Чтение онлайн

на главную - закладки

Жанры

Шрифт:

— Потому, что гестапо не имеет дело с туркестанцами. Они, как вам хорошо известно, находятся в подчинении некоего гауптштурмфюрера Ольшера.

— Хорошо известно, дорогой капитан. — Она поднялась с цветного тканого коврика, села и так же, как капитан, принялась глядеть на вспыхивающие на солнце приплески воды у берега. — Вы знакомы с ним? Вы видели его?..

Она все еще не верила. И Ольшер пошел на риск. Солгал:

— Такой чести можете удостоиться и вы… Он здесь.

Теперь удар достиг цели. Рут знала — ничто уже не может удержать ее. Осталось одно — просить милости.

Рука легла на плечо капитана. Сдавила его с отчаянием.

— Отдайте мне этого туркестанца…

Снова плыли стайкой истребители за озером. Выпевали свою осиную песнь. Негромко. Но тревожно. Загремел мотор на катере. Вспыхнул сразу рокот и оглушил берег, лес. Оглушил Ольшера. Дал ему возможность несколько минут промолчать.

— Что я получу взамен?

Она вся, кажется, прильнула к нему, хотя касалась только плеча гауптштумфюрера.

— Рут Хенкель, жену президента.

— Возможного президента, — уточнил капитан.

Рут возразила. Решительно закачала своей светловолосой головой, встревожила прическу.

— Нет, жену президента.

— Что ж, это равноценно… Если вы, конечно, хорошо поняли меня.

— Я сумею понять.

Ольшер не склонен был проявлять слабость, обыкновенную человеческую слабость, она мешала идти к цели. Отвлекала, давала в руки людей, что находились рядом, какие-то зернышки. Потом, в нужный момент, зернышки эти произрастали. Становились уликой против самого капитана. Но сейчас он не мог сдержать себя. Взял локоть Рут и поцеловал его. Не просто, не ради приличия, как в прошлый раз, а с чувством. С благодарностью вроде.

— Сумеете…

Она посмотрела на него с жадностью. Со страстью, которая постоянно таилась в ней и только ждала выхода.

— К тем жертвам, что я принесла на алтарь Германии, прибавится еще одна.

Страсть и распутство Ольшер соединял с именем Рут, но он не подозревал в ней еще и фанатизма. Фанатизма, граничащего с истерией. Впрочем, это могла быть и игра. Талантливая игра. А искусство всегда настораживало капитана.

— Мы все приносим жертву, — опуская ее руку, произнес Ольшер.

— О, нет… Вы этого не в состоянии оценить… Я принесла себя в жертву как женщина…

Какое-то особое значение имело сказанное сейчас Рут. Какой-то мучительный огонь горел в ее глазах. Его обдало холодом. Он пожалел, что поцеловал ее только что. Страх мгновенно отдалил его от Рут. Но оторваться от нее не смог. Пальцы впились в плечо капитана. Цепкие пальцы.

— Я никогда не стану матерью…

Это уже слишком… Приобретение «шахини» обходилось гауптштурмфюреру слишком дорого. Но отказываться от покупки уже нельзя было. Да и никто другой не заменил бы Рут. С ее помощью капитан овладевал самим президентом, всеми ключами к тайникам, приобретал возможность слышать, видеть и направлять.

— Как бы велики ни были наши жертвы, они всегда окажутся недостаточными, милая Рут, — попытался успокоить взволнованную «шахиню» Ольшер. — Разве вам это не внушали в «Бунд дейчер медель»? Вы, кажется, посещали их собрания?

— Я ничего не забыла, капитан.

— Похвально.

Ему страшно хотелось высвободить плечо из когтей Рут. Но просто вырваться —

значит обидеть «шахиню». Создавать осложнения в самом начале не входило в планы гауптштурмфюрера. Она не в таком состоянии, чтобы можно было пренебрегать чувствами, грубо диктовать свою волю. Все это впереди. Сейчас главное — закрепить союз, вернее, кабальный договор о единстве действий и полном подчинении.

— Вы мною довольны, капитан?

— Почти.

— Все еще почти?

— К сожалению… Прекрасная Рут не так послушна, как этого требует долг.

— Боже! Но и капитан не так сговорчив и щедр, как диктуют условия.

Ольшер прикинулся удивленным.

— Риббентроп может принять президента через три-дцать минут, — гауптштурмфюрер посмотрел на часы, что взблескивали на руке фрау Хенкель, — крошечные швейцарские часы. Взгляда было недостаточно. И Ольшер взял кисть Рут, осторожно, церемонно приблизил к своим очкам. — Да, через тридцать пять минут… И это зависит от вас, очаровательное дитя.

— Только это?

— Неужели вам мало титула «матери Туркестана»?

Рут перестала улыбаться. Глаза сделались холодными.

