Ярл Авалона
Шрифт:
— А что сейчас делает объединенный флот Вэнлая и Интлая, уважаемая Твайна? — осторожно спросил я. — Все его три вымпела? Идет навстречу врагу или чего–то ждет?
— Откуда ты знаешь, сколько у нас… Лейрр?! — и без того синяя кожа на лице ваэрия пошла фиолетовыми пятнами. — Ты проболталась, выдра бесхвостая!
— Я сказала это только Борису! Один раз по большому секрету… случайно, — склонила голову вторая магичка.
— Дура камышовая!!! Я тебе говорила, не накачиваться ликером, особенно с этим технарем?! Я тебе говорила, молчать как тритон, получая удовольствие? Квайра нас за это на подстилки для жабонария порежет, а мясо скормит муренам!
— Я накачивалась?! А ты сама?! Ты сама ему…
— Не ссорьтесь девочки, — вмешался майор. — Успокойтесь, выдохните, мои хорошие. Поверьте, сейчас уже все равно, кто и что говорил. Живы будем и победим — все вам простится, да и не узнает никто. Нет — значит, и говорить не о чем. Но наш командир должен иметь полную информацию!
— Похоже, он ее уже имеет, — мрачно заметила Твайна.
— А вам лично лучше быть с нами заодно. Как–никак вместе в один бой пойдем, — не обращая внимания на реплику, продолжил майор. — Говорите, где ваш флот. Это важно.
— Не знаю я! — в «птичьей трели» голоса Тайны я и без магического переводчика ощутил злость и растерянность. — Пока мы тут с вами сидим, нам из главного гнезда решения хозяйки не докладывают!
— Вряд ли он успел вступить в бой, — заметил Матвей. — Слишком мало времени прошло.
— Значит так, — смутная идея в моей голове начала приобретать некие контуры. — Матвей, Макарыч, трубите общий сбор! Всему экипажу немедленно прибыть на борт за исключением Игната. Пусть он принимает командование над артиллеристами и отделением самообороны. Твайна — немедленно свяжись с Квайрой и передай мой ультиматум. Мы немедленно выйдем на помощь островам Ваэрия и вступим в бой с тельнор. Но с одним условием: все корабли союзных общин ваэрия во время кампании должны беспрекословно выполнять мои приказы. В бою должен быть один–единственный командир, обязанности которого возлагаю на себя. «Бойкий» объявляется флагманом объединенной союзной эскадры.
— Но… Квайра на это не пойдет! На кораблях лучшие боевые маги, это ударная сила общин. Сдать их под командование чужаков немыслимо! — выпалила магичка. — Как вы можете такое предлагать? В конце концов, мы заплатили вам канделы, вы должны их отработать!
— Не надо путать нас с наемниками! — резко возразил я. — Не было такого договора. Формулировка была иной. Твайна, включи голову, постарайся оценить ситуацию без эмоций. Если вы выступите всем вашим флотом против тельнор сами по себе, то они сначала уничтожат корабли, а потом высадят десант и покончат с гнездами. Если сбежите, то сначала погибнут общины на островах, а потом та же участь настигнет флот. Если мы будем драться одни, без вас, то погибнем сами, а затем насупит ваш черед. Единственный шанс на спасение — драться сообща и поскольку решающий удар может нанести лишь «Бойкий», то нам и командовать боем. Объясни это Квайре, уж постарайся. Иначе мы будем защищать себя сами, как сумеем. Других вариантов нет.
— Хорошо, — опустила голову Твайна. — Я попробую. Но госпожа Квайра будет очень зла…
— Мы как–нибудь переживем ее гнев. И защитим от него вас с Лейрр, если понадобится. Альтернатива: смерть или загон для имущества у тельнор.
— Что нас ждет при проигрыше понятно всем, кто чуть умнее креветки, технарь. Я же говорю — попробую.
— Ну, так действуй. Время дорого.
