Долг чести
Шрифт:
После обеда мы вернулись в гараж. Уже зная что слизь боится огня, смогли без проблем почистить топливную систему, я и бак опалил тоже. Да и так там остатки были, но помогло, после этого стали всё собирать, насос я уже почистил. И в четыре часа дня машина стояла полностью собранная. Михалыч от своего гаража принёс канистру с двадцатью литрами бензина, у нас запаса нет, и отец через воронку слил всё в бак. Дальше я подкачал, и отец запустил мотор, схватился тот сразу. Хотя слабость аккумулятора мне не понравилась, надо сменить электролит и зарядить, завтра уже этим займусь. Отец уехал, за матерью, по пути на заправку заедет, в бак зальёт и в канистру, Михалычу его бензин нужно вернуть. Я в гараже потихоньку прибирался, а Михалыч байки травил. Через час отец вернулся, маму доставил, канистру полную вернул, поблагодарив, так что мы оставили машину в гараже и направились домой. Михалыч остался в гаражах, там другие соседи подошли, а в пути я кивнул отцу на подлежащий патрульный «жигуль»:
– Смотри, знакомые всё лица.
– Попов, - тоже опознал
– Интересно, что ему надо? Два дня прошло с момента как посетили министра, а тот ещё на месте. Не отстранили, надеюсь проверку проводят, всё же не хочется оказаться крайним в той схватке с малолетними бандитами.
Машина остановилась рядом, и Попов, который сам сидел за рулём новенькой «тройки», вышел и подошёл к нам. Извиняться тот не стал, просто сообщил что напавшие на меня парни были опознаны ещё по некоторым делам, о нападении на граждан и грабежам, так что ко мне претензий нет, а все те шестеро, тот убежавший был уже пойман, попали под следствие и грозит им дорога дальняя. Тем четверым что старше, двум малолеткам скорее всего только детская комната милиции. На этом тот попрощался и уехал. На учёте те итак уже стоят.
– И что это было?
– спросил отец.
– Понятия не имею. Идём ужинать. Завтра надо закупить электролит, я с аккумулятором поработаю, но это всё после обеда. Утром меня мама на работу к себе берёт, хочет слышать, как я роялем овладел. Ну и пообщаться со знающими разные языки коллегами.
– Тяжело тебе будет.
– Завтрашний день покажет, - с философским видом ответил я, и мы, подойдя к подъезду, стали на лифте подниматься наверх.
Утром, во время завтрака, пока мама гладила мою праздничную одежду, между прочим, я в ней к министру ходил, да и честно признаться, из-за бурного роста ты была в единственном экземпляре. Покупать множество одежды просто не рационально, есть выходная, из которой месяц-два и я вырасту, поэтому и школьную форму пока не покупали, есть повседневная, тут уже два экземпляра, не считая разной летней, от шорт до футболок, и есть… Хм, а ведь для грязных работ у меня ничего нет, работаю в повседневной, просто стараясь не запачкаться. Например, в гараже снимаю одежду и в майке и трусах спокойно работаю, и мне хорошо прохладно, и никто не мешает. Надо будет озаботиться рабочей, какой-нибудь комбинизончик купить, или заказать в ателье, как у ремонтников, видел на авторынке на двоих таких рабочую одежду. Тем более она явно пригодится если я по чердакам лазить буду. Денег мало, нужно озаботится добычей, поисками кладов. Это будет сложно, работать буду визуально, а прятали в прошлом очень хорошо, иначе давно бы нашли. Так что мне потребуется внимательность, логика и везение. Это на первых порах, потом куплю всё что нужно в радиомагазинах, и соберу нормальный искатель, настроив на поиск ценных металлов. Сейчас пока таких нет, у меня первый в мире будет.
