А баба яга против!
Шрифт:
В клан меча мы добирались драконом. Самым настоящим драконом. Я восторгалась им в голос, чем вызвала смех у невозмутимого лорда Драгоша.
– Как дитя малое.
– ворчал его брат. Искоса бросая неприязненные взгляды.
Мне было откровенно плевать. Кроме досады, от того что меня снова поймали, и того факта, что теперь, бабка Аглая выпьет, годовой запас мятной настойки. Я чувствовала азарт и предвкушение, чего-то волшебного. Хотя в полной мере, я не расслаблялась. Делая так как меня учили, сделай вид что покорна, наблюдай, ищи лазейку. Этим я и решила заняться.
Линдор,
На драконе, было что-то на подобии паланкина. Перед ним восседал наездник, замотанный по самые глаза, в черные одежды. Мой ненаглядный, разместился в паланкине, и усадил меня к себе на колени. Я злобно пыхтя, пыталась слезть. Но похоже, в его планы не входило меня отпускать, и он устало выдохнул.
– Посиди спокойно хотя бы мгновение, я после разговора с повелителем двух империй, устал. Дай восстановиться немного.
На лице и руках, были видны заживающие ссадины, и вырываясь, я двинула ему локтем в ребра. Если бы я не знала, какой лорд Драгош сдержанный, не придала бы сдавленному шипению, никакого значения. А так, я понимала, что он не сдержался, и это говорит лишь о том, что его травмы довольно значительные.
– Значит с верховной все уладил? С повелителем дрался? На жалость давишь?
– ядовито изрекла я.
– Жалость?
– он хмыкнул.
– Жалости от ведьмы не дождешься.
– Именно так. Мы коварные, безжалостные, злые.
– наставительно вещала я.
– И одуряюще пахнущие.
– подхватил он. Обнимая меня за плечи, и утыкаясь носом в волосы.
– И оду... Что?!
– завопила я.
– Линдор, твоя невеста заставит кипеть даже вечную мерзлоту, на дне ущелья бездны.
– саркастически произнес второй вампир Закари, усаживаясь рядом в паланкине. Линдор посмотрел на него колючим взглядом, и тот перестал ухмыляться. Вот так вот. Мне стало очень радостно, что за меня заступились, пускай даже в такой молчаливой манере. Оказывается это приятно быть под защитой.
Взлетали мы, с моими визгами и воплями. Паланкин тряхнуло, и я вцепилась мертвой хваткой в своего женишка. Пейзажи, с высоты птичьего полета очень красивые, но оказывается, я боюсь большой высоты. Метла это одно, а лететь вот на такой вот, зверюге, это другое.
В итоге я уснула. Как это у меня получилось, я сама удивляюсь. Напряжение последних недель спало. Нет смысла переживать, когда все плохое уже приключилось. Проснулась я от ощущения пристального взгляда, который словно лучик солнца, жег кожу. Я села на постели невероятных размеров, в неизвестной мне комнате, оформленной в темных, мягких тонах. Лорд стоял, у громадного окна. В сумерках, я не видела его лица, только хищный блеск глаз.
– Не пытайся бежать, Велимира.
– спокойно произнес жених. За огромной стеной его спокойствия, в голосе был слышен метал.
– Не то что?
– нагло прошептала я. Испытывая судьбу, и нервы мужчины, на прочность. Он в мгновение прижал меня к постели своим телом, прошептав прямо в губы.
– Не то, я консумирую наш брак, до проведения брачного обряда. Думаю, быть моей наложницей будет ненавистно, столь гордой
– он говорил проникновенно и чуточку насмешливо. Но за всей этой бравадой, я поняла главное, он не шутит. И это, не игра. Я сглотнула. Сердце гулко стучало. Рука вампира двинулась в путешествие по моей шее, и ниже. Было удивительно что у холоднокровного кровопийцы столь горячие, если не сказать обжигающие руки, весьма необычно для представителя детей ночи.
Ладонь поползла по ключице, к груди, и остановилась в области сердца. Я дышала через раз. Мне было и страшно, и волнительно. Но еще было почему-то стыдно. Ни один мужчина, не касался меня так.
– Бьется как пичужка.
– прошептал Линдор. Я вздрогнула и оттолкнула его, и он отступил. Отползая по кровати к изголовью, не сводила с жениха, взгляда, полного слез стыда, чувствуя себя уязвлённой. Вампир нагло ухмылялся.
– Неужели, ни один мужчина не касался тебя?
– коварно усмехался он.
– Меня привлек твой огонь, и то как одуряюще ты пахла. Но я и представить не мог, что ты, цветочек, настолько чиста. Эта оскорбленная невинность и стыд, определенно мне по вкусу.
– вампир захохотал. А я кинула ему подушкой в голову. Он перехватил снаряд, но смеяться не перестал.
– Через четыре дня ночь полнолуния. Состоится обряд. Не думай о побеге, все равно я тебя найду, даже на краю мира.
– властно проговорил лорд Драгош.
Развернулся на каблуках, и покинул спальню. Я же сгорая от стыда и злости, стала бросать подушки в закрытую дверь. Что в итоге привело к тому, что я кинула подушку в голову прислуге. Девушка поклонилась, ничего не ответив на шалость. И только почтительно произнесла.
– Госпожа, я пришла помочь вам с омоновением.
Отношение ко мне здесь, разительно отличалось от того, что было в замке деда. Но я все равно решила бежать, да бы утереть наглому вампиру нос.
Завтрак в компании лорда, и обитателей замка, проходил в полном молчании. Я злилась на жениха. Вампиры высокомерно молчали. И только глава клана, был в хорошем расположении духа. Он насмехался надо мной вчера, и дурное настроение совсем не хотело меня покидать.
– Ты так печальна, любовь моя. Предсвадебная лихорадка?
– тонко издевался он. Невозмутимо поглощая завтрак.
Я тихо кипела, молча ковыряя в тарелке. Когда на подначивания нет ответа, беседа становится скучной. Поэтому, мой жених предпринял еще одну попытку.
– Или ты не голодна? А может мне самому покормить тебя?
– в мгновение, я была усажена на колени, нагло ухмыляющегося Линдора. Это было стыдно. Слуги выронили крышки с блюд от такого зрелища. Похоже сдержанный глава, не позволял себе таких фривольностей ранее.
– Ну так как?
– весело спросил он.
Я тихо вырываясь с его объятий, процедила сквозь зубы.
– Я абсолютно не голодна.
– Ну тогда может десерт?
– интимным шепотом спросил он. Я натурально зарычала, а вампир захохотал.
– Тебя приятно дразнить, какая буря чувств и страсти. Мой милый цветочек.
– промурлыкал он. Мне казалось, чо я не сдержусь, и вцеплюсь ему зубами, в улыбающуюся физиономию. Меня буквально трясло от злости. Я готова была свершить расправу, над некоторыми клыкастыми. Но в обеденный зал вошел вампир, одетый в черное одеяние, и встав на одно колено, преклонил голову.