Хроника операции «Фауст»
Шрифт:
Наступил рассвет. На санки никто не обращал внимания. Подобных путешественников теперь было много на дорогах.
Но на другой день Павел забеспокоился. Встречаться с патрулями фельджандармерии было опасно. Лучше самому прийти в комендатуру.
Самым ближним населенным пунктом на пути оказался Славянск. Комендатуру нашли быстро — в здании управления бывшего солеваренного завода.
В приемной скопилось много народу — и военных, и полувоенных, как Павел, и штатских. Но не было ни одной женщины. Адъютант заметил
— Чем могу служить, фрау?
Нина, по-светски растягивая слова, произнесла:
— Доложите коменданту: коммерциальрат [34] фирмы «Демаг АГ» Пауль Виц с женой требует аудиенции.
— О чем вы хотите просить коменданта?
— Нам нужен пропуск в Германию, — сказал Павел, поднимаясь со стула.
— Сейчас всем нужен пропуск в Германию. — В голосе адъютанта прозвучало злорадство.
— Прошу держать себя в руках, гауптман, — сквозь зубы, с ноткой скрытой угрозы проговорил Павел. — Я фронтовой инженер-майор, искалечен в боях, но это еще не значит, что я не в строю!
34
Коммерциальрат — советник коммерции.
— Простите…
— Прощаю. — Открытая улыбка обезоружила немца. — Мы не драпаем отсюда, подобно другим. Главное управление фирмы вызывает меня в Мюнхен и Розенхейм. Вот документы…
Павел достал командировочное удостоверение. В какой-то миг он уловил заинтересованный взгляд адъютанта на пухлой пачке рейхсмарок, что лежали в другом отделении его бумажника. «Да ты, братец, шельма!» — мелькнуло у него в голове, однако вслух он опять-таки тихо проговорил:
— Мы будем вам очень признательны…
«Очень» и «вам» прозвучали как бы отдельно и со значением.
— Хотите совет? — Адъютант опять взглянул на Нину.
— Иной совет немалого стоит, — в тон ему произнес Павел.
— К шефу не обращайтесь. Он взбешен. Его сын пропал в сталинградской мясорубке. На людей же вашего положения он вообще смотрит как… — гауптман помялся, — …как на мародеров. Все можно решить совсем иначе… Я возьму это на себя.
— Очень хорошо. Спасибо. А не могли бы вы также обеспечить нас ночлегом? Нас трое. — Павел подал требование на гостиницу.
— Ну конечно. Это-то уж, во всяком случае, в моих силах. — Адъютант отошел к конторке, написал адрес и тотчас вернулся. — Гостиница, к сожалению, забита. Но это порядочный дом, и я с легкой совестью могу вам его рекомендовать.
— Когда вас ждать в гости? — загадочно улыбнувшись, спросила Нина.
— О, вы так любезны… Очень много дел…
— Так когда же? — тоном, привыкшим повелевать, повторила Нина.
— Раньше десяти
— Очень хорошо. Ждем вас.
Адъютант заглянул в соседнюю дверь, видимо в караульное помещение.
— Регнер!
Выскочил толстый обер-ефрейтор с бляхой полевой жандармерии на шее.
— Проводи господ на Донецкую, 6.
Застоявшиеся кони резво вынесли санки сначала на бывшую Артемовскую, переименованную в Гросспанцерштрассе, затем свернули на Донецкую. У дома номер шесть фельджандарм велел остановиться. Йошка натянул вожжи.
Навстречу выскочила молодая, но с сеткой мимических морщин женщина. Она суетливо распахнула дверь, пропуская гостей вперед. Сразу ясно, что принимала она постояльцев не впервой.
В сравнении со всеобщей ужасающей бедностью комнаты выглядели богатыми, праздничными. В гостиной стояло пианино, на стенах висели картины в золоченых старых рамках, окна закрывали бархатные шторы, кафельная печь-голландка пестрела голубыми рисунками.
Наметанным глазом оценив новых господ, женщина провела Павла и Нину в спальню. Там стояли громадного размера деревянная кровать, трюмо на резных ножках, дубовый комод. Йошка удостоился комнаты поменьше, с окнами во двор, однако тоже обставленной добротной мебелью.
«Любопытно, откуда все это натащили?» — подумал Павел, осматриваясь. Он брезгливо провел пальцем в перчатке по дивану, но пыли не было.
— Кто здесь жил раньше? — спросил Павел по-немецки.
Женщина метнула испуганный взгляд на Йошку, как бы ожидая поддержки. Слухай спросил по-русски. Тогда женщина замычала, показывая на рот.
Йошка вытащил блокнот, написал:
«Вы русская?»
Женщина беспокойно взглянула на блокнот, замахала руками.
— Ладно, оставь ее, — сказал Павел.
Йошка вышел во двор, где дожидался распоряжений фельджандарм Регнер, предложил:
— Могу отвезти обратно, чтобы не топать ногами.
Немец согласился. Пачка крепких югославских сигарет «Драва» сделала фельджандарма разговорчивым. Их любили в немецкой армии, но они выдавались редко. Йошка сказал, что он из Судет. Немец признал в нем земляка, воскликнул:
— Так я же из Швандорфа, это рядом с Судетами!
— Я скоро буду в тех местах, — сказал Йошка.
Регнер как-то странно обрадовался. У одной из забегаловок, которых в Славянске развелось немало, Регнер предложил остановиться. Йошка отказываться не стал. Выпили полбутылки вишневой водки «Киршен». Регнер спросил о тех, кому служит Йошка. Йошка намекнул, что Пауль Виц с супругой ворочают немалыми делами, а когда Германия победит, станут миллионерами.
— В России столько богатств, успевай только хватать!
Фельджандарм обстановку оценил более трезво:
— А ты знаешь, нам дали под зад у Воронежа и Харькова?