Американский ниндзя 3-4-5
Шрифт:
Маленькая комната, ярко освещенная люминесцентными лампами, напоминала школьный класс. За широким столом сидели двое мужчин в белых халатах и, несмотря на столь поздний час и только что объявленную тревогу, работали, склонившись к экранам компьютеров.
Шон широко распахнул дверь и громко произнес:
— Вы что это тут делаете, парни?
Они подняли головы и с удивлением посмотрели на вошедшего ниндзя.
— Работаем, — спокойно произнес один из них, нс понимая, в чем дело.
— Вы что, сирены не слышите? Приказано всем покинуть здание.
Исследователи
— Да, действительно сирена. А что происходит? — ошарашенно поинтересовался второй.
— Нападение на комплекс. Я еле нашел вас в этих закоулках, — ответил Дэвидсон. — Быстрее собирайтесь и выходите.
Служащие сосредоточенно принялись нажимать кнопки и щелкать выключателями, стараясь быстро, но без потерь информации выключить систему. Поэтому они не обратили внимания на идиотский для охранника вопрос Шона:
Где центральная лаборатория?
— Первый этаж. Там, по коридору — вторая ниша, — последовал автоматический ответ.
— Не задерживайтесь тут, — на прощание сказал Шоп и скрылся за дверью.
Возле ниши, которую он искал, лежал труп ниндзя, указывая, что избранный путь верен. Значит, здесь уже побывал кто-то до него. Или Ким Ли, или Кертис.
Подкравшись к двери, Шон тихонько заглянул внутрь. В помещении никого не было. Только фигуры людей-манекенов зловещими изваяниями возвышались в бархатном полумраке. Дэвидсон обошел их, всматриваясь в каменное выражение лиц, и внезапно заметил лежащую на полу Ким Ли. Лужа крови и неестественно разбросанные руки и ноги говорили о разыгравшейся трагедии. Глаза женщины были полузакрыты.
— Господи! — прошептал Шон, останавливаясь возле тела.
Он сорвал с головы башлык и опустился на колени. Потеря еще одного друга по вине одного и того же человека породила волну ненависти, охватившей все его существо. Он поклялся во что бы то ни стало найти Кобру и…
Приступ гнева внезапно сменился другим, не менее сильным приступом. Странная болезнь, порожденная адской вакциной Кобры, вновь дала о себе знать. С новой силой обрушила она на него лавину страшной боли. Загудела голова, и сквозь нарастающий звон в ушах Шон услышал голос:
— Еще одна иллюзия, в которую ты поверил. Здесь нет лекарства от твоей болезни.
Превозмогая боль, Дэвидсон поднялся на ноги и с трудом подошел к кафедре лаборатории, за которой стоял ухмыляющийся Сакстон. Увидев перекошенное гневом лицо Шона, Уиллис, не ожидавший, что у его «подопечного» хватит сил подняться на ноги, смертельно испугался, но не подал виду.
— Дай мне противоядие, — потребовал ниндзя.
— И все-таки лекарство действует… — улыбнувшись, кивнул Кобра. — Мальчик мой, того, что ты ищешь, не существует. Тебе давно стоило поговорить со мной. Я ученый, а не отравитель.
— Тебе это просто так с рук не сойдет, — прохрипел Шон и попытался подняться на невысокую ступень кафедры.
Новый приступ боли судорогой сковал его тело. Непослушные руки безвольно опустились, ноги, не выдерживая тяжести тела, подкосились, и Шон рухнул на пол,
— Правда? — Сакстон хмыкнул и разочарованно развел руками. — Ну вот видишь, сходит же.
Не обращая больше внимания на скорчившегося на полу Шона, Уиллис отвернулся от него и, раскрыв сейф, стоящий возле приборного столика, достал толстую пачку бумаг. Быстро перелистывая хрустящие страницы, он принялся торопливо отбирать некоторые из них и прятать в уже раскрытый заранее кейс.
Шон понял, что еще несколько минут — и силы окончательно покинут его. Сознание, затуманенное разрушительным действием вакцины и тонущее в океане боли, вот-вот погаснет. А когда это произойдет — он превратится в нечто, что лишь внешне будет напоминать Шона Дэвидсона. И тут в его ушах вдруг ясно зазвучал голос Изумо:
— Помни, Шон, твой разум, твоя душа отражаются в твоем теле, как луна отражается в озере…
Стащив непослушными скрюченными руками кимоно и оставшись по пояс голым, Шон, превозмогая нечеловеческую боль, сел в сейдзен.
— Все, чего ты захочешь, — не умолкал голос Учителя, — все, чего захочет твой разум, сможет осуществить твое тело. Надо только очень точно знать, чего же ты хочешь и хочешь ли ты этого на самом деле.
Сложив перед собой руки в мудру Единения со Всем Миром, Шон закрыл глаза.
— Тело — подставка светлого зеркала. Светлое зеркало изначально чисто… — шептал Изумо.
Нестерпимый жар на мгновение охватил все тело Шона и затем бесследно исчез вместе с нестерпимой болью. Дэвидсон открыл глаза. Теперь он чувствовал себя совершенно здоровым и бодрым. Прыжком поднявшись на ноги, Дэвидсон расцепил руки и сказал:
— Кобра! А теперь — пришло время умирать тебе!
Сакстон вздрогнул и, моментально захлопнув папку с бумагами, повернулся к нему. Руки доктора задрожали, глаза быстро забегали по фигуре Шона. Он решительно не понимал, что происходит. Как этот человек смог встать на ноги, в то время, когда его тело и воля должны быть парализованы действием вакцины?!
В ужасе попятившись назад, Уиллис натолкнулся на массивный стол. Дрожащая рука инстинктивно нырнула под столешницу и нащупала потайную кнопку. Это был последний шанс Кобры.
Подставки под людьми-манекенами погасли, погружая лабораторию во мрак, но через мгновение водопады яркого света, льющегося с потолка, заполнили все пространство зала. Вместо обнаженных неподвижных статуй на постаментах стояли ниндзя в кроваво-красных кимоно. Когда фигуры как по команде ожили и спрыгнули на пол со своих темных подставок, к Сакстону вернулась былая уверенность в себе и он вновь заулыбался холодной, злой улыбкой.
Тем временем ниндзя в красном окружили Шона и опустились в низкие стойки, готовясь к предстоящему бою. Один из них, словно производя разведку, бросился к Дэвидсону. Остальные ожидали результата этой встречи, который не заставил себя долго ждать. Ниндзя, получив мощный удар ногой в грудную клетку, полетел на заставленный химическим оборудованием стол, превращая дорогостоящие приборы в кучу обломков.