Героев выбирает небо...
Шрифт:
Я уже десятки раз прокручивал в голове, как же получилось, что Барс погиб. Я понимал, что он увидел готовящийся поджог и решил предотвратить его. У них с Галегой завязалась драка, Васька выхватил нож. Но почему, же он сам стал жертвой Игната, а не наоборот. Барс был моложе и крепче его. Как же так? Видимо мне никогда об этом не узнать.
— Глеб, что будем делать? — Спросил я напарника.
— Надо ехать к коменданту. — Спокойно ответил он. — Камиль, надо вызывать Шелами и выдвигаться.
— Как мы ее вызовем? — Непонимающе вскинул я брови, но Глеб ничего не ответил, а лишь пошел к
— Теперь Шелами начнет свою часть пьесы. — Сказал Глеб, а я кивнул, уже зная, что он имеет в виду. Часть нашего плана, относительно Шелами заключалась в следующем: она получает сигнал, и приступает к подготовке захвата фабрики Бараевых. Она уже должна была ожидать нас, вместе с собранной ею же группой. Те бойцы, которые в квартале «покинутых» помогли устроить засаду на преследователей Шелами. После сигнала она выдвигается на позицию к фабрике Марата. Мы должны встретиться с ее группой там же и начать операцию по захвату объекта.
— Зачем нам к коменданту? — Решил прояснить для себя я. — Разве это не подождет?
— Мы не только из-за Галеги туда едем. Я хочу просить коменданта о введение усиленного режима безопасности в городе. Враг начал активную фазу. Я думаю, следующим этапом будет нападение на город. Они уже могли добыть информацию о местонахождении документов братства. Осталось их заполучить. Мы не знаем где хранятся материалы, а контролировать все потенциальные объекты мы не в силах, поэтому нужно структурировать и организовать оборону города. Нужна помощь контрразведки и коменданта. Плюс возьмем еще пару бойцов для подстраховки.
На подъезде к комендатуре, я не поверил своим глазам. В запертую дверь, настойчиво и очень громко стучал парень, но безрезультатно. Вид этого отчаянного мальчишки, меня сильно встревожил. А подъехав поближе, я окончательно утвердился в своей догадке. Это был Илья. Он стучал кулаками, бил в дверь ногами. Даже запустил в нее камнем. Дверь звонко откликнулась, а затем в ней распахнулось маленькое окошко-бойница. В окне появилась суровая мина дежурного, который басящим, злобным голосом, что-то пробубнил Илье. Окно захлопнулось, а парень рассержено ударил ногой по двери и, упираясь в нее спиной, сполз вниз, присев на корточки.
Мы уже были совсем близко, и Илья услышал бой копыт лошадей о мостовую. Он убрал ладони от лица и посмотрел в нашу сторону. Увидев нас с Глебом, Илья Тепляков безумно обрадовался, и рванул с места к нам. Я, уже почти цепляя массивным телом Юкки, парня, дернул вожжи и на ходу спрыгнул с лошади.
— Дядя Камиль, дядя Глеб, как хорошо, что вы здесь! Я так рад. Дежурный не хочет меня слушать, надо спешить, скорее. — Он был сильно взбудоражен, как заведенный механический чертик.
— Что случилось парень? Ты о чем сейчас говоришь? —
— К дядюшке Виктору снова приходил тот человек. И он был не один, а еще с кем-то, явно помоложе. — Он тараторил как пулемет, не давая возможности быстро анализировать информацию. — Я же рассказывал про то, как подсматривал за дядюшкой, когда к нему приезжал человек в плаще. А сегодня ночью он опять приехал, еще с одним. Они снова поднялись к дяде в кабинет, а я выбрался из своего окна и по крыше первого этажа пробрался к окну дядюшкиного кабинета.
— Ты слышал, о чем они говорили? — Вмешался, до этого молчавший Глеб.
— Да, все слышал… — он замялся. — Правда, я не все понял, но пересказать могу.
— Так говори скорее! — Подтолкнул я Илью.
— Тот, что постарше требовал результатов. Дядюшка Виктор сказал, что у него возникли трудности со своим источником. Тут я не понял, что он имеет в виду, но он сказал, что источник не готов выдать местонахождение проекта. А тот, что помладше видно сильно разозлился, потому что схватил дядюшку за шиворот, перегнувшись прямо через стол. Я испугался и затаился. Дядя Виктор начал извиняться и умолять молодого парня не причинять ему зла. Парень резко ткнул дядю в грудь, так, что тот грохнулся на стул с такой силой, что чуть не завалился назад. Дядя Витя начал оправдываться и сказал, что источник передал документы, в которых четко указано где искать проект. Он достал папку из стола и отдал ее мужчине. Она была с таким же символом, который я видел.
— Змей! — Сказал я.
— Да, тот самый, что и на прошлых документах. А человек в плаще начал доставать из папки документы, какие-то чертежи, схемы. Я не знаю, что это было, но он явно им обрадовался, а затем сказал тому, что помладше, чтобы он начинал готовить группу и завтра они начинают.
— Что начинают? — Спросил Глеб.
— Я не знаю, но дядюшка засуетился и сказал, что хутор в их распоряжении, столько по времени, сколько им потребуется. А сегодня утром он с двумя сумка куда-то уехал, и никому ничего не сказал. Даже тётушку не предупредил. Дядя Камиль! — Илья замолчал, сглотнул, облизывая пересохшие губы от быстрого рассказа, и глядя мне в глаза, спросил: — Папу из-за этого убили? Потому, что дядя Витя хотел отдать хутор другим людям? Это же Слуги Таухида, правда?
— Не знаю парень. — Честно ответил я. — Но если так, то мы отомстим за твоего отца. — Я повернулся к Глебу и сказал:
— Группа уже в городе, они начинают сегодня, скорее всего ночью. Нужно немедленно объявлять тревогу. Пусть комендант поднимает всех и рассылает патрули. Нужно выслать отряд захвата на хутор Степана. Сегодня будет та еще ночка.
— Согласен, но у нас еще есть дела. Не забыл? — Глеб посмотрел на мальчишку и куда-то в сторону моря. Я понял, что он смотрит в направление фабрики Бараевых. Я отправил Илью домой, с наказом не высовываться, чтобы не произошло этой ночью. Глеб тем временем, делая два резких и широких шага, с размаху ударил ногой в дверь, так что та застонала металлическим шелестом, под твердой подошвой. Из распахнутого окошка появилась недовольная физия дежурного.