ДШК
Шрифт:
— Я то же, — рыкнул демон.
— Но нам все равно на этом не плыть.
— Нет.
— Значит по фиг? — спросил Василий, пока его клетку тащили к краю утоптанной площадки перед идолом.
— Именно.
— А это что за страхолюдина? — поинтересовался Василий, рассматривая одногрудую каменную бабищу с лицом-маской и собранными по-турецки ногами, переходящими в чашу. — Тоже камень крови?
— Это подтверждение моих догадок. Не совсем камень крови. Точнее, раньше это было им, теперь же ближе к полноценному алтарю. Но духа в нем нет. И это радует.
— А если бы был?
— Тогда бы пришлось действовать
— Что по нему можно магию крови пустить.
— Тут схожий принцип. Дикари дикарями, а соображают, — рыкнул демон так, словно языком прищелкнул.
— И что они на соображали? — поинтересовался Василий, взглядом ища Лариэля.
— Мана от жертв собирается, потом используется заклинание короткого пути, но не так, как ты его видел, а на связующем канале. В итоге, часть силы уходит духу и между алтарями образуется так называемая быстрая тропа. Конечно, продержится она недолго, но если создавать ее регулярно, она и стабилизироваться может, лет через сто. Наверняка они синхронизируют ритуал с отливом. Проскочить по течению реки — это час, от силы два, там подхватит приливи и можно будет сразу выскочить далеко в море. Пожалуй, до островов так не добраться, но перехватить будет невероятно сложно, а там уже и без всякой магии доплыть не проблема.
— Не слишком хитро для дикарей? — спросил Василий, кивая Лариэлю и шевеля пальцами, словно управляя невидимыми нитям. Тот понимающе улыбнулся, воровато огляделся, продемонстрировал окутанную зеленоватой дымкой ладонь и опустил ее на землю. Насколько Василий мог разглядеть, он еще и сел на собственную руку, видимо, скрывая внешние проявления магии.
— На острова эпизодически попадают жертвы кораблекрушений, а язык на аруге общий для всех, так что получить информацию о морских делах они могли. Пираты неплохо разбираются в том, как налажена служба королевского флота. И направления подсказать могут.
— Понятно, — кивнул Василий, заметив подбирающееся к нему щупальце зеленоватого тумана.
Пока амазонки разжигали костры и общались с охранявшими лагерь товарками, отряд провел совещание. Лариэль стал героем. Во время перехода он оказался в хвосте колонны, и, пользуясь тем, что идущие впереди подняли достаточно пыли, он умудрился прокинуть свой магический «телеграф» до соседей. Тут ему откровенно повезло, одним из соседей оказался некий Жак, командир наемников, сопровождавших второй захваченный караван.
И командовал он вполне сработавшимся отрядом из дюжины человек от пятидесятого, до шестидесятого уровня. Сам он и вовсе был шестьдесят третьим. А еще в его отряде было два мага. Не бог весть каких, но если они ударят слаженно и внезапно, это существенно повышало шансы на победу. Все же, враг имел значительное численное преимущество.
— Мне бы только до бубна добраться и духов призвать, а там все будет решено быстро и кроваво, — заверил Василий.
— Мы их задержим. У них нет боевых магов. Толь эти бабы с перьями и косами, но они специализируются на групповой поддержке, — прохрипел Жан.
Не верить его словам оснований не было. В конце концов, прятаться в степи негде, а тягаться в беге с амазонками, имеющими возможность подзаряжаться от камня крови — это как в том анекдоте «не
Эмансиль, хоть и демонстративно игнорировала суету «хреноносцев» вокруг, но ушами шевелила активно и к словам «мужлана вонючего, козла безрогого и прочее», волей злого рока оказавшегося рядом, прислушивалась чутко. А потому, когда пленительницы подошли к ее клетке, она более чем отчетливо уловила его шепот: «Задай им жару, ушастая, а там и я подтянусь. Только не смей умирать, тебе еще меня на клочки рвать».
«Так этот гад меня днем специально провоцировал и подставлял под побои?!» — пронеслось в ее голове. Получалось, так и есть. «Значит, он все заранее спланировал?» — спросила саму себя Эмансиэль и, не удержавшись, бросила взгляд на Василия. Тот улыбнулся и подмигнул. «Тварь! Ненавижу! Да как он только посмел! Это я должна спасать мягкотелых мужиков! Это мой долг и обязанность!» — но взрыв схлынул столь же быстро, как и произошел, оставив в груди теплое чувство. Но разбираться в том, что именно она ощутила к нахалу, благодарности или уважение, оказалось некогда — амазонки сняли замок и распахнули клетку.
«Соберись, тряпка, тебе доверили важную часть плана — отвлечь врага», — мысленно хлестнула себя по щекам Эмансиэль и завизжала:
— Я же своя! Не надо меня на алтарь!
Амазонки от такого фортеля растерялись и переглянулись. Пока обладательницы кос с перьями совещались, Василий начал призывать духа воздуха. К тому моменту, как командирши амазонок пришли к консенсусу и предложили Эмансиэль отрезать правую грудь, Василий успел призвать десяток младших духов. Разумеется, Эмансиэль не желала уродовать саму себя, и сходу выдвинула альтернативное предложение:
— Может я лучше этих хреноносцев зарежу? Или кастрирую?
— Дура что ли?! — взвились все амазонки разом. — Да мы только ради их причиндалов сюда плыли! Жизнями рискуя!
— Чего?! — впала в состояние крайнего эмоционально потрясения Эмансиэль. Проще говоря ох… кхм… обалдела от услышанного.
— Того! — рявкнула главная амазонка, во всяком случае у нее в косе оказалось больше всего перьев. — Так, эту тупую мужененавистницу на алтарь, потом в котел, — распорядилась она.
Пока шел весь этот разговор, Василий потратил треть резерва и теперь, пока вопящую Эмансиэль с шумом и гамом вытаскивали из клетки, он ставил ставил задачу духам. Умом и сообразительностью младшие не отличались, а перед столь авторитетным шаманом и вовсе оробели. Но Вася нашел к ним правильные подход. «Кто откроет больше всего замков без шума, получит ману и станет моим постоянным спутником», — шепнул он. Большего не требовалось.
Духи бросились вскрывать замки. Мозгов им для этого не требовалось, хватало и способности вселяться в предметы. Не призраки, конечно, но на простейшую механику невеликих способностей хватало за глаза.
— Интересно, где они вообще столько замков достали? — подумал Василий, следя за скоростью работы духов и удачно вывернувшуюся из рук амазонок Эмансиэль. Само собой, убежать она не смогла, но отвлекла великолепно. Пока ее снова скрутили, пока подняли и дальше к идолу потащили, духи половину клеток открыли.