Объяснялись магички с Квайрой чуть более получаса. Процесс связи живо напомнил мне связь по телефону–автомату, в роли которого выступило растущее недалеко от причала раскидистое лавровое дерево, с которого Инга с Аленой периодически дергали листья для камбуза. Сначала магички изрезали в нескольких местах каменными ножами его кору, затем обвязали вокруг порезов несколько тонких мелких дощечек с резьбой, постояли с минутку, прикоснувшись к стволу еле–еле светящимися зеленоватым светом ладонями, и лишь затем начали ментальный «разговор по межгороду». «Оплачивал»
О ваэрия я к тому времени знал достаточно, чтобы понимать: в случае нужды магички могли обойтись и без живого дерева. Но тогда энергию для связи пришлось бы тащить из себя или из резных деревянных кругляшков — аккумуляторов жизненной силы, которые хранились в чехлах на их поясах. Однако, тратить этот ресурс попусту Твайна с Лейрр не любили. По словам Макарыча, создать такой «деревянный аккумулятор» непросто для любой магички. Сначала нужно достать специальную древесину, затем потратить несколько часов на филигранную резьбу по ней каменным лезвием, с высокой вероятностью испортить какую–нибудь хитрую завитушку и отправить заготовку в брак, затем обработать ее магией и перекачать в нее откуда–то энергию, желательно из чего–то живого. Действует же такой аккумулятор лишь один раз, затем деревяшка чернеет и вскоре рассыпается в труху. А растущих деревьев везде полно… Впрочем, опытные первородные магички уровня Квайры могли черпать силу даже из воды или земли, вытягивая ее из микробов или мельчайшего планктона. Правда, силы той были крохи… закон сохранения энергии никто не отменял. Так что у магических «технологий» имелись свои проблемы и ограничения.
— Квайра согласна, — сказала, наконец, Твайна, когда с лавра облетела чуть ли не треть листвы, шуршащим ковром засыпав основание дерева. — Сегодня флот подчинится вам. Но это мера вынужденная. Хозяйка гнезд очень недовольна.
— Принято, — кивнул я. Последние несколько минут «Бойкий» уже стоял «под парами» ия ждал лишь окончания разговора магичек. — Ступайте на борт, отчаливаем через несколько минут. Только передай напоследок, чтобы ваш флот ни в коем случае не лез в бой до нашего прибытия. Встретимся у Вэнлая.
— Да… командир, — чуть наклонила голову ваэрия. — Сделаю. Но помни, ты обещал заступиться за нас перед хозяйкой.
— Сколько нам еще идти до островов ваэрия? — спросил я Матвея, стоя на своем любимом месте на огражденной крыше рубки. Небо затянуло легкой дымкой, волна была умеренной, не больше метра в высоту, а ветер дул прямо в лицо, принося с собой мельчайшие соленые брызги. «Бойкий» резво бежал вперед к линии горизонта, разрезая носом темно–синюю воду и слегка переваливаясь с борта на борт.
— На пятнадцати узлах хода еще часа три, — пожал плечами Матвей. — До полудня точно будем.
После выхода из бухты в открытое море капитан поднялся ко мне, оставив Юлю в рубке. Девушка вполне оправилась от удара по голове и теперь заняла место рулевого. Макарыч торчал с биноклем у носового орудия вместе с Димой и Сергеем, Алексей–белорус вместе со своим подручным, долговязым парнем по имени Иван, готовились к стрельбе из зенитки, Олег и приданный ему в помощь Петя несли вахту в машинном отделении. А вот команду борьбы за живучесть судна формировать было уже не из кого. Разве что Алене с Ингой приказать тушить пожары и латать пробоины? А, еще две магички есть! Прирастаем потихоньку экипажем…
— С топливом как? — для порядка спросил я капитана.
— Горючего еще полно, — отмахнулся Матвей. — У китобойца штатная автономность плавания двенадцать суток, мы еще и тридцати процентов дизеля не сожгли. На бой точно хватит… а дальше… а дальше купим, — он внимательно посмотрел мне в лицо. — Нервничаешь командир?
— Не без этого, — признался я. — Ненавижу этот мандраж. И страшно, и неприятно и коленки дрожат. От адреналинчика еще меленько потрясывает. В бою и то легче.
— Меня тоже дергает, — кивнул капитан. — И Юльке страшно. Разве что майор у нас непробиваемый, ему все похрен, рожа кирпичом. Это бывает, переживем, не в первый раз. Шел бы ты в рубку, ярл. Или в кают–компанию перекусить, ты же не завтракал. Чего на ветру зря торчать? Нескоро еще.