами ног. Ощущая, как кожи касается вода, набегающая на берег ленивыми волнами. Дул слабый ветер, принося с собой запах соли и водорослей. Небо над ее головой было хмурым - растянулось серое, безцветное полотно до самого горизонта. И море, словно зеркальное отражение небес, тоже лишилось своих неповторимых красивых красок...
Вероника сделала шаг вперед и вздрогнула, когда холодное прикосновение обожгло щиколотки. Она не знала, как здесь оказалась. Как и не знала, надолго ли. Не столь важно. Главное, что происходит в этот самый момент.
Сейчас она здесь, наслаждается неповторимым чувством свобода, у которого соленый морской вкус. Ветер приобнимает за плечи, проводит невидимыми ладонями по волосам, осталяют на губах и лице соленые поцелуи... Вероника прикрыла глаза. Последний раз море она видела очень давно, еще до болезни Коли. Тогда начинался шторм - потемневшее небо разрезала первая вспышка молнии, ветер же набирал силу, гоняя горбатые волны по темно-синей глади, упали первые капли дождя... не смотря на это, Вероника не могла заставить себя уйти. Развернуться и вернуться домой, в теплую и уютную квартиру. Море всегда была ее слабостью. Наверное, в прошлой жизни они были тесно связаны.
Ветер замер за её спиной, положил узкие ладони на плечи и обжег дыханием ухо.
– Пора просыпаться, мышонок,- у ветра голос был мягким, без так легко угадывающихся стальных ноток.
Он еще раз коснулся её волос и исчез, а спустя несколько секунд Вероника почувствовала, как песок исчезает из-под ног и она начинает падать. Падать в густую, но совсем уже не страшную темноту.
А Пустой мир не изменился. Нисколько. Хотя... Наверное, он никогда не меняется. Мертвое время не приносит с собой перемен.
Вероника открыла глаза и несколько минут разглядывала знакомого шакала на высоком темном потолке - казалось, тот улыбался ей загадочной полу-улыбкой. Лукаво сверкнули глаза рисунка в полумраке, а затем неожиданно шакал чуть подался вперед и бесшумной размытой тенью соскользнул по стене вниз. Прошмыгнул мимо удивленной Вероники, задержавшись рядом с ней буквально на мгновение, и направился дальше. Та проследила за ним - тень замерла у ног своего хозяина. Люцифер радушно потрепал своего питомца по загривку и поднял глаза на мышонка.