Бог не скинут
Шрифт:
Все скорее и скорее хочет человек пробежать системы, терпя невзгоды, все быстрее хочет пробежать площади наказаний и преступлений, и неужели в образе наказаний все преследует его мстящий Бог, неужели через строй ангелов и дьявола человеку суждено проходить под их бичем и не потому-ли бежать, чтобы пробежать эту мысль Божеского строя, полосу преступлений и наказаний? пробежать законы и очутиться в беззаконном пути? выйти наконец в страну человечества, где бы перестал самобичивать себя (общежитие). Это вторая точка разсуждения. Третья точка или причина его бега в борьбе «борьба да существование», которую искать нужно в весе или первом предположении в борьбе с весом, чтобы тяжестью своею не задушил его. И четвертая точка — стремление к Богу-совершенству, в котором наступит благо. На этих четырех предположениях можно базировать причины возникновения всех родов производства человека. Следовательно в первом случае причиною к творчеству в Боге мира вселенной предполагаю весораспределение, освобождение в безвесии. Бог снял с себя вес, или Бог как бес распылил себя в безвесие, но распылив мысль в безвесие сам же остался на свободе. Тоже и человек во всех трех пунктах стремится к тому же, к распределению веса и самому стать в невесии, т. е. войти в Бога. Но так ли, верно ли, чтобы человек стремился, к Богу, с которым произошел разрыв? человек стал преступником сосланным им на вечную каторгу труда, разошлись ли они совсем или же нет? нет, Бог его не оставил, с каждым шагом человека продвигается сам, или человек не может сделать ни шагу без Бога (общежитие). Бог его сопровождает сегодня, вчера и завтра, и так они вдвоем идут изо дня в день в труде распыляя вес греховный. И в том, что они идут вместе творится жизнь. Куда же они идут? Идут к себе, к совершенству, к вечному покою, и человек идет через все свои усилия. Все усилия его — производство
Каждый человек спешит к совершенству своему, стремится быть ближе к Богу, ибо в Боге его совершенство, следовательно каждый шаг человека должен быть направляем к Богу, для чего он изыскивает пути или средства — просто ищет Божеских признаков. Думая о достижениях, он построил себе два пути. Религиозный техникум и гражданский или фабричный, церковь и фабрику. Религиозный техникум стремится сделать человека современным в духе и через духовное совершенство стремится достигнуть Бога. Религиозный техникум меняет свои системы, совершенствует их, Отсюда появление множества религиозных систем, представляющих собою ближайшую дорогу достижения Бога. Два техникума идут к одинаковой цели, перед обоими совершенствование технических вопросов, через которые возможно достигнуть или разрешить цель. Как в глубоком и внешнем смысле тоже одинаково, обрядность, святое отношение, поклонение, вера, надежда в будущее. Как церковь имеет своих вождей, изображателей совершенных религиозных систем, так и фабричный техникум своих, первый чтит и почитает своих, второй своих. Также стены обоих увешаны ликами или портретами, также по достоинству и рангу как в пером и втором существуют мученики или герои, так же имена их заносятся в святцы. Таким образом разницы нет, со всех сторон все одинаково, ибо и вопрос одинаков, цель одинакова и смысл — искание Бога. Если Христос сказал «не ищите нигде Бога как только в себе>, то и любой техник может сказать, ищите совершенства вещи только в себе, но как в первом так и втором этого места невозможно найти и в себе, ибо где я начинаюсь и где кончаюсь (какие безумные искания придумало общежитие), но несмотря на все, человек ищет Бога через два пути. Спор между ними идет, или может идти только в плоскости, какая из систем скорее достигнет того места, где в первом случае будет Бог, во втором совершенство практическое, а не в обвинениях в предрассудках, ибо как первые, так и второе можно обвинить в предрассудке, первого в достижении Бога, второго в достижении совершенства. Если же обвинитель не сможет обвинить, то докажет только, что оба движутся к Богу, как человеческому пределу совершенства. Углубляясь же в вопрос совершенства, мы найдем, что достижение Бога или совершенств как абсолюта, — предрасудок.
Бога человек сделал абсолютным совершенством умышленно или случайно, но во всяком случае в определение Бога в абсолютном, им был установлен предел, ибо в противном случае никогда бы не достиг Бога. В абсолюте предел совершенств, и если бы Бог не имел границ, то человеку не представилось бы возможным достигнуть его. Но другая сторона говорит другое; например вселенная не имеет границ совершенства как Бог, безгранична; поэтому установить абсолют трудно. Но с точки зрения церкви Бог безгрешен, следовательно абсолют устанавливается совершенством непогрешимости, но сама непогрешимость как и совершенство Бога должна заключаться в самом ужасном, это в смысле, вот об этот камень разбиваются два пути фабрики и церкви. Бог должен быть смыслом, а потому его совершенство должно иметь смысл. Какого же смысла он достигает и может ли Бог достигать смысла, нет, если Бог будет достигать смысла, то он достигает нечто большего чем сам, следовательно он не может быть сам смыслом, он только смысл человека, с другой стороны если он в себе не смысл, то какой же смысл видит человек и чего хочет достигнуть — какие же должны быть смыслы, приведшие его к совершенству и к какому. Бог не может быть смыслом, ибо смысл всегда имеет вопрос «чего», следовательно Бог не может быть и человеческим смыслом, ибо достигая его как конечного смысла, не достигнет Бога, ибо в Боге — предел, или вернее перед Богом стоит предел всех смыслов, но за пределом стоит Бог, в котором нет уже смысла. И так в конечном итоге все человеческие смыслы ведущие к смыслу Богу увенчаются несмыслием, отсюда Бог — не смысл, а несмысл. Его несмыслие и нужно видеть в абсолюте конечном пределе как безпредметное. Достижение конечного — достижение безпредметного. Достигать же Бога, где то в пространствах неба действительно не нужно — ибо он находится в каждом нашем смысле, ибо каждый наш смысл в тоже время и несмысл.
