Блуждающий Равноценный обмен 2
Шрифт:
Ресторан "Медведь" находился почти посередине проспекта и расположился в очень красивом, одноэтажном здании, выкрашенном в бледно жёлтый цвет, которое, по высоте, вполне могло посоревноваться с трёхэтажными. У его входа, под массивным навесом, с литыми, чугунными колоннами, рядом с огромными, трёхметровыми, дубовыми дверьми, словно сфинкс, стоял двухметрового роста мужчина, по внешнему виду напоминавший мне нашего генерала. Вот это швейцар, так швейцар, не то что у них, там, за океаном, к нашему то и подходить страшно, не то что пререкаться с ним. Имея такого на входе и вышибалу держать
– Извините. Не подскажите, извозчик Свистунов возле вас не останавливается?
– спросил я важного мужчину, с длинными усами на широком лице.
– А что, натворил чего то?
– спросил он меня тяжёлым басом, прежде чем ответить.
Хотя в его ответе я уже и не нуждался, всё и так понятно, но разговор всё же не решился прерывать. Мне ещё в ресторан надо попадать, не стоит лишний раз нервировать человека, отвечающего за вход, тем более Игнат Петрович предупреждал, что сюда, всех подряд, не пускаю.
– Почему же сразу натворил? Он мой боевой товарищ, когда его раненого увозили, сказал, что если захочу с ним встретится, то здесь смогу найти - поведал я о цели своего визита очень серьёзному мужчине, в ярко красном сюртуке.
– Бывает стоит, но, когда точно будет, не могу сказать - ответил швейцар, в более ласковой форме.
– Спасибо. Мне главное знать, что бывает, а подождать, так на это время у меня пока имеется.
– Так подождать и внутри можно. Проходите в ресторан, господин офицер, там теплее будет - сделал мне предложение служивый.
Отказываться не стал, на улице действительно стало ещё холоднее, чем днём было. Но перед тем, как передо мной распахнут двери, спросил их хозяина:
– Если появится Свистунов, дадите мне знать?
– Непременно, господин офицер. Не беспокойтесь, отдыхайте спокойно, позову - ответил вполне себе миролюбивый человек и с легкостью открыл массивную дверь.
Попав внутрь, где было тепло, как в бане и светло, как днём, почти сразу же упёрся в чучело огромного медведя. Его размеры поразили меня до такой степени, что я, некоторое время, забыв обо всём на свете, рассматривал его, словно он экспонат в каком нибудь музее.
– Раздеваться изволите?
– вывел меня из оцепенения гардеробщик, своим довольно банальным вопросом.
– Конечно буду, что за вопрос?
– ответил я ему и пошёл в его сторону.
Оставив бушлат и фуражку, на попечение сухонького мужичка, предпенсионного возраста, придвинулся к огромному зеркалу, пытаясь разглядеть в нём, на сколько я сегодня неотразим. Но стоило мне только взглянуть в него, как услышал за спиной характерный бас швейцара:
–
Выскочил на улицу в чём был, хотя там совсем не лето. Не далеко от входа стояло двое саней, с откидным верхом в задней части.
– Который?
– спросил я служителя, не узнав со спины, товарища.
– Вон те, дальние, его будут - ответил он, ткнув пальцем в санки Игната Петровича.
Быстрым шагом преодолел метров двадцать и громко спросил, сидевшего в них человека:
– Младший унтер офицер Свистунов?
– Так точно - громко ответили мне, одновременно вскакивая с места и поворачиваясь в мою сторону.
– Игнат Петрович. Ты же уже давно не в армии, а всё не можешь отвыкнуть, от командирского голоса.
– Максим!? Тихомиров!
– выскакивая из саней, закричал извозчик.
– А кто же ещё? Приглашал в гости, вот я и прибыл!
– крепко сжимая тулуп однополчанина, доложил я бывшему командиру.
– Ты чего раздетый, бушлат твой где? Застынешь?
– закончив с обниманием, спросил меня однополчанин.
– Поужинать собирался. В вашем ресторане. А тут говорят, Свистунов явился, вот и выскочил, в чём был. Может составишь компанию, вместе посидим. Я жрать хочу, мочи нет, целый день во рту ничего не было.
– Ну как же, пустили меня туда. Нет брат, таким, как я, тут не место. Давай ка ты лучше ко мне садись, прокачу тебя с ветерком, а где покушать найдём.
Полутёмный подвальчик, расположившийся на одной из улиц города, принял нас, как родных. Никто не предлагал в нём скинуть верхнюю одежду, не смотрел косо, но зато налили и дали закусить всё, что только пожелаешь.
– Значит сегодня приехал и сразу ко мне?
– вспомнив почему то разговор, состоявшийся вовремя недолгого плавания, спросил меня Свистунов.
– Ну да. Определился с местом жительства, в баньку после дороги сходил и сразу к тебе.
– Не забыл стало быть старика?
– Ну какой ты старик, Игнат Петрович?
– Старик и есть, самый настоящий. Это я с вами молодой был, а здесь, как есть дед. Давеча еду, а мне молоденький унтер говорит: - Дедушка, свези меня в гавань. Вот так то.
– Ладно хорош прибедняться, видел я какой ты дедушка. В атаку впереди всех бежал, мы еле поспевали за тобой.
– Так это с перепуга, за вас боялся, чтобы со страха не попадали раньше времени.