Их заложница
Шрифт:
Отъезд Эльзы вынуждает меня пойти к Руслану и просить его отвезти меня к родителям.
— Исключено, — говорит он, даже не отрываясь от своей работы за компьютером. — Ни о каком переезде мы говорить не будем. Марк ждет, когда ты покинешь дом. Не удивлюсь, если сразу после выезда вся охрана будет перебита, а тебя достанут за шкирку и доставят к нему. Я не стану рисковать своими людьми, могу просто выпустить тебя, хочешь?
— Я хочу с ним поговорить, — произношу твердо, но неуверенно.
Руслан поднимает голову и смотрит на
— Скажи мне, ты так сильно хочешь к нему вернуться?
— Нет, просто… может, он согласится отпустить меня и не преследовать?
Руслан запрокидывает голову назад и хохочет, как ненормальный. Я же начинаю думать, что это плохая идея и медленно пячусь к выходу.
— Стоять! — рявкает Руслан. — Вот телефон, — он протягивает мне свой айфон. Записан Марк Лебедев, звони!
Дрожащими руками беру у него телефон и набираю номер Марка. После долгих гудков кислый голос заставляет меня скривиться:
— Что, сука, решил поговорить?
— Марк…
Он замолкает, а я почти не дышу. Секунда, вторая, третья, мгновения идут так медленно, а Марк почти никак не реагирует на мой звонок, после чего тихо произносит:
— Ева? Ты в порядке? С тобой все хорошо? Этот ублюдок ничего не сделал с тобой?
Прослушка на телефоне достаточно сильная, поэтому Руслан слышит каждое слово и лишь хмыкает.
— Все в порядке, — говорю твердо. — Я звоню, потому что больше не могу так, — чувствую, как слезы катятся из глаз. — Я хочу спокойно жить, слышишь?
— Ева, возвращайся ко мне. Обещаю, что и пальцем тебя не трону. Он ведь не удерживает тебя насильно?
Я не знаю, что отвечать, потому что совершенно точно не планировала возвращаться. В то, что Марк сможет держать себя в руках и не натворить глупостей я не верю, хотя он играл роль долгие годы. Я не хочу мужчину, который будет делать вид. По правде, мне вообще никто не нужен, я просто хочу спокойно растить ребенка, который не виноват, что его отец так поступил с его матерью.
— Ева, я узнал о ребенке, — давит на больное Марк, а я вижу, как сжимает челюсти Руслан, слышу, как он скрипит ими и замечаю, как сильно он сжимает руки в кулаки и пытается совладать с собой. — У нас будет сын… или дочь, представляешь?
Я глотаю все больше слез. Пытаюсь не думать об этом, но не получается, потому что слова Марка все равно ранят душу. Я могу бесконечно долго обвинять Руслана в том, что он все разрушил, но правда такова, что он лишь показал истинное лицо того, с кем я жила. Вывернул наружу то, что Марк тщательно скрывал, и сейчас он пытается быть прежним, нормальным, мужчиной, с которым я согласилась быть рядом.
— Ева?
— Забери его, — произношу одними губами и протягиваю телефон Руслану.
Он послушно забирает телефон из моих рук и сбрасывает звонок, а после и вовсе выключает устройство.
— И что
— Я не знаю, не знаю, — шепчу одними губами, срываясь на крик.
Мне физически больно от понимания, что соч жизнь рухнула и уже никогда не будет прежней. Я не понимаю, что плачу, не видя ничего перед собой. Просто реву и вытираю слезы, пытаясь успокоиться, но никак не получается это сделать.
Руслан оказывается рядом неожиданно, вопреки моим протестам обнимает и притягивает к себе, даря надежность и уверенность, что все будет хорошо. Я бы и рада ему поверить, но мне больно быть рядом с ним, видеть его счастье, смотреть на его жену, на месте которой могла быть я, но уже никогда не буду.
Это все бьет по мне так сильно, что в какой-то момент я не осознаю, как обнимаю его крепче, как прижимаюсь к его телу и удерживаюсь за лацканы его пиджака, боясь отпустить и почувствовать пустоту, никчемность, осознать, что мне некому помочь и я сама угодила в эту ловушку.
— Ева.
Руслан что-то говорит, но даже этого я не слышу, не осознаю, что мы переходим грань, когда он укладывает меня на спинку дивана, когда покрывает лицо поцелуями и что-то говорит, когда рвет мою одежду снова, купленную на этот раз им самим. Точнее, его женой.
Именно это спасает меня от пропасти, в которую мы оба скатываемся. Мысли о том, что у него есть жена, а у меня недавно была угроза потерять малыша, которого ношу под сердцем.
— Нам нельзя, — произношу, чуть отталкивая его.
— Знаю. Ничего не будет!
Проходит несколько секунд, прежде чем Руслан отрывается от меня и отходит, зарывает руки в волосы и произносит:
— Я хотел тебя увезти, но не получится. Было бы идеальной идеей нам поженится, Марк бы тебя не тронул, но я уже женат, — он разводит руками. — Развестись я не могу по своим причинам, но могу лишь пообещать тебе защиту, разумеется, если ты не будешь звонить ему каждый день и реветь. Мне теперь ждать штурма и потерь.
Он ведет себя так, будто только что между нами ничего не было, будто он не целовал меня, говорит грубо, а после включает телефон и отдает приказ осилить охрану. Я снова чувствую себя виновной за необдуманный шаг.
Глава 23
Ева
Несколько дней в доме все достаточно тихо. Никто не пытается прорваться, нет стрельбы или криков. Я даже успеваю расслабиться, когда дверь в комнату распахивается. Так бесцеремонно и без стука может входить только Руслан. Я оказываюсь права, когда замечаю его сильную фигуру в проеме. Он проходит внутрь, с грохотом закрывает за собой дверь и смотрит на меня зло.
— Я потерял пятерых парней, Ева, — рычит, подходя ближе, надвигаясь на меня и заставляя нервничать. — Из-за твоего одного, ебучего звонка. Я не понимаю, ты хотела его услышать, что ли? Так вышла бы, блять, к нему, в ноги упала, сказала, что любишь и проблемы бы не было.