Чтение онлайн

на главную - закладки

Жанры

Записная книжка

Амфитеатров Александр Валентинович

Шрифт:

– Мы уступим только силе штыков.

И штыки пред ними робко опускаются, потому что штыконосцы чувствуют за ними волю народа, которая сильнее штыков.

Учредилкам штыконосцы не дают даже произнести «историческия фразы». Просто командуют:

– Пошли к… (с разнообразием «морских терминов» в зависимости от энергии и вкуса взводнаго командира).

Уходят, оставляя себе в утешение право сказать:

– Мы уступили только силе штыков.

К сожалению, эта фраза в прошедшем времени и после поражения звучит далеко не так красиво, как в будущем – перед сражением.

Не знаю, правду ли передавали очевидцы,

будто, во время этого предсмертнаго заседания «Учредилки», Ленин, в ложе, даже не удостоивал сидеть, а лежал, протянув ноги по стульям. И хохотал, как сумасшедший. Каковым, конечно, он уже был.

Провалявшись таким манером с полчаса или час, встал и уехал, предоставив «исторический вечер» судьбам его.

Историю делят на древнюю, средневековую, новую, новейшую и… скверную.

Увы! финал «Учредилки» относится всецело к области последней. И активно, и пассивно.

* * *

Собственно говоря, никакого «заседания» тогда в Таврическом дворце не было, а было два маскарада ряженых под «волю народа». Один маскарад отплясывает парламентскую пантомиму, с красивыми условными словами и, сглупа, без оружия. Другой, полукавее и понаглее, вооруженный и с словами матерными. Вооруженные матерщинники вытурили безоружных краснословов, положили ноги на стол и заявили:

– Воля народа это мы. А кто не приемлет, того прикладом по башке да к стенке.

На деле, конечно, «воля народа», тем вечером, даже и не заглядывала в Таврический дворец. Да и вообще: где, кто, когда и как ее видел и в то время, и после эту истинную то «волю народа» и смеет с уверенностью сказать, что его не обморочило ряженое чучело. Все искали и ищут, ловили и ловят эту «Синюю Птицу». Романовцы, кадеты, эс-деки, эс-эры. И всем она ни даже кончика хвоста своего не показала. И все, оставшись при сомнении, сидят у моря и ждут погоды – тоже при сомнении.

Вон – царисты уж как усердствуют, и манят, и толкают, сыграть на «волю народа» в кн. Николая Николаевича. А старик то не так прост как слывет. На все уговоры и соблазны знай твердит одну песню:

– Выступить готов, а выступлю, когда рак свистнет.

Потому что ожидать, будто нынешняя Русь, взбаломученная до дна, растрепанная, раздробленная, способна возжелать «всенародным призванием» не только Николая Николаевича, но кого бы то ни было, единично ли, коллективно ли, – конечно, равносильно чаянию свиста от рака. Или, если угодно более поэтическое упование:

– «Когда спящий проснется».

* * *

Большевики рачьяго свиста не ожидали и пробуждением спящаго не интересовались. Вместо того, чтобы искать «всенароднаго признания» и вообще «истинной воли народа», Ленин постановил на своем знамени девиз, заимствованный тоже из недр народной, если не воли, то опытной мудрости:

– Кто палку взял, тот и капрал.

И, подхватив капральскую палку, выпавшую из рук свалившихся Романовых и не поднятую Временным Правительством, большевики принялись орудовать ею направо и налево. Успех веками испытаннаго национальнаго средства превзошел все ожидания. Страна, воспитанная под капральскою палкою, приученная к капральской муштре настолько, что ей даже как будто дико и не по себе, когда она на своих боках палки не чувствует, осталась глубоко равнодушна и к перемене рук, которыя палкою машут, и к судьбе

многочисленных «вольнарода», которыя – одну за другою – капралы Ленина вколачивали в гроб. Процесс этот для капралов не представлял больших затруднений, так как избиваемыя «воли» частию были вовсе без палок, ибо не признавали их принципиально, частию с палками столь хрупкими, что ломались при первом столкновении.

Романовых – как водой смыло. Временное Правительство, после того, как г. Керенский предал большевикам единственную крепкую палку возможнаго порядка, Корнилова, улетело легче пуха, легче духа. «Учредилка» угасла под матросским дуновением, чтобы не сказать… плевком.

А капральская палка, всем ненавистная и втайне презираемая даже многими из тех, кто ею орудует, продолжает, «за отсутствием конкурренции», висеть над народом, выбивая из него разум, совесть, честь, здоровье, не говоря уже о достатке. И, как показывают «признания», успела уже и иноземных соседей уверить, будто она, капральская палка, и есть подлинная воля русскаго народа.