— Поводок от титула останется в ваших руках, господин гауптштурмфюрер? Чтобы время от времени могли дергать его?

— Яснее?

— Отдайте мне туркестанца!

— О! Это такой пустяк, фрау. Думаю, что мы поладим. — Вопреки желанию Ольшер снова поцеловал ее руку. Снова благодарил и заверял в искренности. Чем еще можно было сломить эту женщину? Хитрую и умную женщину? И все-таки женщину, со всеми слабостями своего пола. — Туркестанцем мы закрепим наш союз, а сейчас самое важное — коронация у Риббентропа.

Он еще раз глянул на часы и опять на швейцарские, принадлежавшие Рут. Невольно и она посмотрела. Стрелки застыли на половине второго. Почему-то ей показалось это символическим — половина второго. Целый час члены правительства находятся у Риббентропа. Неужели он еще не принял их, не подписал договор между «Германской и Туркестанской империями», как сказано в той бумаге, что показывал ей торжественно муж? И разрешение на подпись должен дать гауптштурмфюрер? Не ложь ли это? Что может какой-то капитан, всего только капитан? Впрочем, он хозяин дома на Ноенбургерштрассе, господин всех туркестанцев, находящихся в Германии. Ему фюрер отдал их. Живыми и мертвыми. Отдал на вечное пользование. И ее отдал — Рут. Немку Рут. Ведь она жена «отца туркестанцев». И сейчас капитан борется не с ней, не с президентом. Он борется с бароном Менке… Вторым господином. Вторым хозяином. И фрау Хенкель, обворожительная фрау Хенкель, лишь исполнительница его замыслов.

Капитан встал. Невежа. Не подождал, пока ей захочется подняться. Не подал руки. Заторопился.

— Одевайтесь.

Опять эти часы. Опять счет минутам.

— Мы должны успеть.

Рут вошла в кабину. Он захлопнул за ней дверцу. Сказал:

— Пользуюсь этой невольной задержкой, чтобы предупредить вас, фрау…

Дверь сама отворилась. Наполовину Ольшер мог увидеть Рут, видимо, этого она хотела, но он снова машинально захлопнул створку.

— О чем предупредить, капитан? — игриво переспросила фрау Хенкель.

Поделиться:
Популярные книги

Потомок бога

Решетов Евгений Валерьевич
1. Локки
Фантастика:
попаданцы
альтернативная история
аниме
сказочная фантастика
5.00
рейтинг книги
Потомок бога

Я все еще князь. Книга XXI

Дрейк Сириус
21. Дорогой барон!
Фантастика:
юмористическое фэнтези
попаданцы
аниме
5.00
рейтинг книги
Я все еще князь. Книга XXI

Лучший из худших-2

Дашко Дмитрий Николаевич
2. Лучший из худших
Фантастика:
фэнтези
5.00
рейтинг книги
Лучший из худших-2

Хозяйка забытой усадьбы

Воронцова Александра
5. Королевская охота
Любовные романы:
любовно-фантастические романы
5.00
рейтинг книги
Хозяйка забытой усадьбы

Ну привет, заучка...

Зайцева Мария
Любовные романы:
эро литература
короткие любовные романы
8.30
рейтинг книги
Ну привет, заучка...

Я тебя верну

Вечная Ольга
2. Сага о подсолнухах
Любовные романы:
современные любовные романы
эро литература
5.50
рейтинг книги
Я тебя верну

Новый Рал 2

Северный Лис
2. Рал!
Фантастика:
фэнтези
7.62
рейтинг книги
Новый Рал 2

Стеллар. Трибут

Прокофьев Роман Юрьевич
2. Стеллар
Фантастика:
боевая фантастика
рпг
8.75
рейтинг книги
Стеллар. Трибут

Сводный гад

Рам Янка
2. Самбисты
Любовные романы:
современные любовные романы
эро литература
5.00
рейтинг книги
Сводный гад

Чапаев и пустота

Пелевин Виктор Олегович
Проза:
современная проза
8.39
рейтинг книги
Чапаев и пустота

Вы не прошли собеседование

Олешкевич Надежда
1. Укротить миллионера
Любовные романы:
короткие любовные романы
5.00
рейтинг книги
Вы не прошли собеседование

Идеальный мир для Лекаря 15

Сапфир Олег
15. Лекарь
Фантастика:
боевая фантастика
юмористическая фантастика
аниме
5.00
рейтинг книги
Идеальный мир для Лекаря 15

Возвышение Меркурия. Книга 14

Кронос Александр
14. Меркурий
Фантастика:
попаданцы
аниме
5.00
рейтинг книги
Возвышение Меркурия. Книга 14

Кто ты, моя королева

Островская Ольга
Любовные романы:
любовно-фантастические романы
7.67
рейтинг книги
Кто ты, моя королева