Вернувшийся. СИ
Шрифт:
Прибывший по вызову свой врач-травматолог, который получал деньги от «центровых» и никогда не задавал вопросы, быстро вправил под шипевшего от боли нос Тимура, сделал обезболивающий укол. Осмотрел Климентьева, диагностировал небольшое сотрясение, синяки на теле и ссадины. Ничего серьезного, но это не очень радовало. Затем врач также молча удалился.
– Я хочу голову этого человека! – буквально брызгал слюнями Тимур, вышагивая в номере люкс в гостинице «Центральная», выговаривая это Климентьеву. – А этой тени я сначала кишки живому выпущу, а потом горло перережу,
– Не беспокойся, я этого хочу не меньше, - Владимир скривился, т.к. оказалось, что он еще и ногу повредил, когда произошла авария. Для него, как для действующего спортсмена и адепта восточных единоборств - это было очень серьезным. – Завтра подъедем к нему и зададим свои вопросы. Сегодня надо прийти в себя после аварии.
– Я хочу позвонить Седому, попрошу людей, - вдруг заявил Тимур.
– Ты уверен? – не очень довольно спросил Климентьев.
Седой был вором в законе, представлял группировку так называемых «синих», и в общем-то, был в «контрах» со всеми остальными группировками города.
Хотя сам Климентьев воспользовался услугами Деда Хасана, но прекрасно знал, что Седой не то, чтобы оспаривает власть последнего, но очень не любит, когда кто-то со стороны лез в его дела. Так что с Хасаном у него был своеобразный нейтралитет.
– Ничего, придется пойти нам на встречу. Всё-таки не каждый день нападают на «бродяг» в авторитете. Это и его касается, - уверенно и зло бросил Тимур.
– Тимур, я тебе говорил, что я уважаю вас, но подключать сюда Седого и его людей не стоит. Не хочу быть обязанным этому человеку. Многое поменялось, ты сам знаешь, даже ваши законы меняется. Не стоит…
– Ладно, черт с тобой, - скрипнул зубами Тимур.
Он и сам сейчас понимал, что идея была высказана в запале.
«Законники» стоят друг за друга горой, но это большей частью видимость. Последнее время, вкусив благ наступающего капитализма, воровские законы начали давать сильные трещины. Его дядя и Седой, а также другие авторитетные воры именно здесь на Урале конфликтовали – каждый тянул одеяло на себя. Кстати, именно поэтому им и пришлось сойтись с Климентьевым, а до него – с другими представителями «центровых». И слова, сказанные этим уродом в шлеме, бесили больше всего. После удара ногой по лицу, он не потерял сознание, а сделал вид. Термин «апельсин» полностью характеризовал Тимура, «коронованного» Дедом Хасаном и двумя другими ворами «в законе» по его настойчивой просьбе. Хотя в прежние времена за одно только высказанное такое пожелание от вора «в законе», тот мог получить по ушам. И это злило больше всего.
– Когда поедем? – решил «ковать железо» Тимур.
– Завтра прямо к нему на его место обитания приедем, - скривился от злобы Климентьев.
– Я только за, мы едем с тобой!
– как решенное и не обговариваемое подытожил Тимур.
Климентьев спокойно кивнул головой, понимая, что Тимур просто не может спустить такое – переломанный нос. Да ещё и его подстреленный человек. Авторитет его и Деда Хасана упадёт, если не будет «ответки»!
**********
Герман решил форсировать события и отправился
Он подъезжал к улице Ленина к одному из бывших зданий какого-то научного государственного института. Пару лет назад, здание было приватизировано, а потом продано.
Так называемые «синие» под управление авторитетного вора под «погонялом» Синий получили его выбив за какие-то мифические долги у прошлого собственника здания. Гораздо позже, это здание после качественного ремонта было превращено в офисный центр. Но до этого ещё не скоро, а сейчас же здесь большая часть здания сдавалась в аренду не пойми кому, а один подъезд был полностью выделен под штаб-квартиру местных воров.
Добравшись до точки назначения, Герман отцепил сумку, вытащил ключи зажигания, а потом незаметно для окружающих щелкнул одним еле заметным тумблером. Этот тумблер перекрывал бензопровод. И это было лучше всякой сигнализации. В настоящем времени это было насущным девайсом, т.к. мотоцикл могли легко увести.
Крот сидел за столом на стуле и скучал. Сегодня его бригадир определил на этот пост – рядом с чёрным входом в здании, где сидели главные в их бригаде, хотя истинные воры «в законе» не любили это слово. Так что при них старались не употреблять, чтобы не получить «пряников».
Он совсем недавно пришел к «синим» и ему поручались самые неприятные задания. Тем более, что он был ранее не судимым, что для банды «синих» было минусом. Обычные бандиты, который никогда не сидели по колониям и тюрьмам «синие» не шибко любили. И те отвечали им той же монетой. Но всё течёт, всё меняется… Люди «синим» были нужны, а в особенности люди с хорошей физической подготовкой, желательно владеющие восточными единоборствами. Так как часто бывало, что спортсмены выходили победителями в столкновениях с бывшими заключенными, которые здоровьем и подготовкой не отличались.
Можно сказать, что сюда он попал случайно, хотя изначально хотел влиться в банду к «уралмашевцам», но как-то не срослось. Как ни старался, у него не получилось: сунулся в пару небольших бригад, но его послали, у них было достаточно людей.
Пришлось воспользоваться своим двоюродным братом, отсидевшего на зоне много лет, который привёл его к «синим» и замолвил за него словечко.
Тут в толстую железную дверь раздался сильный стук, дверь неприятно задребезжала, а потом прозвучал гнусавый голос:
– Эй, уроды, дайте в сортир сходить, а то вам на дверь нассу.
Крот рассвирепел от такой наглости. Все в округе знали, кому принадлежит здание и его дико раздражали бомжи, которых последнее время развелось как собак нерезаных, а тут еще этот утырок имеет наглость просится в туалет и еще угрожает. Ну сейчас он ему покажет… Он дернул большой засов и резко распахнул дверь, мельком увидел фигуру в черном и без лица, а потом свет в его глазах потух…
Герман, после мощного апперкота в челюсть открывшему ему бандюку дверь, прихватил оседающее тело за одежду на груди и втолкнул его внутрь помещения, а затем осторожно положил тело на пол, после чего закрыл дверь на засов.