Идеальная помощница
Шрифт:
Осторожность даже в делах уборки не помешает, правда?
Оказалось, проверку ждали скоро. Могут дня через три припереться, а могут и через шесть, как повезет. Именно поэтому весь секретариат дружно сортировал бумажки — к моменту приезда документы должны выглядеть если и не идеально, потому что это подозрительно, то близко к этому идеалу.
— Ага, — сказала Нира Винке, которая ей все это рассказала и раскрыла перед ней блокнот.
Девушка просмотрела записанное, трагически заломила бровку и еще более трагически
— Сколько страниц исписаны?
— Четыре, — со вздохом призналась Нира. — И это я еще даже не пыталась смотреть, что там со следящими нитями. Уверена, с ними попытался что-то сделать чуть ли не каждый ученик из старшеньких. Они им наверняка мешают по ночам в город бегать. Общая, и защитная, учитывая, что это заговоренная крепость, скорее всего целы и невредимы. А вот разные ответвления отслеживающие запреты, пересечение периметра в определенное время и в определенном месте… сама понимаешь.
Винка понимала.
А вот ее начальницу пришлось подождать. Потому что без Тейры Вилери сегодня к директору можно было даже не пытаться попасть. Там собралось слишком много желающих. И большинство явно не сочтет, что дело хозяйственника важнее.
Заместитель полистала блокнот. Издала явно одобрительный звук. И помянула какого-то беглого амулетчика, которому так себе замена какой-то малолетний шалопай. Вдаваться в подробности этих высоких отношений она не стала. И даже вести Ниру в директорский кабинет не стала. Она усадила ее на диванчик в своем, открыла окно и велела подождать. И, да, Нира даже не удивилась, когда в это окно залетела большая птица, тряхнула головой с венчиком. Уставилась на девушку, словно пыталась понять, туда ли попала, а потом плавно перетекла в стоящего на коленях директора.
— Что у нас плохого? — спросил он довольно жизнерадостно.
Ну, Нира ему и всучила свой многострадальный блокнот.
— Дела, — сказал он, немного посидев на диване рядом с девушкой и прочитав все написанное два раза. — Каменщики и прочие специалисты приедут завтра утром, будем разбирать пол лаборатории. В зависимости от того, что там найдется, все прочие проблемы «горничной» могут быть неактуальны. Так что начнем, пожалуй, с кухни. А убирать… надо подумать. Мы ведь в любом случае не успеем, правильно?
Нира кивнула.
— Знаешь, у него очень благородное лицо и проверяющих я заранее не люблю, — тихо сказала Вика, словно боялась, что ее услышат. — И человек запросто расставляет приоритеты, не сваливая на новоявленного специалиста. И ни слова о том, что ты можешь ошибаться, хотя уверена, он пройдется, позаглядывает, проверит…
Нира улыбнулась, директор ей тоже нравился, когда был не в виде огромного паука. А проверяющих она еще со своей школы не любила, особенно их стала не любить поближе к выпускному вечеру. Вечно как явятся в самый неподходящий момент, усядутся и уставятся в спину. А у бедных учеников все из рук валится. Потому что испортить кому-то даже не начавшуюся карьеру, для любой проверки любимое дело.
— Можно попробовать развернуть параллельного призрака, — сказала она, немного подумав. Проверка ведь приезжает скоро, значит решение очевидно.
Директор Каймари посмотрел на нее с интересом.
— Это сильно временное решение, — зачастила
— А для тумб нужны амулетчики и время, — кивнул мужчина. — Кажется, я понимаю о чем ты говоришь, но подробности не помешают.
И улыбнулся, одобрительно, как той лучшей ученице, которая вдруг взяла и превзошла саму себя. Нире даже невольно захотелось вскинуть над головой кулак и закричать:
— Е-е-е-е!
Еле сдержалась.
Темной-темной ночью, пока дети спали (а может и не спали, но проверять было некогда) в своих кроватях в общежитии, по школе тут и там крались учителя с мелом в руках, схемами иногда даже в зубах и некоторой обреченностью на лицах. Время от времени они останавливались, сверялись со схемой, подносили к стенам амулеты и рисовали мелом крестики.
Нира, в отличие от этих рисовальщиков не кралась. Она носилась как угорелая, проверяя набегу художества и пытаясь убедиться, что высота потолка везде одинаковая.
Причем тут высота потолка? А потолки в крепости были высокие, и немного подумав, весь дружный коллектив решил, что хрупкие вещи лучше развешивать поближе к этим потолкам. А потом еще и маскировать под что-то малоинтересное. Например, прикрывать флагами соседних королевств или фальшивыми историческими реликвиями, вроде Низерских глиняных всезаконов.
Когда от ночи осталась примерно половина, беготня, хождение и даже развешивание хрупких предметов закончились. Нира, чувствуя себя паучихой, прямо-таки идеальной парой для директора, уселась в подвале на специально принесенную туда подушку. За ее спиной в качестве страховки и подпитки замерли Глен и Винка, потому что их она знала лучше всех из присутствующих в школе.
Впрочем, Нире еще повезло, даже учитывая, что ее страховали малознакомые люди. А вот забивающим «гвозди» — своеобразные якоря, которые должны были удержать временную и сильно упрощенную копию горничной в развернутом состоянии до того момента, как она выработает свой ресурс и начнет таять — повезло гораздо меньше. Им приходилось стоять на стащенных отовсюду лестницах, а иногда и ненадежных сооружениях из столов и стульев. А страховали их стоявшие внизу люди. Которые в большинстве своем опасались, что страхуемый свалится им на головы вместе с мебелью.
— Разворачиваешь, но не активируешь. Активируешь послезавтра утром, — шептала Вика, как мантру, потому что тянуть копию горничной не так и просто. На этом процессе на самом деле так сосредотачиваешься, что можно ненароком забыть, что нельзя пока замыкать эту систему. Потому что копии нужно поддерживать порядок как можно дольше, желательно, пока проверка не уедет. — У тебя все получится. Ты это уже делала, два раза. И ерунда, что не в таких масштабах. В том заброшенном особняке, который надо было продать, система была сложнее, раза в полтора. И у тебя все получилось. Удачи.