Проведение новых религиозных систем имеет те же средства, что и все экономические, политические или гражданский техникум. Язычество уничтожало христианскую систему, потом христиане уничтожали еретиков, так и в гражданских системах одна уничтожает другую. Каждая система религиозная доказывает народу свое преимущество и благо достижения Бога, также и гражданская система доказывает вое благо и скорейшее его достижение в совершенствах. Речь обоих сводится к благу, но к какому благу? Первая видит благо в духовном бытии с духовным Богом, какое благо второй? — тоже сводится к этому, если принять во внимание развитие техники, которое должно освободить тело от физического труда, приняв весь труд на себя; что же будет делать тело? Оно освобождено, не думаю, что оно возьмет себе роль исключительно пожирания, у него должны быть другие потребности: новая физическая жизнь в духовном. Если же нет, то освободив тело от физического — он докажет то, что построил или восстановил рай, в котором человек будет на положении Адама. Это будет означать то же небо, к которому собирается привести церковь, религия своих прихожан, с тою только разницей, что первая приведет своих прихожан без тела, приведет одну душу, а вторая оставит свой приход в теле. Но если принять во внимание второе пришествие Христа судить грешников, то увидим, что все умершие оденутся в те по и уже такими войдут в небо, так что в обоих системах религии и фабрики лежат одни и те же совершенства. Один Бог и одно благо, и если существуют упреки друг другу в предрассудках, то они являются непонятными для меня, Религия читает своему приходу священные писания о совершенствах своих святых, фабрика читает свои научные книги о совершенствах. Первая учит в священных писаниях, как достигнуть религиозного совершенства, чтобы стать святым, техникум фабрики учит тому же, как достигнуть ученого. Из всех учащихся в религии единицы встречаются на протяжении веков или века встречаются святыми, тоже из сотен тысяч встречаются единицы ученых совершенных людей, остальные остаются грешниками как там, так и тут. Религия или церковь зачисляет к лику святых тех, кто совершил чудеса над техническим недугом человека. Фабрика зачисляет к лику ученых тех, кто совершил тоже чудо над техническим недостатком человеческой жизни У обоих существуют язычники, убивающие проповедников религии и технических совершенств фабрики. Как. тех, так и других сжигали, топили, преследовали. Как те, так и другие борятся за совершенства, борятся за Бога.
Стремление человека к единству — смутное стремление к тому, что предполагается видеть в единстве все управление в Боге, это единство в Троице, как управляющее вселенной, в человеке, как управление своей всечеловеческой жизнью. Но человеческая жизнь разделилась на два понятия или познания жизни. Одно познание видит жизнь в духе, как познание и служение Богу; и построило себе храм или церковь, в котором и проходит жизнь в служении для чего творит свое производство средств необходимое для служения. Второе познание видит жизнь в служении совершенству самому себе, построило фабрику, в которой проходит служение в творении средств технических исключительно. Первое создает совершенство духовное, второе — тела. Рознь их, борьба материи и духа заставляют думать, что тело и дух два каких-то враждебных начала существующие самостоятельно и независимо, но почему же между ними существует борьба? потому ли, что в предвечном произошли их сцепления
Одинаково высоко Бог совершенства Религиозного и Гражданского техникумов. Также бесконечно совершенство духовной души человека как и производство фабрик и заводов. Одинаково отдалена линия горизонта материального совершенства как благо, так далеко и духовное благо двигаясь к этому горизонту, двигаются через разный задор. Духовное движение ведет людей через путь уничтожения в себе своего «я» как разума и воли «воля моя в Боге, на его волю полагаю себя и все дела свои>. Следовательно, человек без воли и разума, ибо все это в Боге, вынув из себя волю и разум, тем уничтожает себя. Смысл последнего в том, что уничтожая себя как отдельно существующую единицу сам Бог, как единство, будет распыленным. Если же он себя уничтожит, то находящееся Божеское воплотится в Бога, собирется в нем; поэтому разум и воля находящиеся в нем — Божеское и он несет его к Бегу. Что же в этом разсуждение существует. Человек полагающийся на волю Бога и поручая ему все деда, остается без воли и разума, признает себя не существующим, и всякое дело — дело Бога, но что же такое тогда человек? Я вижу один вывод, что человек в таком положении не существует, а существует Бог, как воля, разум и совершенство. Религиозный духовный путь человека собирается только достигнуть неба быть с Богом, но совсем не собирается воплотиться в него. Помирился человек с мыслью, что высоты, в которой существует Бог не достигнуть, мало того, он даже не смеет думать об этом. И на самом деле, где та высота, где вершина, достигши которой, мы бы сказали, вот мы на вершине всех вершин, мы совершенны, я человек теперь достиг той границы, в которой перестаю быть человеком, я Бог. Никто не достигает этой границы, ни Религиозный путь духовный, ни материальный, какие-бы системы не изобретали и как бы ни верили.
