Что мы знаем и чего мы не знаем о Великой Отечественной войне
Шрифт:
Советская сторона всегда рассматривала партизанское движение как составную часть вооруженной борьбы народа на временно оккупированной территории за свои права. Справедливость такой трактовки подтверждается еще временами нашествия Наполеона. Во время Гражданской войны наша страна накопила большой опыт по ведению партизанских действий, и последние являются неотъемлемой частью советского военного искусства, как отмечено в первом «Полевом уставе» РККА (ч. I, раздел 6) и теоретических разработках М. Н. Тухачевского. Предвоенной доктриной, предусматривавшей при неожиданном нападении врага отход приграничных сил на тыловые рубежи, не исключалась возможность организации при этом партизанского движения. Уже 29 июня 1941 года вышло постановление ЦК ВКП(б) и СНК о развертывании на занятых врагом территориях партизанского движения, а в районах, находящихся под угрозой оккупации — о заблаговременной подготовке к организации партизанских отрядов. В следующем правительственном постановлении по этому вопросу от 18 июля 1941 года содержались уточнения и дополнения к первому: давались указания о подготовке подполья, об организации, комплектовании и вооружении партизанских отрядов и об их задачах. Уже в 1941 году на оккупированных территориях действовало 18 подпольных обкомов, а также свыше 260 окружкомов, горкомов и райкомов, общая численность
Партизанские отряды комплектовались в основном из местного населения и оставшихся в окружении военнослужащих. Численность отрядов составляла обычно от 20 до 200 человек и с течением времени увеличивалась. С конца 1941 года отряды стали пополняться подготовленными в тылу специалистами (радистами, подрывниками, медицинскими работниками) а также отправлять в тыл «руководящие группы», на базе которых формировались новые партизанские отряды. Засылались также специализированные группы, целью которых была организация разведки или решение специальных задач (например, блокировка перевозок в определенном районе). В тыл забрасывались также служители православной церкви, поддерживающие партизанское движение. Руководство партизанским движением осуществлялось 204 ответственными партийными и руководящими советскими работниками. Большая площадь оккупированной территории и растянутость коммуникаций противника при небольшом количестве железнодорожных линий и автомагистралей, способствовали эффективности действий партизан. 30 мая 1942 года при Ставке ВГК был учрежден Центральный штаб партизанского движения, осуществлявший стратегическое руководство партизанским движением. Штабу подчинялись республиканские и областные штабы, которые одновременно подчинялись командованию, действовавшему в данном районе фронта. Совершенствование руководства партизанским движением шло в направлении повышения качества связи с « Большой землей» (или командованием фронта), улучшением боевого и технического оснащения, совершенствования методов руководства и ведения боевых действий. В конечном итоге партизаны превратились в грозную силу, наносящую противнику большой урон в живой силе и технике (знаменитая «рельсовая война»), срывающая все тактические, оперативные и стратегические замыслы. В тылу врага возникали партизанские края, республики и подвижные отряды численностью до 10 тысяч человек, вооруженные артиллерией. Отряды передвигались по тылам, устанавливая там свои порядки, имели место случаи рейдов на Сан и Вислу. Постоянное ожидание появления партизан деморализовывало личный состав противника, среди которого наблюдались случаи самоубийства и психических заболеваний. В тоже время нельзя не отметить, что организация и развертывание партизанского движения досталось дорогой ценой: сотни коммунистов были замучены в застенках гестапо.
За время войны было зарегистрировано свыше 6 тысяч партизанских отрядов, в которых сражалось более миллиона человек, 20 % из которых были коммунистами, а 30 % — комсомольцами. Партизанами было убито, ранено или пленено около миллиона немцев и их прислужников, уничтожено около 4 тысяч танков и бронемашин, до 65 тысяч автомашин, 1100 самолетов, разрушено и повреждено 1600 железнодорожных мостов, под откос пущено свыше 20 тысяч железнодорожных эшелонов [7].
184 тысячи партизан были награждены орденами и медалями СССР, 249 удостоены звания «Героя Советского Союза», причем двое — дважды.
13. Российская эмиграция во время второй мировой и Великой Отечественной войн
Во второй половине 80х годов в отечественных СМИ и печати уделялось большое внимание российской эмиграции. О ней отзывались исключительно благожелательно, переходя к эйфории. Подавляющее большинство российских эмигрантов заслуживало такого отношения. Но было и меньшинство, черные дела которого во время ВОВ приносили вред СССР, чего история забывать не имеет права: что было, то было. А это «было» сейчас предано забвению.
