14 инкарнаций Саны Серебряковой
Шрифт:
– Мне не нравится слово экстрасенс. Навевает какую-то ассоциацию с типами, что вызывают духов, снимают порчу и читают будущее. Я личность, осознающий свою многомерность.
Саша просто не мог поверить и умолк. Девушка смотрела на него с полуулыбкой, склонив голову на бок. Саша, не выдержав поинтересовался:
– Но как ты это делаешь? Оказываешься в самых неожиданных местах, безошибочно все угадываешь. И узнала имя той китаянки! Что это, если не какие-то экстрасенсорные способности? Черт, да я уверен, что ты что-то сделала с этим домиком, чтобы я вдруг увидел вчера прошлые жизни!
Девушка мотнула
– Нет. Ты сам вспомнил, я лишь заставила тебя задуматься о том, что ты такое в этом мире, благодаря чему, твоя память о прошлом стала пробуждаться – только и всего.
– Ты добилась своего – я удивлен. И даже очень. Но как? Это какой-то фокус? Гипноз на расстоянии?
– Ты что, упертый материалист? Никак не хочешь принять то, что я тебе втолковываю?
– Я учусь на физика, малышка, кем мне быть, если не материалистом?
– Именно физики будут первыми, кто через науку наткнется на магию и признает ее существование! – рассмеялась Сана. Потом она посерьезнела и тщательно проговорила, с видом, что ей надоело повторять одно и тоже: – Это не фокусы и не трюки. Ты – мое параллельное воплощение в этой реальности, поэтому я помню, тоже, что и ты, многое знаю о твоей жизни, и даже угадываю, как ты выразился, твои мысли.
Саша оторопело смотрел на нее, потом почесал затылок, озираясь, куда бы присесть, чтобы переварить все это, но поблизости не было ни лавочки, ни камня. Просто поразительно, неужели может быть правдой, все то, что она говорила? Но одно стоит признать, встреча с ней, что-то меняет в нем самом. И вчера он увидел две свои прошлые жизни, и это действительно не фокус и не какой-то наведенный гипноз, он чувствовал это. Он помнил те жизни! Черт, да он играл в эту китайскую жизнь в детстве, как Сана могла это подстроить? И как она смогла назвать имя, которое он сам узнал только вчера и никому не рассказывал о нем?
– А как звали война, что устроил мне засос? – прищурившись спросил Саша.
– Ты решил устроить мне проверку? – заулыбалась Сана. – Его звали Хен Со. Еще есть вопросы?
– О боже! – выдохнул Саша, попятившись.
Она реально читает его мысли! Или действительно помнит! Или все вместе! Одно имя можно угадать, пусть это маловероятно, или почти невозможно, но два имени из видения, которое никто больше не видел, и о котором он никому не рассказывал? Как? Невозможно!
– Все возможно в этом мире, Саша, совершенно все, – засмеялась Сана, чем ввела его в еще большее смятение. – Я помню эту жизнь намного лучше тебя, так что могу назвать тебе все имена и описать события в деталях. Хочешь поиграть в эту игру еще?
– Э-э… не знаю…
– Ты пока вспомнил только часть, наиболее эмоциональное событие – момент смерти. Это часто вспоминается первым делом. А то, что было в саду ты ведь не помнишь?
– Только какие-то обрывки мелькнули. Мы с этим китайцем.. ну этим Хен Со, были на каком-то свидании.
Сана прикрыла глаза и заговорила:
– Это был чудесный вечер, нам удалось встретится в саду, я не знала, как он ко мне относится, но любила его уже давно, и лишь иногда ловила на себе его взгляды, мне казалось, что в его, таких всегда холодных глазах, что-то теплится. Надежда грела меня. В тот день, в саду, мы признались друг другу в любви и первый раз поцеловались. Мы поклялись любить друг друга
– Эта жизнь так оборвалась, может быть, там все бы еще было, – пробормотал Саша.
– Что это? У тебя в уголке глаз выступила слеза? – засмеялась Сана.
Саша быстро смахнул ее рукой:
– Ну… так печально. Ведь я так любила Хен Со, и вот, когда нам больше ничего не мешало, отец собирался отправить меня с ним… нас убили.
– Нет, Хен Со остался жив, он умудрился выбраться оттуда и прожил после этого еще сорок лет.
– О… Так долго? – удивился Саша с некоторым разочарованием. – Но меня ведь с ним уже не было. Нас разлучили навсегда…
Сана со смешком произнесла:
– Не расстраивайся, малышка Чанг Мин, Хен Со был тем еще засранцем!
– Откуда ты знаешь? – возмутился Саша.
– Потому что после этого была еще куча жизней, и в парочке из них, этот урод изрядно попортил нам крови!
– Ну вот, зачем ты рассказала, разрушила светлый образ!
– Просто не бери в голову, – отмахнулась Сана.
– Не могу понять, как мы помним одно и тоже! А рыцаря, что упал в реку ты тоже помнишь?
– Помню. И еще с десяток подобных бравых воителей.
– Так много?
– И все, как правило, довольно недалекие. Видимо, в них много от тебя. Когда я воплощаюсь в одном времени и пространстве двумя личностями, вторая частенько оказывается ущербной. Издержки ситуации.
– О да, ты же у нас супер волшебница, как уверен Толик.
– А ты в это не веришь? – склонила она голову на бок.
– Послушай, моя незабвенная, внезапно обретенная сестренка, даже если я, вдруг, стал видеть свои прошлые жизни и готов признать, что между нами, вероятно, есть какая-то ментальная связь, которую я не способен объяснить, я, тем не менее, не стал от этого безоговорочно верить в любую бредятину, которую ты скажешь или, тем более, которую может выдумать наш чересчур впечатлительный Толик!
– Будущее тебе все покажет, Саша. Я уже начала тебя развивать, скоро тебе будет открываться все больше.
– Вот-вот, так и представляю, что ты отловила моего бедолагу оруженосца в коридоре, возникла так вот эффектно перед ним, как ты это умеешь, похлопала глазками, наплела чего-то в том же роде, и он решил, что ты, по меньшей мере, с другой планеты, умеешь летать, швыряться файрболами, и читать мысли.
– Ну, это не все мои таланты, можешь мне поверить.
– О, даже так? Ну-ну, конечно. Кстати, он что, действительно был моим оруженосцем в той жизни при Азенкуре?
– Да, и ты сам это знаешь. Анатолий, без сомнения, глуповат и впечатлителен, но как видишь, иной раз стоит его слушать, чтобы не завершить славный военный поход на дне реки. Вот и в этот раз, называя меня волшебницей, он не так далек от истины, и как будто подсказывает тебе то, что ты никак не желаешь видеть.
– Да ну. В чем же твоя сила, кроме того, что ты можешь подглядывать за мной в туалете?
– То, что я умею, это не волшебство, а природные способности каждого сознания. Я лишь в совершенстве управляю своими мыслями.