Дата собственной смерти. Все девушки любят бриллианты (сборник)
Шрифт:
– Может, у него был конфликт на работе – например, с Инковым? И ему срочно понадобилась поддержка преданного человека из своей семьи?
– Я ничего не знала об этом.
– Или отец вдруг узнал, что он серьезно болен? Готовился отойти от дел?
– Если так – почему бы ему просто не сказать об этом?
– Думаю, впрямую просить помощи у детей ему было тяжело и неудобно – тем более что он вас в свое время бросил.
– И что? Надо было подставлять меня и подличать? Нет, Валерий Петрович, по-моему, все, что вы говорите, – исключительно ваши домыслы.
– Нет, фактов у меня никаких нет.
– Тогда о чем говорить?
Полковник вздохнул:
– Что ж, Наталья Борисовна, спасибо, что пришли, и попросите, пожалуйста, зайти ко мне Инкова.
– Скажите, Валерий Петрович, – спросила Наташа, вставая, – а мы можем уехать?
– Уехать?
– Да. Мы с Ритой очень устали. И нам обеим тяжело находиться в этом доме.
Она замерла, ожидая ответа.
– Можете, – рассеянно, словно речь шла о чем-то несущественном, махнул рукой полковник. – У меня к вам больше нет вопросов.
– Спасибо, – едва ли не униженно поблагодарила она («Какую все-таки власть забрал над нами этот толстяк!») и понеслась вниз.
…Инков, в свою очередь, отправился наверх, и о чем там он говорил с полковником, Наташа не знала – да и не хотела знать. Надоел ей до чертиков этот дом, расспросы толстяка, гнетущая атмосфера подозрительности. Она затормошила Ритку: «Уезжаем, уезжаем!» – вызвала по телефону такси и понеслась в свою комнату собираться.
– Вы куда? – поинтересовался Денис, не отрываясь от ноутбука.
– Домой! Нас полковник отпустил.
– А нас? – по-детски жалобно спросила Майя, вопросительно взглянув на мужа.
Денис холодно сказал:
– Мы в любом случае остаемся здесь.
– Ну да, вам же надо обживать ваш новый дом, – вполголоса съязвила Наташа. Она не поняла, расслышал ли Денис эту реплику, но, судя по тому, что он нахмурился, все-таки расслышал.
Через сорок минут пришло такси, и радостная Наташа вместе с Ритой залезли в него у ворот дома – бывшего отцовского дома.
– Как все-таки хорошо, что я никому не сдала свою квартиру! – с чувством сказала Наташа. И скомандовала шоферу: – Домой, на Октябрьское поле!
Глава 9
25 июля, ранний вечер.
Наташа
Такси уносило сестер прочь из особняка.
– «В Москву, в Москву!» – процитировала классика Наталья.
– Да хоть к черту на рога, только б сбежать из Теляева! – подхватила Маргарита.
– А мне в вашем поселке понравилось… – не согласился с девушками молоденький румяный шофер. – Все так солидно, культурно… Ух ты, а здесь пожар, что ли, был?
Такси как раз проезжало обгоревшие сосенки и засыпанную гравием воронку – то самое место, где взорвали машину отца.
Наташа с Ритой не удостоили шофера ответом.
– Крутые, значит, – вздохнул водитель. – С кем попало беседы не ведете… – Он сделал равнодушное лицо, включил музыку и прибавил газу.
Такси вывернуло на трассу,
«Хоть бы ради спортивного интереса выбоины пытался объезжать!» – подумала Наталья. Но, не желая обижать юного шофера, промолчала.
Маргарита же стесняться водителя не стала. Поинтересовалась:
– Чего несешься? Колымага того и гляди развалится.
– Ничего, она у меня девочка еще крепкая! – браво заверил шофер.
– Девочка! Скажи лучше: бабушка! – фыркнула Рита. Она ерзала на заднем сиденье машины, тщетно пыталась вытянуть ноги и ворчала: – До чего же у вас такси неудобные…
Наташа фыркнула:
– «У вас» – в смысле, где?
– Ах, ну да! – улыбнулась Рита. – Ты ведь тоже теперь не местная… А на Мальдивах, кстати, такси есть?
– Есть, – кивнула Наташа. – Целых трех видов. Катерки. Гидросамолеты. И носилки.
– Это как? – не поняла Маргарита.
– Да просто. Носилки с креслицем, а их четыре туземца волокут. Туристам нравится: налижутся в баре и потом требуют, чтобы их тела до бунгало тащили.
– Придурки, – констатировала Рита.
– Люди отдыхают, – пожала плечами Наташа. – Они за это деньги платят.
– Нет, сестренка, – покачала головой Маргарита. – Мы с тобой как-нибудь иначе отдохнем… – Она радостно улыбнулась и добавила: – Да я уже отдыхать начала – как только мы из особняка уехали. Мерзкое место, правда?
– Мерзкое, – согласилась Наташа. – Все вроде ладно-красиво-складно, а все равно там противно. Мне тоже сразу полегчало, как мы оттуда выбрались…
Рита кивнула:
– Этот дом будто все соки высасывал, правда?
– Ага. Я так радуюсь, как в детстве, когда мы с тобой вместе из дома сбежали, – вдруг всплыло у Натальи. – Помнишь? Поссорились с Диней – и убежали. Ты тогда во втором классе училась…
– Помню, – откликнулась Рита. – Ой, как же мне стало страшно, когда стемнело! А ты меня пугала, что, если я реветь буду, меня привидение утащит…
И Наталья вдруг подумала: «Никуда мне не деться от сестры. Пусть Ритка вредная, пусть – с причудами и ума у нее – совсем не палата. Но ведь она мне – самая близкая родственница. Родная кровь. Родственная душа…»
За окошками машины промелькнула деревенька. Бедненькая, серенькая, кривенькая. Но Наташу – она до сих пор пребывала в эйфории, что удалось сбежать из удушающей атмосферы особняка, – даже убогие избушки радовали. Солнечным, как сегодня, днем они смотрелись сказочными домиками, а старушки, восседавшие на лавочках у калиток, и вовсе выглядели добрыми феями. Перед бабульками стояли ведра – посиделки совмещались с придорожной торговлей.