Итак перед человеком стоит начертанный Бог, которого нельзя достигнуть, хотя воображение человека и ограничило его абсолютом.
Предметный путь просто свергает Бога, видя в нем одни предрассудок, а людей строющих жизнь на духовном Религиозном считает просто недомыслием, не смогших домыслить того, что здание их строится на предрассудке опирающимся на Боге. Подводя Бога в фундамент жизни, подводят пустоте. Материалист же уверен, что он строит свою жизнь на фундаменте из материи но мне думается, что не будет-ли и фундамент материалиста тоже построен на предразсудке, ибо что есть материя? Под материей я разумею плотность, а что такое плотность, из каких она состоят частиц неделимых? — неизвестно. Также как нельзя сказать, что Бог состоит из трех частей.
Суждение человеческое построило Бога на трех началах Бога, Духа, и Сына. Это такая же точность как и определение материальной единицы, и потому не будут-ли оба фундамента предрассудком. Общежитие строит фундамент будучи уверено в том, что берет камень, ничто другое; но уже для научного изследования не будет это камень а плотность, состоящая из безчисленного количества плотностей вовсе не каменного происхождения, и что общежитию доказано примером, что камень превращаем в пар подобно воде, в жидкое состояние как известная плотность, определить же в последней материальныя единицы вряд ли представляется возможным. Итак, реализм общежития, и во многих случаях науки, может потерпеть неудачу в смысле определения точности состава частиц. И таким образом человек строя дом на каменном фундаменте, как на чем то неопровержимом крепком неделимом, может ошибиться в своем реализме.
Я фабрика в воле Бога вижу один предрассудок, только моя воля во всем и во мне смысл всех совершенств «я устрою царство небесное на земле, и не на небе и потому я есть Бог» (опять Бог «небесное царство» на земле). Я в руках держу мир моторов земных и воздушных, я бросаю их в пространство и даю материи новую форму. Но вернее было бы, даю форму своему суждению (но материи дать форму увы никакой Бог не в силах), «в моих руках провода электричества (о которых так недавно узнал), земля станет новым началом, я только один всесилен и могущественен, я есть действительность, я ясная наглядная сила явлений материи». «Я владыка мира, ибо в руках моих труд» и «я вселенная, ибо я владею ею». Не будет ли в этих словах скрыта причина — «овладения всеми Божескими силами». «Быть владыкой мира» только может быть Бог, либо тот кто взял все его особенности, но если человек возьмет все особенности у Бога, не возьмет ли и все его предрассудки и не построит ли царство небесное на земле на тех же предрассудках. Очевидно человеку свергающему Бога нужно строить мир свой, небо свое на совершенно новых началах «действительных наглядных причинах», а не на Божеских бесспричинных предрассудках. Но оказывается все человеческое производство строится на тех же основаниях, что и мир Божий. Если всякое творение Бога в мире питается, то и всякая новая машина тоже требует питания; материалист и берет последнее за причину всех причин, и оттого, что все хочет питаться и загорается сыр бор это самая наглядная причина всего материального учения. Но только несмотря на всю наглядность, я сомневаюсь в ней, ибо не могу представить того, чтобы мир как вселенная потому только построен, что некогда что то захотело есть. Если бы в атом ничто не возник аппетит, то вселенной не существовало бы.
Итак два человека представили себе по разному вселенную, один видит в ней духовное начало, другой материальное, один строит на духовном начале, видит нечто большое над тем, что видит материалист, материалист же видит мир как материю самопожирающуюся. Большее духовного заключается в том, что духовное творит не ради себя пожрания, а ради своей беспредметности; материалист, же видит творение той же материи, как цель самопожрания — творит предметы для своего аппетита. Но с другой стороны научно доказанная наглядность говорит, что материя не исчезает, ее нельзя ни сжечь, ни спечь, ни поесть; так как же понять материалистическое осознание материи, которое есть то, что не может поесть сам себя, ни сваришь в котле и не с'есть без остатка. Если это так, то действие предметного сознания — пустое действие. Видеть же в этом действии какую-то. высшую причину и давать преимущество ей не вижу больших заслуг чем духовному даже Религиозному миропониманию. Вообще перед обоими миропониманиями стоит все та же безпредметность.