Гибискусу не хватает света
Шрифт:
Искорка снова взяла его свободную руку и потянула в толпу, рассекая ее надвое. Неман не сразу заметил, что ведет она его в сторону стены, оказавшейся стеклянной. Но через нее ничего нельзя было разглядеть. То ли из-за ночи, царящей на улице, то ли из-за структуры самого стекла. В стене нашлась дверь, в которую они прошмыгнули, оказавшись на свежем ночном воздухе посреди большой прогулочной площадки. Кроме них здесь почти никого не было. Отдельными парочками или группками люди стояли у перил, что ограждали их от пропасти. Площадка
Завернув в углубление в стене, где на постаменте среди пальм находилась мягкая скамеечка, они сели на нее. Искорка провела манипуляции с пультом у подлокотника и перед ними вырос небольшой столик с уже готовыми к использованию стаканами. Девушка умело откупорила свою бутылку и начала наливать «Тихуану» в стакан. Неман решил не отставать от нее, вскрыв пробку старым проверенным способом, которому он научился у Константина, чем вызвал немое восхищение серых глаз, тонущих в темноте ночи. Их освещал лишь ночник. Но света он давал ровно столько, чтобы можно было видеть уровень наполнения своего стакана.
– За встречу, – улыбнулась очаровательной улыбкой девушка.
Скотч приятно обжог горло Немана. Он давно не пил, да еще и такого хорошего алкоголя. «Каменный замок» был не самым дорогим напитком с Земли, но он славился своим терпким и крепким вкусом.
– Так ты первый раз на Земле, Путник?
В глазах девушки Путник видел свет двух звезд.
– В каком-то смысле да. Я первый раз прилетел сюда. Но уже во второй раз покину планету.
– Это как? – не поняла Искорка, наливая себе еще.
– Я родился здесь. И теперь вернулся, чтобы вспомнить себя, – не отставал от нее Путник, подливая и себе.
– Даже так? По тебе не скажешь, что ты отсюда родом.
– Почему?
– Ты не выглядишь высокомерным, как многие местные парни. В тебе нет налета земной тщеславности. Ты одет стильно, но не богато, уж извини. Тут даже туристы ходят как попугаи, соревнуясь с местными в яркости костюмов.
– Я заметил. Но мой дом действительно здесь. Я оставил его совсем маленьким и не по своей воле.
– Сколько же тебе было?
– Два года.
– Вау. Где же ты вырос?
– На Марсе. Моя семья иммигрировала туда.
– Мне нравится Марс, – ответила девушка. – Он безжизненный, но такой необычный.
– Ненавижу Марс, – скривился Неман. – Он забрал у меня семью и детство. Своей безжизненностью он больше давит, чем восхищает. Его красные пустыни вызывают у меня тошноту.
– Однако он дал тебе что-то очень важное, – заметила собеседница. – Уверена, что ты не сожалеешь о том, кем ты стал. А стал ты таким благодаря тому, что вырос в тех условиях, в которых тебя запер
– Хм. Тут ты права. Вряд ли бы я стал нынешним собой здесь. Но кто знает, кем бы я мог быть.
– В тебе чувствуется сила и обаяние, – прищурилась Искорка. – За это можешь сказать спасибо своей жизни. Может это и не так, но ты выглядел в толпе таким потерянным и одновременно суровым, что меня к тебе потянуло. А это со мной в первый раз. Такое ощущение, что ты родился среди звезд и хоть ты и человек, но в толпе ты вовсе не отождествлялся с прочими людьми.
В первый раз с тобой, конечно, подумал Неман, развеселившись от этой небольшой лжи, а в слух сказал:
– Может потому, что я давно странствую туда-сюда в одиночестве.
– Значит ты действительно Путник, – взвилась на месте Искорка. – Ты капитан лайнера?
– Нет, я занимаюсь другими вещами, – уклончиво ответил Неман.
– Нуу, говори теперь какими. Не бойся, я тебя не выдам, – подмигнула девушка. – Ты пират?
Неман почему-то рассмеялся.
– Я так похож на него?
– Ты действительно пират? – картинно испугалась Искорка.
– Нет, я контрабандист.
Путник увидел в полутьме, как глаза девушки выкатились вперед, а сама она поддалась ему навстречу.
– Да ладно?
– Я не вру.
– И каково это, быть в постоянной опасности?
– Знаешь, если внимательно следить за своим кораблем и окружающим пространством, то опасности не бывает.
– Но тебя же когда-нибудь ловили?
Искорка сидела с полураскрытым ртом, ожидая ответа.
– Да, ловили.
– И как же ты сбегал?
– Я не сбегал. Просто договаривался о цене свободы.
– Это не интересно. Где же романтика опасности, погони? – поджала губы собеседница.
– Поверь мне, после нескольких подпространственных скачков вся романтика пропадает. Остается только красота в тех вещах, в которых ты ее можешь найти.
– Перестань, ты меняешь мое представление о контрабандистах и их работе, – насупилась Искорка.
– Извини, – улыбнулся Неман, осушая свой стакан.
– Ну а что ты можешь мне рассказать про свои странствия? Были захватывающие истории?
– Конечно были.
– Расскажи! – девушка смотрела на Немана, как ребенок в ожидании сказки.
– Например, – начал Путник, – я видел космических китов.
Личико Искорки вытянулось, и она от удивления прикрыла ладошками свой рот.
– Да ну? Они действительно существуют? Какие они? Ты слышал, как они общаются? Это поэтому у тебя серьга в ухе? Я слышала, что пилоты пробивают себе уши после того, как видят космических китов, но мне всегда казалось, что это обычные байки, как о русалках когда-то.
Как ребенок, заметил про себя Неман, с не сходящей с лица улыбкой выслушивая поток вопросов. Он закурил сигарету и предложил одну Искорке, та поблагодарила его и зажгла огонек, ожидая ответов на свои вопросы.