Антология советского детектива-36. Компиляция. Книги 1-15
Шрифт:
— Я тоже так полагаю. Но важно другое: как наши люди помогают нам, как старательно вспоминают они мельчайшие происшествия, факты, события. И ведь не исключено, что именно таким образом, отобрав наиболее достоверные сведения, мы и натолкнемся на след янтарной комнаты!
— В этом ты прав.
3
Карл-Хайнц Вегнер, главный редактор журнала Общества германо-советской дружбы «Фрайе вельт», славился своей деловитостью. Сухощавый, быстрый в движениях, решительный и порой резковатый, он внушал уважение сотрудникам собранностью, четкостью, организованностью в работе. Похоже было, что еще с юношеских лет он избрал своим девизом «Не терять даром ни одной минуты» и с тех пор руководствовался им неуклонно.
Так и сегодня. Приехав в дом 63/64 на Моргенштрассе, где помещалась редакция, пунктуально, минута
— Прошу переписать.
Вскоре письмо, отпечатанное на бланке журнала, легло на редакторский стол.
«СССР, Калининград, редакция молодежной газеты, М. П. Зубаревой.
Уважаемая товарищ Зубарева! Обращаемся к Вам, поскольку мы с Вами были некогда знакомы по совместной работе в германской демократической печати.
В связи с тем что в настоящее время происходит передача ГДР значительных культурных ценностей, хранившихся с окончания войны в Советском Союзе, мы готовим полемический фоторепортаж о культурных ценностях, похищенных в свое время немецкими фашистами у Советского Союза и находящихся сейчас, по всей вероятности, в Западной Германии. Мы хотели бы содействовать тому, чтобы это советское имущество было найдено и возвращено Советскому Союзу. Наша работа находится, правда, еще на стадии подготовки. Через профессора Штрауса из университета им. Гумбольдта мы узнали, что недавно в одной из калининградских газет была опубликована статья о похищенных немецкими фашистами культурных ценностях. Мы были бы очень благодарны, если бы Вы прислали нам газету с этой статьей. Мы думаем, что найдем там несомненно ценные указания для нашей работы.
С сердечным приветом и пожеланием здоровья
4
Совещание оказалось бурным.
В зале заседания облисполкома, стены которого были сплошь увешаны синьками проектов, собрались архитекторы, инженеры горкомхоза, работники городского транспорта, депутаты Советов, партийные работники — все, для кого судьба родного города стала личным делом, таким же близким, как будущее собственной семьи.
Автор проекта Григорян, человек подвижный, обычно веселый и общительный, сейчас молча сидел в первом ряду и, не отвечая на шутки, нетерпеливо ожидал начала заседания.
«Волнуется, — подумал Сергеев. — Еще бы! Не каждому архитектору выпадает такая почетная задача — спроектировать целый район большого города. Это тебе не отдельное здание и не квартал… А проект, кажется, неплох. Впрочем, послушаем, что скажут остальные».
Зал утих. Григорян начал доклад. Это был деловой, даже суховатый перечень улиц, домов, подземных сооружений. Десятки цифр… Глядя на этого спокойного, уверенного в себе человека, трудно было представить, что еще несколько минут назад он был так взволнован. И действительно, выйдя на трибуну, Григорян успокоился, как человек убежденный в своей правоте. Слушали его внимательно, не перебивая. Сергеев торопливо записывал в блокнот: он должен был выступить непременно и не хотел пропустить ни одного принципиально важного тезиса Григоряна.
— Итак, товарищи, — звонким тенором говорил между тем автор проекта, — мы предлагаем создавать центральную часть города в районе от Южного вокзала вдоль улиц Маяковского и Житомирской и до площади Победы. Почему именно здесь? Потому что, во-первых, тут исторически сложился центр города. Во-вторых, все основные подземные инженерные коммуникации — водопровод, газовые и канализационные сети — здесь сохранились лучше. Наконец, именно здесь можно создать широкие парадные магистрали при въезде в город от его ворот — вокзала. Что предлагается сделать? — продолжал Григорян. — Вот, прошу обратить внимание на макет. На месте руин замка, сохранять которые явно нецелесообразно — ни культурной, ни исторической ценности они не представляют, — мы планируем сооружение административного здания, в котором разместятся все областные организации. Справа и слева будут два корпуса размерами поменьше От них уступами спускается к озелененному берегу Прегеля терраса. Сзади от широкой площади расходятся по радиусам три магистрали — это улица Горького, доведенная до бывшего замка, выпрямленная Житомирская и новая улица, пробитая сквозь бывшие завалы по направлению к площади Победы мимо здания бывшей ратуши, теперь — общежития китобоев.