К началу ВМВ за рубежом находилось около 2,5 млн. бывших граждан Российской империи. Местами проживания эмигрантов были Центральная и Юго-Восточная части Европы, Китай, Манчжурия, Турция и Иран. Центрами эмиграции были Париж (негласная столица), Берлин, Прага, Варшава, Белград, София, Рига, Таллин, Хельсинки, Стамбул, Харбин и Шанхай. Комплектовалась русская эмиграция в течение 1917–1924 гг., по-своему составу, программам и целям была крайне неоднородной и раздиралась внутренними противоречиями. Связующим звеном вначале являлась лишь ненависть к советскому строю и надежда на быстрое возвращение на родину. С течением времени неоспоримые успехи СССР в части развития народного хозяйства, устойчивого роста валового национального продукта, развития культуры и искусства, ликвидации безработицы, бесплатное образование и медицинское обслуживание, а также умелая широкомасштабная работа советских спецслужб в эмигрантских кругах, способствовала поляризации настроений русской эмиграции. Одни стояли за СССР, т. е. за возвращение на родину (левое крыло бывших сменовеховцев 20-х годов), другие — за продолжение борьбы по уничтожению СССР: Национальный союз нового поколения — НТСНП, Российский общевойсковой союз (РОВС), Украинская националистическая организация (УНС) и др. Все они в конечном итоге попали под контроль Гестапо.
Отмеченная выше поляризация в среде российской эмиграции наглядно проявилась в ходе войны в Испании (1936–1939 гг.). Стремясь к получению права возвращения на родину, многие эмигранты и их сыновья сражались в интернациональных бригадах Испании. Во время боев на испанской земле погиб, в частности, будучи командиром батальона, сын известного русского политического деятеля Б. В. Савинкова, а также брат поэтессы Марины Цветаевой, вернувшейся на родину в 1938 г.
С началом ВОВ поляризация в среде эмигрантов обострилась. После вступления немецких войск в Париж, начались репрессии среди левого крыла эмиграции. Немецкая администрация учредила в Париже «Управление по делам русских эмигрантов», основными задачами которого являлось выявление как враждебно настроенных по отношению к Рейху лиц, так и потенциально полезных ему. Первых оказывалось значительно больше, чем вторых и репрессии со стороны немецкой администрации постоянно усиливались. Уместно отметить, что среди видных деятелей русской культуры и искусства вообще не было фамилий, опорочивших себя связями с гитлеровским режимом. В то же время среди бывших царских генералов, офицеров, а также буржуазных националистов нашлись отдельные лица (Краснов, Шкуро, фон Лемпе, Кутепов, Ковалец, Мельник и др.), связавшие свою судьбу с гитлеровцами. Указанные лица несли службу в отдельных подразделениях гестапо (в основном) и абвера. Контингент их значительно возрос после оккупации немецкими
Нападение Германии на СССР в июне 1941 г. расценивалось многими бывшими политическими деятелями царской России (Керенский, Милюков и др.) как катастрофа. Произошло дальнейшее размежевание эмиграции, причем некоторые заклятые враги СССР (Маклаков, Бунин и др.) перешли на его сторону. Даже такой заклятый враг как А.И.Деникин отказался сотрудничать с немецкой стороной и прекратил свои антисоветские выпады. Подавляющее большинство эмигрантов было на стороне СССР и делало все, что могло для оказания ему поддержки. Молодежь и люди среднего возраста шли в движение «Сопротивление », пожилые люди, имеющие возможность (знаменитый композитор-пианист С.Рахманинов, эстрадный певец А.Вертинский и др.) — оказывали СССР материальную помощь. Во Франции в 1943 г. был создан «Союз русских патриотов», а затем «Союз русских патриотов юга Франции», из которых комплектовались группы вооруженного сопротивления. Но не дремало и гестапо. Только во Франции было расстреляно более 150 эмигрантов. Погибла княгиня В. А. Оболенская, Е. Ю. Кузьмина-Караваева (мать Мария) и многие другие отважные женщины.
