Восход Черного солнца
Шрифт:
С приближением весны движение на Западном тракте заметно усилилось. Борг и Тиамат, которая сидела в седле перед богатырём – словно дочь – то и дело обгоняли повозки, пеших путников и вьючные караваны. Везде, где можно, Борг расспрашивали о Мете; в нескольких трактирах припомнили, что действительно видели красивую белокурую девушку в фургоне у проезжего хана. Про самого хана помнили все встречные, по их словам такой громадной повозки днём с огнём не сыщешь.
– Шесть колёс, каждое с меня ростом! – рассказывал озорной
Тия, сидевшая в тёмном уголке, прищурила глаза под капюшоном. Чтобы спутник Борга, странный горбун, не вызывал лишних подозрений, драконочка теперь носила тёплую мантию Алого мага; Борг купил её у какого-то встречного купца, ехавшего в город волшебников, Ронненберг. Богатая пурпурно-алая ткань с вышитыми золотыми солнцами струилась волнами блеска, когда крылатая двигалась.
– Что за ящерица? – быстро спросила Тия. Слуга бросил на алого мага опасливый взгляд.
– Не знаю, господин, – парень сразу притих. – Да только я хорошо видел, как рабыня в повозке у хана разговаривала с большой золотистой ящерицей в клетке.
Борг и Тия переглянулись. Что это была за рабыня, они уже знали; то был первый вопрос в любом трактире. Драконочка задумчиво оглядела молодого слугу.
Тот старался не смотреть в сторону мага. Одной из главных причин выбора такой маскировки было то, что три главные направления магии Уорра – Алая, Белая и Чёрная – славились не только враждебностью друг к другу, но и презрительным отношением ко всем, не имевшим магических сил. И если белые маги, как правило, отличались добротой и терпимостью, то равнодушные алые – и особенно безжалостные, холодные чёрные – снискали репутацию очень опасных гостей. Простой люд недолюбливал магов и старался держаться от них подальше, что было очень на руку Тиамат.
– У ящерицы была одежда? – негромко спросила драконочка.
– Нет, господин.
– А размера она была какого?
– Фута четыре будет.
– О чём они говорили с девушкой? – мрачно спросил Борг. Его бесило, что приходится терять время, но деньги у них с Тией уже подошли к концу. Купить свежего коня не имелось возможности. А простой белый жеребец Борга не шёл ни в какое сравнение с его старым боевым конём, оставшемся в Штагфурте, и долго скакать под двойным грузом не мог. Слуга вздохнул.
– Не помню, господин. Ящерицу запомнил, а слова… Не вслушивался я…
Поймав медную монетку, парень просиял и немедленно исчез. Воин бросил на драконочку тяжёлый взгляд.
– Может, полетишь вперёд, догонишь?
– Прошло три недели, – коротко ответила Тия. – Куда бы они ни ехали, они уже там. Наш единственный шанс – расспросы. Борг вздохнул.
– Среди твоих чар нету заклятия выносливости? Для коня… Тия молча покачала головой. Наскоро перекусив, они с Боргом отправились спать. Утром преследование продолжилось.
Деньги кончились на четвёртый день пути, когда
Вечер этого дня Борг и Тиамат встречали в старом деревянном трактире посреди степи, где, несмотря на глушь, посетителей был полный зал. Три-четыре избы, небольшое поле, хлев и высокий постоялый дом, обнесённый частоколом. Вот и вся маленькая деревенька.
Западный тракт не зря считался очень важным торговым маршрутом; не проходило и часа, чтобы в трактир не заглядывал новый путник. Борг и Тия некоторое время молча следили за происходящим.
– Может, ограбить какого-нибудь купца? – предложила Тия.
– Чтобы нам на хвост сели все, сколько их тут есть солдаты, не считая разбойников, которым местные трактиры, уж будь уверена, платят немалую дань за защиту? – Борг вздохнул. – Ты разве не слыхала про неприкосновенность трактов?
– Нет…
– Есть неписанные законы. Даже у ворья. Главный из них гласит – пока караван на тракте, его не трожь. Потому как начнётся облава и пострадают все остальные шайки. Борг покачал головой.
– Уж лучше временно заложить твой медальон. Драконочка отшатнулась.
– Что?!
– Мы его выкупим на обратном…
– Нет. – Тия бросила на человека холодный взгляд. – Об этом можешь забыть сразу. Богатырь вздохнул.
– Тогда что делать? Нам нечего продать.
Драконочка несколько минут неподвижно сидела, раздумывая над проблемой. Затем, так же молча, встала и вышла в центр зала. Люди за столами тревожно притихли; чего ещё этому магу надобно?
– Нам нужны деньги, – без предисловий сказала Тия. Гомон в зале уменьшился, все уставились на драконочку.
– Я маг высокого ранга, – продолжила Тиамат. – Если желаете, я могу устроить настоящее представление. Ближайщий человек, узкоглазый воин в бараньем полушубке, оскалил кривые жёлтые зубы.
– Эй, горбун, да ты хоть человек?
– Нет, не человек, – спокойно отозвалась Тия. – Это имеет значение?
Приблизившись, она бесцеремонно отобрала у воина кружку, откуда тот пил эль, и вновь вернулась в центр зала. Теперь на Тиамат смотрели все, кто был в трактире.
– Золотая рыба, – негромко сказала драконочка. Никто даже не успел вздрогнуть, как она перевернула кружку и в воздухе заколыхался полупрозрачный золотистый шар из неизвестно как летающего эля.
Повинуясь жесту, шар превратился в изящную золотую рыбку и принялся плавать по всему трактиру. Люди недоверчиво смотрели.
– Птица.
Рыбка обратилась в красивого голубя. За каждым взмахом его крыльев оставалась тончайшая вязь брызг, похожая на туман.
– Звезда.
Голубь превратился в полыхающий шар жёлтого пламени, во все стороны брызнули лучи света. В трактире царила благоговейная тишина, пока звезда не потухла. Тия помолчала.
– Симфония тьмы*, – сказала она едва слышно и закрыла глаза. В полной тишине медленно, величаво, послышался звук скрипки.