Египетские вечера
Шрифт:
— Я надеюсь на тебя, — напоследок я снова обратилась к Гале.
— Мне бежать некуда.
— Если хочешь, я позвоню Артему и скажу, что у тебя все в порядке. Что ты приедешь через несколько дней.
— Смотри сама.
— Разве тебе все равно?
— Я уже ничего не знаю и не понимаю. Быстрее бы все это кончилось. Устала я очень, — равнодушно произнесла Галина.
На нее жалко было смотреть. Буквально за последний день она как-то постарела, осунулась, и глаза ее потухли. Но ничего. Со всеми бывает. Думаю, и она переживет.
Я
Свободные места в вагоне были, я села и так задумалась, что не заметила, как доехала до Тарасова. Решила — на квартиру я отправлюсь ночью, а пока наведаюсь к Гольдфельду.
Я долго думала, ехать мне на «шестерке», спокойно дожидавшейся меня в соседнем дворе, или все же лучше на своих двоих? Олег эту машину видел, вот что плохо. Но пользоваться общественным транспортом — хуже и придумать нельзя. Мне же надо будет в разные месте кататься. Что же делать?
Пока я решила позвонить Марку Гиршевичу. Но тут вспомнила, что у меня нет сотового. Без него я как без рук! Значит, сначала отправляюсь на квартиру, у меня там есть заначка, куплю новый сотовый. Вот уж ситуация — ни машины, ни телефона!
Ладно, придется все же воспользоваться «шестеркой». И домой поеду сейчас. Нечего ждать. Авось повезет.
Во дворе я нашла нетронутую машину и поехала к своей конспиративной квартире. Конечно, оставалась вероятность, что там меня до сих пор поджидают, но что-то делать все равно надо, не сидеть же сложа руки. И даже не в деньгах дело. Мне хотелось посмотреть на свои родные стены. Не натворили ли там чего?
Я подъехала к самому подъезду, выскользнула из «шестерки «и осторожно пошла по ступенькам вверх. Все как обычно. И у Клюевых опять скандал. Даже через дверь слышно, как они орут.
А за моей дверью никакого шума. Я приложила ухо и послушала еще немного. Ничего. Открыв дверь так осторожно, как только можно было, я прошла внутрь и, не включая свет, осмотрела квартиру. Никого. Ну и отлично!
Я нашла свою спрятанную заначку, взяла все деньги. Еще раз прошлась по дому — ничего не сломано, все вроде на месте. Чужих вещей тоже не наблюдалось. Кто же тут был вчера и что делал?
Довольная результатом своей вылазки, я спустилась по лестнице и тенью проскользнула в машину.
Думаю, на проспекте есть салоны связи, которые работают и по вечерам. Мне вот, например, приспичило купить сотовый именно сейчас. И я своего добьюсь.
Добиваться ничего не пришлось. Работающий салон нашелся сразу, милая девушка подобрала мне телефон, рассказала о выгодных тарифах, хотя мне, честно говоря, сейчас было абсолютно не до них. Заплатив деньги, я вышла на улицу и вздохнула с облегчением. Села в машину и, прежде чем закурить, набрала номер Гольдфельда.
— Марк Гиршевич, добрый вечер. Это Татьяна Иванова. Извините, что так поздно, но
— Так срочно? — услышала я его голос.
— Очень срочно. У вас была моя бабушка? Она сказала, какая у меня профессия? — вспомнила я свой визит в переодетом виде.
— Ваш разговор имеет отношение ко мне?
— А вы думаете, я с вами о бабушке говорить стану? Позвольте, Марк Гиршевич, мы же с вами взрослые люди. Если в столь поздний час я набираюсь смелости побеспокоить вас, то только потому, что забочусь не о своих, а именно о ваших интересах. Так что вы мне ответите? Я могу к вам сейчас подъехать?
— Да. Я вас жду, — четко произнес Гольдфельд.
— Отлично.
Я убрала сотовый в рюкзачок. Потом снова его вынула и набрала номер Дементьевой.
— Ленка, здорово. Слушай, я на дачу твою с одной девицей приехала. Нам спрятаться надо. Ты не против?
— Ты, что ли, Таня?
— Ага, я. Правда, я уже в Тарасове, но она там осталась. Думаю, ничего натворить не должна.
— Да ладно. Когда я тебе отказывала? Хорошо, что предупредила, а то я туда хотела с Виталиком рвануть. Вот смешно получилось бы…
— Мы ненадолго. Вот только разберемся с делами и сразу съедем.
— Ничего.
— Ну спасибо, пока. Я знала, что на тебя можно положиться.
Я уже схватилась руками за руль, чтобы тронуться с места, и тут увидела, как из кафе, невдалеке от которого я стояла, выходит Быстряков. Мне захотелось сползти под руль, чтобы спрятаться, но я подумала — он же прекрасно знает эту машину. И если увидит ее, так и так догадается, что в ней сижу я. Но, на мое счастье, Олег совершенно не смотрел по сторонам.
Быстряков был чем-то огорчен — на его лице застыло злобное выражение. Он нетвердым шагом дошел до дороги и поднял руку. Мне стало приятно, что ему так плохо: поделом тебе, похититель раритетов! Подумалось: вот бы подъехать сейчас к нему и предложить подвезти, куда надо. Представляю, какая бы у него сделалась физиономия.
Я видела, как Олег сел в машину и уехал. Я двинулась следом, чтобы проследить, куда именно наш герой отправился. К моему великому удовлетворению, отправился он домой. Ну и отлично! Пусть спит, а я проведу эту ночь без сна, но с большой пользой. Каждому свое.
ГЛАВА 21
— Что же вы так долго? — встретил меня Марк Гиршевич упреком. — А сказали «сейчас приеду…».
— Где мы можем поговорить? — не стала я оправдываться, а сразу взяла деловой тон.
— Пройдемте в комнату.
Мы вошли все в ту же гостиную, где он встречал меня в первый раз с Быстряковым. Гольдфельд подвинул ко мне пепельницу, увидев, что я достаю сигареты.
— Спасибо.
— Честно говоря, — начал говорить он, — я был немало удивлен, когда ваша бабушка сказала мне, чем вы занимаетесь. Я и представить не мог, что такая молоденькая и интересная девушка — частный детектив.