Так вот, пока мама гладила одежду, мы с папой быстро поели, тот ушёл за машиной, он нас с мамой отвезёт, а я стал одеваться. Там мама завтракали с бабушкой, о чём-то общаясь, а я у себя в комнате на гитаре струны перебирал. Кстати, медаль осталась на пиджаке, похоже меня не только проверять будут, но мной ещё и хвастаться, придётся вытерпеть это, проявляя немалую стойкость. Тут раздался звонок, и моим голосом спросили, «Кто там-м-м?», слегка затянув последнюю букву. Вообще звонок конечно забавный, поэтому, когда мама открыла дверь, на неё смотрели несколько странно. Спрашивал пацан, открыла женщина. Оказывается, пока она шла звонку, те объясняли двери кто они такие. Посмеялись все, включая гостей, узнав, что это такой оригинальный звонок.
– …это сын сделал. У нас уже все соседи приходи, нажимали и слушали. В первый день тяжело было, а сейчас ничего, привыкли. Троим Тимофей обещал такие же звонки сделать, он говорит это не сложно, там специальный электронный звонок нужен, только там другие голоса будут, или мелодии.
Я стоял у открытых дверей и изучал гостей. Это точно не из министерства, да и рано ещё для Щёлокова, один явно из рабочих, мастер, весь вид на это намекал, другой больше на партработника похож, но не высшего звена, даже не среднего, скорее низшего. Думаю, это комсомольский работник. Кстати, сколько живу в этом теле и своём родном первом, но никогда не понимал почему в молодёжной организации правят люди, да ещё стоят на контроле, которым больше двадцати пяти. Это уже не организация, это утопия, слишком разные взгляды у нас, детей, и у них, а они контролёры, мы разные, и интересы наши не пересекаются, не пропускают те всё новое. Так что комсомол тут тоже на грани краха, пора его реформировать, смысла в дальнейшем содержании нет, но реорганизовать никто не будет, это кормушка для сотни партийных функционеров. В ЦК вообще считают, что держат там свой резерв. А ведь вся гниль перед развалом именно оттуда полезла, так что смены там точно нет. А то что они там сами разлагаются и разлагают молодёжь, это как-то ЦК не касалось. Однако же пока стоит послушать что нужно гостям. Чуечка показывала, что интересовал их я. Мастер-рабочий, сняв кепку, стал крутить ею в руках, мама при параде, меня переодела во всё новое, сама тоже, так что выглядела на все сто и оба гостя явно заробели, поэтому поначалу больше несвязно мычали, что удивительно для комсомольского работника, их там трепать языком учат хорошо. Мастер быстрее пришёл в себя:
– Я отец Лены Арбузовой. Парни во дворе рассказали,
Мама обернулась, беспомощно глядя на меня. Планы та менять явно не хотела, но и соседям отказать нельзя, поэтому пришлось переговоры взять в свои руки. Лена говорила, что её отца Фёдором зовут, так что ответил тому:
– Дядя Фёдор, вы на машине?
– Да, такси мы с братом взяли, внизу стоит.
– Хорошо. Тогда я с вами прокачусь, посмотрю машину, а потом к маме уеду.
Такое предложение устроило всех, правда, мама не хотела в праздничной одежде отпускать, но я сказал, что не буду пачкаться, во что та явно не поверила. Чтобы мальчик, да не испачкался? Да ещё возясь с машиной, причём не игрушечной, а настоящей? Быть такого не может. Мне одеваться не нужно, так что сунул ноги в начищенные туфли, махнул маме рукой, и мы отправились вниз. Снаружи у такси, тоже двадцать первой «волги», стояла наша, сосед с братом обласкали ту взглядом. Машина у нас сверкала, отец ещё тряпочкой лобовой стекло протирал. Я объяснил отцу что соседям нужно помочь, и мы, сев в машину куда-то покатили. Кстати, я спросил у Арбузова где там Лена, что-то не видно, ответ убил, она каждый день спит до десяти. Поди ещё добудись. В пути тот описал ситуацию, один знакомец знакомого брата продаёт свой пятилетний «Москвич», модели «408». Сам мастер, я угадал, тот мастером был на заводе, был фанатом именно «Москвичей», машину продавали за семь тысяч. Если учесть, что цена на такие машины на авторынке в районе девяти-десяти, то явно цена снижена. Отчего же тот на авторынок не отгонит? Сразу ведь заберут перекупщики, и дороже. Странно это всё, мастер прав – подозрительно. Мы доехали до ряда девятиэтажек схожих с нашими, и встали у тёмно-зелёного «Москвича», как мне пояснили, того самого. Пока брат мастера ходил за хозяином, такси они уже отпустили, я смотрел машину внешне, заглядывая в салон через окна. В принципе, открывать машину уже не нужно, я понял почему тот её продаёт. Обшивка подсказала. И когда хозяин подошёл, я мельком его окинул взглядом, внешность ничем не примечательная, и поинтересовался у того:
– Рыбак?
