Чары воительницы
Шрифт:
Колин спал урывками. Частично из-за ноющей раны. Частично потому, что его чувства были в полной готовности, учитывая, что он спал среди врагов в шотландской глуши. И частично из-за его чувств к прекрасной, коварной шотландской похитительнице, спящей в нескольких ярдах от него, которые бурлили в его душе, как кипящее масло.
Ангел Хелена или демон? Заботится ли она о его благополучии или ее заботит только его ценность? Колину казалось, что он раскрыл ее истинную натуру, что она помогала ему исключительно из эгоистичных соображений.
Но потом Хелена зашивала его, и хотя Колина отвлекало болезненное испытание, приходилось сдерживать стоны боли и непрошеные слезы, которыетекли по щекам. Он смутно осознавал, что для Хелены это тоже тяжелое испытание.
А после этого, когда он поймал ее взгляд и она сказала, что не чувствовала удовольствия от его боли, Колин никогда не видел лица более невинного, более честного, более ранимого. В глазах Хелены читалась искренность, и в то мгновение Колин почувствовал такое же родство духа, которое он иногда испытывал, занимаясь любовью с женщиной.
Это абсурдно. Хелене из Ривенлоха нельзя доверять, не важно, что он там увидел в ее глазах. Она импульсивна, коварна и непредсказуема. И она ненавидит норманнов. Хелена начала это рискованное предприятие, но на уме у нее было предательство, и, хотя все зашло гораздо дальше, чем она намеревалась, все же это ее вина, что они оказались здесь. Она скажет что угодно и сделает что угодно, если это будет в ее интересах.
Включая, печально подумал Колин, околдовывание его этими ее огромными зелеными глазами.
Хелена проснулась раньше остальных. Земля была влажной от росы, ее желудок болел от голода, а запястья онемели из-за того, что были связаны за спиной. Она осторожно взглянула на Колина. Слава Богу, никакие волки не сожрали его за ночь. Он вроде бы дышал, и кровь не сочилась сквозь повязку на его ноге. Значит, она все-таки не убила его своим лечением.
Стрелы солнечного света пробились сквозь сосновые ветки, и Хелена поняла, что наемники скоро проснутся. За это время ей нужно успеть проработать стратегию, которая начала прорисовываться у нее в голове.
Колин посчитал ошибкой сообщать англичанам название и местоположение Ривенлоха, но Хелена знала лучше, что делать. Она не настолько глупа, чтобы привести врагов прямо под стены замка. И все же, чем ближе она будет к союзникам, когда одолеет своих захватчиков, тем больше их шансы на выживание, и тем больше вероятность, что отряд рыцарей из Ривенлоха сможет потом преследовать англичан. Это риск, да, но, как и ее отец, Хелена считала, что невозможно не рисковать. Остается надеяться, что удача будет к ней более благосклонна, чем к лорду Геллиру.
Хелена снова взглянула на Колина, лоб его был нахмурен во сне. Этот норманн не доверял ее суждению. Вопреки всему, что Хелена делала, чтобы спасти его ногу, не говоря уже о спасении его шеи,
Хелена тихонько вздохнула. С другой стороны, может быть, и лучше, что Колин не понимает ее планов. По крайней мере, когда придет время для обмана, он не выдаст ее.
Лагерь постепенно просыпался. Наемники поделились завтраком из черствого хлеба и разбавленного вина со своими пленниками не из доброты, а чтобы они смогли выдержать предстоящее длительное путешествие.
Путешествие действительно оказалось долгим, особенно когда Хелена соразмерила его с хромым Колином, пепельной бледностью его лица, каплями пота, блестевшими на его горле, — он с трудом ковылял по тропинке между двумя наемниками.
К концу дня стало ясно, что Хелене придется начать действовать раньше, чем она рассчитывала, хотя они все еще находились в нескольких милях от Ривенлоха. Колин мог не вынести этого путешествия. Кровь опять начала сочиться из его раны, проступая через повязку. Пока что единственной хорошей новостью была та, что выбранная наемниками тропинка, ведущая на юг, привела их близко к коттеджу в лесу. Когда Хелене удастся обеспечить их побег от этих дикарей, им не придется долго добираться до укрытия.
— Ему нужно сменить повязку, — сказала она Отису, когда они вышли на поляну посреди густых зарослей белых кленов. — И мне нужно найти травы, чтобы остановить кровотечение.
Отис нахмурился:
— Мне это не кажется таким уж серьезным.
— Если кровь не остановить, вам придется нести его.
Как будто в подтверждение ее слов колени Колина подогнулись, и только быстрая реакция наемников рядом с ним спасла его от падения.
Отис сплюнул, явно раздраженный задержкой.
— Ну, хорошо, — пробурчал он. — Доб и Хик, отведите ее искать эти чертовы травы.
Хелена долго искала пастушью сумку, хотя она буйно росла вдоль тропинки. Англичане все равно не поймут разницы, а отсрочка даст ей время осуществить ее стратегию. После долгих поисков Хелена наконец сделала вид, что обнаружила нужное растение, и сделала Дику знак срезать для нее несколько веточек.
Когда она вернулась на поляну, Колин дремал, прислоненный к дереву, а Отис нетерпеливо ходил из угла в угол, поглядывая на заходящее солнце.
— Что задержало тебя, женщина? — огрызнулся он. — Мы бы сейчас уже были на месте.
Сотни ядовитых ответов пронеслись в голове Хелены, но она прикусила язык.
— Я так же недовольна этим, как ты, — дружески ответила она ему. — К этому времени я уже надеялась опустошить сундуки Ривенлоха.
Брови Отиса взлетели вверх.
— Неужели? И почему это ты хочешь опустошить его сундуки? Ты же сказала, что принадлежишь Ривенлоху.
— Вот именно, — пренебрежительно фыркнула она, — я принадлежу Ривенлоху. Он много лет держит меня рабыней. — Хелена задумчиво посмотрела в сторону. — Это был мой шанс отомстить, захватив в заложники его любимого рыцаря. — У нее вырвался горький смех. — А теперь вместо этого вы получите выкуп за нас обоих и вернете меня в рабство.