Остров, который раньше назывался Кнайпхоф, а сейчас в разговорной
— Будут ли вопросы к докладчику? — привычно спросил Денисов. — Записок не поступало.
— Есть вопрос! — немедленно откликнулся кто-то из задних рядов. — Почему решено создавать центр города на новом месте? Ведь практически он сложился у нас в районе площади Победы. Здесь и надо бы его сохранить, а не строить на месте развалин.
— Я ждал этого вопроса, — спокойно ответил Григорян. — Дело вот в чем, товарищи. Во-первых, нельзя считать центром города какую-то определенную точку, даже площадь или перекресток улиц. Центр современного города — это целый район со многими кварталами. В этом смысле площадь Победы тоже войдет в будущий центр, хотя и не будет тем полюсом, каким она является сейчас. Собственно говоря, центр города здесь сложился чисто случайно, лишь потому, что здесь уцелело несколько административных зданий и линии городского транспорта. С самого начала этот центр носил временный характер, и теперь наступает пора отказаться от его дальнейшего развития в качестве центра. Подземные коммуникации здесь сравнительно бедны, больших перспектив развития район, прилегающий к площади Победы, не имеет. Далее. Нельзя не считаться со значительной перегрузкой площади и окрестных улиц. Сейчас здесь расположены обком и горком партии, облисполком, рыбный институт, универмаг, совнархоз, Балтрыбтрест, продовольственный рынок, ряд других учреждений, драматический театр, скоро будет построено еще несколько крупных общественных зданий. Такая перегрузка недопустима, она ставит перед нами почти неразрешимую проблему организации городского транспорта, обеспечения столовыми и другими бытовыми предприятиями, для которых попросту трудно найти здесь место. Стоимость строительства на этом участке окажется значительно выше, чем в районе, предусмотренном проектом. Вот те основные соображения, которые легли в основу нашего плана.
— Будут ли еще вопросы? — обратился к залу Денисов.
— Есть вопрос!..
Совещание, как и предполагал Олег Николаевич, затянулось допоздна. Споры продолжались и после обеденного перерыва и вечером, пока собравшиеся не пришли к единодушному выводу: проект в принципе следует одобрить, хотя некоторые детали нуждаются в уточнении, а кое-что придется менять в ходе работ.
5
Сквозь плотную завесу табачного дыма еле виднеется в глубине прокопченного зала кабачка черно-бело-красное знамя. На трибуне — человек с высоко поднятой головой. Кажется, будто стены вздрагивают от аплодисментов.
— Сотоварищи! Я прошу вас теперь поднять бокалы и выпить за священную Великую Германию, за память о фюрере, чью неповторимость однажды признают не только в Германии, но и во всем мире! За наш райх, за нашего фюрера! Зиг-хайль!
— Зиг-хайль! Зиг-хайль! Зиг-хайль! — орут вокруг. Десятки пьяных, хриплых голосов затягивают песню.
20 апреля 1959 года. День рождения фюрера. Западная Германия…
— А вы, генерал? — чья-то потная рука опускается на плечи высокому, чуть сутуловатому старику. Он брезгливо вздрагивает и тут же сиплым тенором подтягивает куплет.
Он стар, генерал от инфантерии Бернгардт-Отто фон Лаш. Он прожил долгую жизнь, знал и победы и поражения. Он был приговорен к смерти фюрером, которого столь громогласно чествуют сейчас в кабачке. Фюрер… Его кости сгнили где-то в берлинских подземельях, и бог с ним, о нем не стоило бы вспоминать. Но пока нет иного имени, под которым надо сплотить германскую нацию для борьбы с коммунистической опасностью, — о, фон Лаш готов даже провозглашать славу бесноватому ефрейтору. Народу нужен вождь, Лаш это знает. Германская молодежь еще пойдет на восток, когда наступит время. А пока — пусть ревут в кабачках осипшие глотки, старый генерал даже готов подтянуть им.
Вампиры девичьих грез. Тетралогия. Город над бездной
Вампиры девичьих грез
Фантастика:
фэнтези
рейтинг книги
Хранители миров
Фантастика:
юмористическая фантастика
рейтинг книги
