Апрельское озеро
Шрифт:
Элисон отступила на шаг назад, закрыв ладонью рот. Побледневшая, сбитая с толку, она лишь качала головой, не находя нужных слов. А Алекс, осознав сказанное им, посмотрел вокруг, будто не узнавал свою спальню, развёл руками и грустно улыбнулся.
– А как же ваш отец? – с трудом произнесла девушка. – Как же мой брат и договор? Как же всё это?
– К чёрту всех. Потому что это я. Такой, какой я есть. Что ты теперь скажешь?
С минуту она стояла перед ним и молча разглядывала. Первые солнечные лучи уже пробивались сквозь задёрнутые шторы в комнату, но здесь всё ещё было мрачно.
– Ты хоть понимаешь, что делаешь, глупая?
Она не ответила. Подошла совсем близко и прильнула всем телом к нему, обнимая за шею, потянула к себе, и как только он ощутил её мягкие губы своими, в то же мгновение забыл обо всём. Каким-то чудом не повалил Элисон на пол, а поднял на руки, донёс до своей постели и, пока раздевался, смотрел на неё. Как она двигается, чтобы дать ему больше места, как улыбается и кусает губы. В тот момент ему показалось, что он окончательно подчинил её себе, потому что она тоже хочет его.
Когда он лёг на неё, она первая потянулась за новым поцелуем, и они не размыкали губ очень долго, только в те моменты, когда он оказывался в ней, и она срывалась и кричала. Алекс смотрел на то, как она тонет в этом экстазе, и снова, и снова заставлял её сходить с ума, чему она не сопротивлялась. А сам же упивался этим незабываемым чувством обладания ею, ощущением, что он её герой и спаситель. Она даже звала его по имени… Ничего лучше этих минут не могло быть.
Засыпая рядом с ней, он слышал, как она тихо мурлыкала мелодию «Ярмарки Скарборо», а потом вдруг шёпотом произнесла:
– Надеюсь, теперь ты счастлив, потому что ты победил.
__________________________________________________________________________
*<i>(от автора: сокращённо от Флитская Тюрьма: ru.wikipedia.org/wiki/Флитская_тюрьма)</i>
========== Преступление и наказание ==========
<center>***</center>
Это утро во всех определениях было существенно отличимо от любого другого утра. Александр медленно потянулся, заложил руки за голову и глубоко вздохнул. В спальне ещё витал сладкий запах любви, чем Алекс собственно и занимался пару часов назад со своей женой.
Мужчина повернулся на левый бок и удовлетворённо выдохнул, увидев её рядом. Девушка лежала на спине, сложив руки на животе и сплетя пальцы. Глаза её были открыты. Ровное дыхание свидетельствовало о полном спокойствии; она думала о чём-то.
– Привет, – Алекс улыбнулся и лёг удобнее, подперев левой рукой голову.
– Привет.
Элисон повернулась к нему, протянув руки, и он, сдёрнув с неё простынь, которая и так уже ничего не скрывала, прижал девушку к себе, наградив заодно долгим поцелуем в губы. Алексу нравилось ощущать её руки на своих плечах, и как она гладила пальцами его волосы.
Он приподнялся над ней, желая только посмотреть на её милое лицо; поцеловал её блестящий носик и вдруг почувствовал, как Элисон снова обхватила его талию ногами, словно прося взять её или приглашая сделать это. Он решил помучить её, прежде чем удовлетворить
– Ну пожалуйста!
– Что «пожалуйста»?
– Сделай это наконец!
– Что «это»? – он хрипло засмеялся, выводя невидимые узоры на её животе длинными пальцами. – Говори конкретней, милая.
– Ты и сам знаешь! Пожалуйста, я правда этого хочу! – она открыла глаза и посмотрела на него почти со злостью. – Или желаешь, чтобы я умоляла на коленях?
– Стоя на коленях, ты можешь сделать и кое-что другое, – сказал он, не прекращая ласкать её и улыбаться. – Но не сейчас, этому я научу тебя позже.
– А почему не сейчас?
– Потому что ты не согласишься делать это при свете дня. У тебя ещё слишком мало опыта.
– Значит, вот так? – она недовольно фыркнула, попытавшись столкнуть Алекса с себя, но он только крепче прижался к ней, втиснувшись между её ножек.
– Позволь спросить, что с тобой? За несколько часов, и вдруг такая перемена.
– Я не знаю, – Элисон насупилась, она не смотрела ему в лицо, а разглядывала уже почти зажившую рану на его плече. – Слишком многое случилось за последнее время. Я уже не знаю, что мне думать…
– Насчёт чего?
– Всего! Себя, своей семьи и тебя, в основном. Я больше не чувствую себя свободной.
– Так бывает, когда связываешь себя с кем-то узами брака, а? – он тихо засмеялся, но она не переняла его насмешливого настроения.
– Не в этом дело. Мне кажется… я никогда не была такой… бесстыжей, смелой и распутной.
– Ты боишься этого, потому что никогда не пробовала сделать нечто подобное. И всё это не означает, что ты стала хуже.
– Правда?
Она посмотрела ему в глаза, и, когда Алекс нежно поцеловал её в лоб, то понял, что она почти расслабилась и уже не злилась на него. Он откинул пряди волос с её плеча, чтобы дотронуться до её кожи, и как можно убедительнее произнёс:
– Однажды я сказал, что ты сама придёшь ко мне и сдашься, будто другие женщины, ещё до тебя, могли бы с тобой сравниться. Но тогда я ещё не догадывался, чем ты станешь для меня. Ты говоришь, что больше не чувствуешь себя свободной, но на самом деле я лишь помог тебе стать женщиной, коей ты и являешься. И это не я победил, а ты, поэтому я должен ощущать себя в западне. Я ни одной женщине не говорил, что люблю её так, как признался в этом сегодня. В конце концов, ты – моя жена, ты моя. Теперь я для тебя больше, чем мужчина, с которым ты проводишь время. Я – твой защитник, я ближе всех для тебя, и всё, чем мы занимаемся вместе – это правильно и замечательно.
– Значит, если я просто хочу заниматься любовью, в этом нет ничего плохого?
Александр засмеялся, изумлённый её наивностью. Вновь коснулся губами её губ, настойчиво раскрыл их и целовал, и целовал её, пока лишь хватало дыхания, пока хватало сил сдерживаться. Когда Элисон выгнулась под ним, он застонал и ещё раз успел исполнить её главное желание, прекратив утомляющие пытки.
– Когда-нибудь, – сказал он, восстановив дыхание и положив голову ей на грудь, – ты скажешь, что любишь меня. Я подожду.