Что было опять таки нетрудно, потому что, во первых, 99 процентов европейских соседей на подлинную волю русскаго народа – в высокой степени наплевать, абы вывезти из России нефть, уголь и пшеницу. А, во вторых, и остальной процент, хотя и почитывает «Достойевски» и «Леон Толстои», одержим сомнением:

– Чорт их знает, этих русских… мистическия «славянския души»! Может быть, они, в самом деле, так устроены, что любят, чтобы их палкой обрабатывали? У Ивана Грознаго была палка с железным наконечником, которым он им в ноги тыкал… любили! Петр Великий дубинкой им ребра ломал… любили!.. У Герберштейна есть анекдот о злополучном немце, женатом на русской боярышне, как он, чтобы доказать жене, что любит, должен был ежедневно колотить ее, пока не забил на смерть… Чорт их знает, эти дикия славянския души!

* * *

В. М. Чернову ставят в вину, что он не дал себя застрелить на председательском посту. Это я нахожу чрезмерною претензией. Никто не обязан иметь аппетит к самоубийству. Нельзя требовать от Чернова, чтобы он был Калединым. La plus belle fille de monde ne peut donner que ce qu'elle a. Сверх того, в своей самозащиты от «легенды», В. М. Чернов намекнул, что его ожидали историческия задачи. И это тоже достаточный резон. Живому о живом и думать. Макбет, хотя был человек души военной, а не статский, как В. М. Чернов, однако и он, очутившись в положении хуже черновскаго (прежде сказали бы: «губернаторскаго»), разсуждал:

Why should I play the Roman fool, and dieOn mine own sword? whiles I see lives, the gashesDo better upon them.

(Зачем я стану разыгрывать роль полоумнаго римлянина и бросаться на свой собственный меч? Покуда я вижу пред собой живых (врагов), лучше я буду их ранить).

Правда, что вслед за таким резонным решением, Макбет был немедленно убит Макдуфом. Но, ведь, Макдуфф, специально на тот случай, не был «рожден женщиной», а вырезан из материнскаго чрева. В биографии матроса Железняка едва ли значится что-либо подобное. Скорее допустимо задуматься над сомнением, не сам ли малый беременным «брюхо вспарывал». Однофамилец его некогда забавлялся этим спортом в Умани, лет полтораста тому назад.

123
Поделиться:
Популярные книги

Все ведьмы – стервы, или Ректору больше (не) наливать

Цвик Катерина Александровна
1. Все ведьмы - стервы
Фантастика:
юмористическая фантастика
5.00
рейтинг книги
Все ведьмы – стервы, или Ректору больше (не) наливать

Пипец Котенку! 2

Майерс Александр
2. РОС: Пипец Котенку!
Фантастика:
юмористическое фэнтези
попаданцы
аниме
5.00
рейтинг книги
Пипец Котенку! 2

Рота Его Величества

Дроздов Анатолий Федорович
Новые герои
Фантастика:
боевая фантастика
8.55
рейтинг книги
Рота Его Величества

Росток

Ланцов Михаил Алексеевич
2. Хозяин дубравы
Фантастика:
попаданцы
альтернативная история
фэнтези
7.00
рейтинг книги
Росток

Здравствуй, 1984-й

Иванов Дмитрий
1. Девяностые
Фантастика:
альтернативная история
6.42
рейтинг книги
Здравствуй, 1984-й

Газлайтер. Том 8

Володин Григорий
8. История Телепата
Фантастика:
попаданцы
альтернативная история
аниме
5.00
рейтинг книги
Газлайтер. Том 8

Идеальный мир для Лекаря 23

Сапфир Олег
23. Лекарь
Фантастика:
юмористическое фэнтези
аниме
фэнтези
5.00
рейтинг книги
Идеальный мир для Лекаря 23

Попаданка в академии драконов 4

Свадьбина Любовь
4. Попаданка в академии драконов
Любовные романы:
любовно-фантастические романы
7.47
рейтинг книги
Попаданка в академии драконов 4

Кодекс Охотника. Книга VIII

Винокуров Юрий
8. Кодекс Охотника
Фантастика:
фэнтези
попаданцы
аниме
5.00
рейтинг книги
Кодекс Охотника. Книга VIII

Я снова граф. Книга XI

Дрейк Сириус
11. Дорогой барон!
Фантастика:
боевая фантастика
попаданцы
аниме
5.00
рейтинг книги
Я снова граф. Книга XI

Тайны ордена

Каменистый Артем
6. Девятый
Фантастика:
боевая фантастика
попаданцы
7.48
рейтинг книги
Тайны ордена

Поющие в терновнике

Маккалоу Колин
Любовные романы:
современные любовные романы
9.56
рейтинг книги
Поющие в терновнике

Медиум

Злобин Михаил
1. О чем молчат могилы
Фантастика:
фэнтези
7.90
рейтинг книги
Медиум

Неудержимый. Книга IV

Боярский Андрей
4. Неудержимый
Фантастика:
фэнтези
попаданцы
аниме
5.00
рейтинг книги
Неудержимый. Книга IV