В тоже время в ходе войны специальные подразделения СС, персонал «Национальных комитетов», укомплектованных из эмигрантов, принимали активное участие в формировании национальных легионов, сражавшихся в рядах вермахта. Особого внимания, при этом, заслуживает «Казачий полк», переданный затем Русскому охранному корпусу, несшему охранную службу в Югославии и Северной Италии. Последний сдался англичанам, которые передали его СССР. Кроме этого СССР были переданы все сотрудничавшие с немецким командованием и гестапо бывшие царские генералы. Все они были судимы. Суд приговорил 7 наиболее активных из них и задержанного в Манчжурии атамана Семенова к высшей мере наказания. Однако не все активные враги СССР были выданы ему англо-американской администрацией. Несколько сот из них (в основном буржуазные националисты) благополучно закончили свою жизнь в Англии, США, Канаде. Активный деятель профашистского «Комитета народов Кавказа », а затем НТСНП, сбежавший в 20-х годах из СССР бывший политработник чеченец по национальности А. А. Авторханов, написавший тенденциозный труд о И. В. Сталине в 90-ые годы даже стал российским академиком, причем его «труд» в 1991 г. был массовым тиражом переиздан в СССР.
Подавляющее большинство русских эмигрантов первой волны с восторгом встретили победу СССР. Одни из них вернулись на родину, другие — установили с ней близкий контакт. Желающих более подробно ознакомиться с рассматриваемой проблемой отсылаем к источникам [42] и [43].
14. Церковь во время Великой Отечественной войны
В сегодняшних зарубежных и отечественных СМИ советский режим, а по инерции и сегодняшние коммунисты, изображаются как гонители религии и разрушители храмов. До начала 30-х годов подобные утверждения имели основание. Однако уже в середине 30-х годов гонения на религию прекратились, причем соответствующие указания по этому вопросу за подписью И. В. Сталина были направлены в органы НКВД. К началу 40-х годов отношение церкви и государства стали вполне лояльными.
Сразу же после выступления В. М. Молотова 22 июня 1941 г., митрополит всея Руси, Московский м Коломенский Сергий обратился с воззванием ко всем православным страны с призывом выполнения священного долга — защиты своего отечества. 26 июня в Богоявленском соборе г. Москвы был отслужен молебен «о даровании русскому воинству победы над чужеземными захватчиками». Было объявлено, что Родина в опасности и брошен призыв: «все могущие — в ряды защитников Родины, ее исторических святынь и независимости». В конце 1941 года митрополит обратился к архипастырям и приходским общинам русской православной церкви с воззванием о сборе средств на строительство танковой колонны им. Дмитрия Донского, и к 25 годовщине Октябрьской революции для этой цели было собрано свыше 8 миллионов рублей и несколько килограммов золотых и серебряных вещей. В дальнейшем митрополит обращался к народу с патриотическими воззваниями не менее 20 раз. В мае 1943 года Русской православной церковью в Москве был организован всеславянский митинг, на котором было принято обращение ко всем братьям-славянам о совместной борьбе с общим врагом. В этом же году при СНК СССР был создан Совет по делам религиозных культов. 5 августа 1943 года состоялась встреча И. В. Сталина с верховным руководством Русской православной церкви митрополитом Сергием, после которой было принято свыше 10 постановлений, касающихся различных сторон деятельности религиозных общин. В частности, через штаб партизанского движения была налажена связь с находящимся в оккупации населением. При этом велась острая борьба с религиозными группами, сотрудничающими с оккупационным режимом. Таковыми были некоторые католические приходы в Литве, лютеранские — в Латвии, украинская униатская и православная автокефальная церковь, некоторые православные миссии и секты. Проповеди и воззвания православных митрополитов распространялись среди населения оккупированных территорий. Сотрудничавшие с немцами священнослужители отлучались от церкви и предавались анафеме. Сотни православных священнослужителей совершали героические поступки во имя Родины, вплоть до непосредственного участия в партизанских операциях. Во время войны оккупанты уничтожили и повредили около 1670 православных церквей и свыше 1260 других культовых зданий. Большое значение сыграло обращение Русской православной церкви к румынскому воинству (страна на 90 % православная) с призывом перехода на сторону РККА, а также к сербам, черногорцам, болгарам и грекам. Построенная на собранные церковью средства танковая колонна им. Святого Дмитрия Донского отбыла на фронт 22 марта 1944 года. Большой личный вклад в дело организации народных масс на борьбу с чужеземными захватчиками, помимо митрополита всея Руси Сергия (умершего в 1943 году) внесли также митрополит Ленинградский и Ладожский Алексий и митрополит Киевский и Галицкий Николай. Так, в осажденном Ленинграде работали церкви, в которых оказывалась посильная помощь населению и читались патриотические проповеди. К 27 годовщине Великой Октябрьской революции православная церковь передала правительству 200 миллионов рублей. Свыше 5000 служителей были отмечены правительственными наградами.