Амнезия "Спес"
Шрифт:
Ежей, как новинку, загрузили в мешок. Известных всем насекомых, как неинтересных, просто еще раз залили антисептиком и оставили там, где они и валялись. Тюки со щерой, ящики с оборудованием и расчлененку с полисаем, тоже запиханную уже в упаковку, перетащили ближе к той насыпи, что была на выходе из тоннеля.
Когда Стояк полез наверх, чтобы запустить укрепленную там лебедку, я потихоньку спросил Паленого:
— Слушай, а мы что, новый отсек откапывать не будем?
— Нет. Нам велено возвращаться как можно быстрей. А Бату дали указание проследить, чтобы мы приказ
— А почему?! Вы ж сказали, что меня для этого и оставляли!
— Ну, не только для этого… трофеи-то действительно у нас объемные и везти их было не на чем, — пожал плечами наставник. — Ты вот что лучше мне скажи, малой, почему твоей пропажей сержант Робуст так заинтересовался?
Меня как ледяной водой окатило.
«Отец в курсе, что меня оставили на закрытых территориях?! Он вступился за меня?! Зачем?!!!»
— Его звено плантации и фермы охраняет, и даже не в нашем секторе, — меж тем, продолжал развивать тему Паленый. — К тому же, по имени понятно — он не из интернатских будет, в рубке поди рос. Вот и выходит, влиятельный он товарищ, связи в верхах имеет, — продолжал нагнетать обстановку наставник. — Он такую бучу замутил, что мы уж думали, нас прям там и арестуют за то, что новичка неизвестно где оставили! Бат вот только и отмазал, благо он в звене на хорошем счету. Поручился за нас. Ну, ему ж тоже не выгодно, чтоб команду под замок сажали и разбирательство на наш счет затевали, ты ж понимаешь.
Я понимал. Он, как приписанный к нам хран, свою долю от добычи имеет. Да и ходит с командой давно, как я слышал, так что и личные мотивы исключать нельзя. Так вот заарестуют парней, а ему потом к новым привыкай — срабатывайся.
— Он же, кстати, сержант Робуст, нам и ночной пропуск выбил, а то б мы так скоро не обернулись… скажи честно, кто ты ему?
— Никто! — тут же выдал я.
Но видимо очень уж быстро. Паленый хмыкнул, подцепил мой подбородок пальцами и повертел лицо, внимательно разглядывая его в свете налобного фонаря.
— Понятно… так всем и говори, если спросят. Но без лишней экспрессии, а то, настораживает.
Я обмер, когда осознал смысл сказанного.
— Не спи! — рявкнул Паленый, выводя тем самым меня из столбняка. — Пихай контейнер снизу.
В общем, дальше в любом случае разговаривать было некогда. Мы подталкивали снизу груз, который тянула лебедка, потом, подхватив освободившийся конец троса, опять спускались и вязали его к новому предмету, который мы бы сами наверх не подняли.
Бат, понятное дело, нам не помогал — у него были другие обязанности. Так что, все тюки и ящики пришлось ворочать нам втроем, что оказалось делом не легким. И когда мы все-таки затащили их наверх, а потом таким же образом, переместив лебедку на ту сторону, протянули через лаз, то я был на последнем издыхании от усталости.
А стоило спустить груз вниз, хорошо хоть, просто подпихивая сзади и так сползающие под своим весом по сыпучим камням тюки, и наставник сказать мне: «- Забирайся на сиденье и спи», как я без возражений уселся в машину и задрых. Все-таки сутки без сна сказывались. А час в медкапсуле и два присыпа по нескольку минут — не
Только-то и отметил, что возле багги нас еще двое незнакомых мне хранов ожидали. Парни были молодые, моложе, наверное, даже погибшего Кука. А от того молчаливые, послушные и ни во что не лезущие.
Как тронулись, не помню, как продвигались по техтоннелям — тоже, проснулся, когда Паленный меня пихнул, веля вылезать из багги.
Но голова с недосыпа была дурная и окружающее фиксировалось плохо. Помню лишь, что случилось это, когда спускали машины из трубы в речную пещеру. Но потом мне было разрешено забраться на место и я практически сразу, как это сделал, опять уснул.
Впрочем, помню еще один момент… хотя не знаю, когда и где это произошло, потому что глаз тогда даже не открыл.
Вынырнул из сна, почувствовав, что кто-то тянет из рук мой рюкзак, который я не просто держал все время на коленях, но и пристегнул вместе с собой к сидению страховочным ремнем.
— Убрать надо этот щеров рюкзак! Пацана, конечно, антидотом пришибло, но спать-то так, все равно неудобно! — возглас Бата.
«Ага, значит, это он тащит… вот же заботливый не к месту!», — подумал возмущенно и крепче прижал рюкзак к себе.
— Оставь парня, разбудишь, антидот не снотворное, — отвечает храну мой наставник, — он, думаю, натерпелся там один, а так ему спокойней, когда сумка под рукой.
Потом они куда-то отошли, разговор зазвучал тише, да и не обо мне он был уже, так что я, успокоившись, опять заснул, даже не дожидаясь, когда тронемся.
Проснулся окончательно на въезде в первую на нашем пути пещеру рыбного хозяйства. Свет там по настройкам явно был дневным, и не для жилых помещений по мощности выставленным, а потому в глазах сияло даже сквозь зажмуренные веки.
Паленый увидел, что я завозился, и велел:
— Защиту одень, там фильтр никакой, конечно, но хоть немного яркость притушит. Ну, или сиди так, щас проскочим, а там дальше все норм будет.
Я последовал его совету и глаз так и не открыл. А потом сделал вид, что опять задремал.
Отчасти было стыдно за свой поступок, все же если прикинуть по обстоятельствам, то, скорее всего, мужикам тоже поспать не удалось. Но так же я понимал, что стоит мне дать знать, что уже бодряком, сразу пойдут разговоры, обсуждения… вопросы, на которые я не особенно знал, что отвечать.
Так что, пока была возможность не обсуждать и не отвечать, следовало решить, как стану изворачиваться, когда возможности отмолчаться у меня не будет. Да еще следовало подумать, куда и как прятать бластер и защитный костюм Александра.
Впрочем, придумал быстро, вот только просчет действий по достижению придуманного легких вариантов не выдавал…
После того, как миновали ферму, всю оставшуюся дорогу, стараясь не возиться и дышать ровно, я с горем пополам изображал спящего. И мне видимо это удавалось, потому что Паленый со мной не заговаривал. А «разбудил», когда впереди по курсу уже была видна решетка на въезде в наш сектор.
— Все, хватит дрыхнуть, Хвост, — окликнул он меня, — вставай, щас начнется и ты должен быть готов!