Бездушные. Искупление
Шрифт:
Вот так девочка. Насаживайся. Правильно.
Когда её голова запрокидывается наверх, а правая рука соскальзывает по стеклу, я чувствую, как узкие стенки влагалища, сокращаясь, обхватывают мой член и пальцы ещё крепче.
– Аа! – Замирает на миг и содрогается. Ещё раз. И ещё. Снова обвожу набухший клитор большим пальцем, давлю... и Снежок конвульсивно бьётся в моих руках...
– Lo que sea por ti, cariсo.* - Шепчу, наблюдая за тем, как она приходит в себя, опускаясь на мою грудь.
...
Я уже так долго стою под холодными
Меня не будет несколько дней. Как только я вернусь, Рус будет налаживать мосты с Китаем. Хитрые азиатские жуки. Гнут свою линию, ценник заламывают...
Вода начинает казаться мне тёплой. Тело постепенно всё-таки расслабляется. Приятная истома разливается по спине. Сплёвываю воду и открываю глаза...
И вижу рядом со своими ногами чужие. Маленькие белые стопы, изящные лодыжки, тонкие икры...
Поднимаю голову, недоверчиво пялясь на Снежка. Её рука лежит на смесителе... так вот почему вода стала тёплой?
Густые волосы, которые уже намокли, липли к её высокой обнажённой груди, скрывая от моих глаз маленькие тугие соски.
– Агата...
– Осипшим голосом произношу её сладкое имя, и сгребаю девушку в охапку, прижимая к своему мокрому телу.
Lo que sea por ti, cariсo* (Исп.) - Всё для тебя, любовь моя.
Глава 25
Николас
Её тёплое тело льёт ко мне, прижимаясь крепче, а мои мозги закипают от переизбытка эмоций за один только день.
– Это я тебя разбудил? – произношу поверх её макушки. – Я не хотел.
– Это хорошо, что я проснулась. – Трётся щекой о мою грудь, а тонкие ручки скользят по моей талии и смыкаются в замок за моей спиной. В такие моменты мне кажется, что я попал в рай.
– Почему?
Я начинаю согреваться. Мне уже и тёплая вода не нужна. Её рук и тела мне вполне хватает. Почему-то даже похоти сейчас не чувствую. Просто хочется стиснуть Агату в объятиях, и заснуть, не выпуская из своих тисков.
– Я не хотела портить этот день, Нико. – Снежок поднимает на меня свои бездонные глаза, а я тут же тону в них. Я готов захлебнуться в их глубине.
Обхватываю ладонями красивое, немного сонное лицо, и задираю вверх, чтобы оказаться ещё ближе.
– Снежок, - Сглатываю ком в пересохшем горле, переводя взгляд на влажные подрагивающие губы. – никогда не лезть в мои дела. – Вкладываю в свой тон всю серьёзность, чтобы ситуация вновь не вышла из-под контроля. – И тогда всё будет хорошо. Не забивай свою прекрасную головку ненужными глупыми мыслями. Хорошо?
Девушка прикусывает нижнюю губу, и её ладони возвращаются на мою талию, ложатся на вмиг напрягшийся пресс. Живот
– Хорошо. – Произносит тихо, и поднимается на носочки.
Чёрт! Блять! Моё дыхание в ту же секунду сбилось, а сердце, кажется, пропустило несколько ударов, когда её сладкие губы коснулись рубца на моей груди. Нежно, безумно мягко, так, что мои ноги на мгновение подкосились, чувствуя слабость.
– Агата! – Хриплю, хватаясь за её плечи, и сжимая пальцы крепче необходимого. – Девочка моя. – Снова перехожу на шёпот. – Ты меня погубишь, ми нинья...
Она снова целует снежинку, а я напрочь теряюсь в пространстве. Дышу, словно бык во время ковбойского испытания. Она моё успокоение и красная тряпка одновременно.
***
Агата
– Я уеду сегодня на несколько дней. – Я наблюдаю за тем, как мулат застёгивает на белоснежной рубашке маленькие пуговицы. Ловко и быстро. – Будь осторожна, пожалуйста. Не суй маленький носик туда, куда не положено. Хорошо? – Поднимает брови, глядя на меня в отражении зеркала. Утренние, холодные лучи солнца играют на его лице. Зелёные глаза блестят, будто не настоящие.
– Это срочно? – Не хочу оставаться в этом доме без него. – То, есть, обязательно?
– Здесь не бывает не обязательных дел, Снежок. – Нико подходит к кровати и опускается на упругий матрас рядом со мной. Проводит ладонью по моей руке. От запястья к локтю, выше к плечу, и останавливается на моей шее. Рисует пальцем по коже узоры, и я чувствую, как он выводит под моим ухом снежинку. – Эти несколько дней пролетят быстро. И гостей, несколько мне известно, в этот раз не предвидится.
Глубокий вздох и я опускаю свою ладонь на его. Сжимаю его пальцы, задумываясь, и сосредотачивая на нём взгляд.
– Нико? – Придвигаюсь чуть ближе, и с моей груди соскальзывает одеяло. Моя грудь обнажается, и я набираюсь терпения, чтобы не кинуться вслед за тканью, вновь прячась за ней. Взлохмачиваю волосы и укладываю их так, чтобы они прикрывали неприлично вздёрнутые соски.
– Я слушаю тебя, Агата. – Николас не скрывает тихого смешка, и отбрасывает мои волосы мне за спину, вновь открывая себе вид на мои прелести. Его бесстыдные пальцы тянутся к ним, и обводят твёрдые бусины жёстким пальцами, делая их ещё твёрже. Сбивая моё дыхание. Заставляя мои ягодицы заёрзать под пятками.
– После-после... после завтра, - Делаю глубокий вдох, пытаясь не заикаться. – В общем, через четыре дня будет очередная година...
– Нервно провожу языком по сухим губам. – Я хотела к отцу съездить.
Его рука замирает, и через секунду падает на постель. Пальцы сжимаются в кулак. Что? Я сказала что-то не то?
– Ты съездишь к отцу, Снежок. Не переживай. Обязательно навестишь его.
– Правда? – Улыбаюсь. Если честно, то после вчерашнего, я не надеялась, что будет так легко получить от него разрешение на выезд... разрешение... одно слово, а сколько неприязни оно у меня вызывает.