– Ну да. Любитель, - усмехнулся тот.
– Как понял?
– У вас на пальце розовый след от лески, палец порезали донку дёргая.
– И что?
– не понял Арбузов.
– Ты машину смотри.
– Да я её уже осмотрел, дядя Фёдор. Машина эта утопленница. Я так понимаю, зимой на лёд выехали, и она под воду ушла, а весной вытащили, привели в порядок и продать решили.
– Это так?
– с грозным видом спросил Арбузов, было видно, что тот разозлился.
Хозяин скривился, но всё же молча кивнул, на словах добавив:
– Не знаю откуда мальчишка узнал, но всё так и было. Хорошо у берега под воду ушла, уже через неделю коридор во льду пробили и вытащили тросами.
– Салон коробиться начал, - пожал я плечами, когда ко мне все повернулись с вопросительными взглядами.
– Если присмотреться, это видно. Дядь Фёдор, брать машину не советую. Не знаю что за специалист её восстанавливал, но намаетесь вы с ней, это я вам точно говорю. А вам, советую отогнать машину на авторынок и продать кавказцам, они и смотреть не будут.
На этом сразу попрощаться не удалось, дядя Фёдор решил сам на авторынке побывать, а он работал по выходным, в субботу и воскресенье, вот на субботу и договорились, тот зайдёт за мной в полседьмого утра, туда прибыть лучше пораньше, чтобы самое сладкое не перехватили. Суббота через пять дней. На этом мы распрощались, я убежал к станции метро, тут рядом, а те направились к остановке троллейбуса. Сделка сорвалась, хорошо за кидок до мордобоя не дошло. Что удивительно, подходя к зданию консерватории, я отметил как отец как раз отъезжает, высадив маму, так что у входа нагнал её. Та меня придирчиво осмотрела, и дальше описывая той как сам осмотр проходил, мы направились к классам. Про то что у меня утро субботы занято, я сообщил. Меня в классе оставили, и мама ушла, у них планёрка у ректора сейчас начиналась. Пока та отсутствовала, я скинул пиджак, изучив зал с фортепиано в центре, мама зал своим ключом открыла, повесив его на спинку стула, сел за фортепиано и открыв крышку проверил звук. Он был божественный. А звук какой зал давал, усиливая его? Эх. Прикинув что сыграть, я стал наигрывать одну из мелодий, пока весь не ушёл в неё. Да, только тут я понял, что у Тимофея музыкальный слух раза в три лучше развит, чем в моём прошлом теле. Там заучивать приходилось чтобы разбираться в мелодиях, а тут я всё на лету ловил, даже пару раз уловил собственные ошибки, на ходу исправляя их. Я оказывается немного неправильно играл, но теперь это ясно видел. Замолчав, начал наигрывать пупурри, отрезки разных мелодий, от начала тридцатых, до современный, с явными признаками рока. Да, их и на этом инструменте можно исполнить, только тут нужно настоящее мастерство и похоже оно у меня было. Пальцы у Тимофея шустрые, так что я практически не фальшивил, но то что нужно играть и разрабатывать их, сам ощущал отчётливо. Морщился, когда не успевал за мелодиями, из-за этого фальшивил. Ладно хоть не часто такое бывало.