ИВ. Тетралогия
Шрифт:
Необходимость превращения людей в жертвы моей сущности по-прежнему мешала душевному комфорту, к тому же, совершенно не соответствовала образу леди. Решение подсказало объявление в газете, в котором некий эскулап предлагал кровопускание апоплексических больных. Немного внушения, и кровь несчастных с тех пор переходила ко мне, а совесть отныне могла спокойно спать.
Зима прошла тихо, с маленькими нехитрыми радостями и, если бы не тоскливое одиночество, то почти счастливо. С наступлением тепла между камнями мостовой пробивалась молодая травка, словно ростки надежды в моей
Чудесным апрельским вечером, неторопливо прогуливаясь после урока танцев, любуясь виолами, украсившими балконы, и тюльпанами на клумбах, вдыхая запахи черемухи и молодой зелени, разглядывая витрины модных магазинов, добралась домой только к полуночи.
Беззаботно улыбалась, вспоминая настойчивый, но галантный флирт партнера по танцам, пока слабый запах крови, определенно доносившийся из моей квартиры, не заставил насторожиться. К тому же, дверь не заперта, а лишь прикрыта. Дэрин вернулась из Австралии и ужинает? Маловероятно. Неужели грабитель? Замерев в нерешительности, прислушалась, сердце невольно забилось быстрей, но через мгновение обругала себя. Столько лет прошло, а я все забываю, что вампир и людей боятся глупо. Решившись, осторожно толкнула дверь и застыла, едва не вскрикнув, схватившись за косяк.
Опять я умудрилась попасть в переделку! На полу в прихожей вниз лицом лежал темноволосый мужчина в сюртуке с колом, торчащим из-под лопатки. Вот так дела! Мысли лихорадочно заметались в голове, но я не имела ни малейшего понятия, и даже представить не могла, зачем кому-то убивать постороннего в моем доме. А вдруг злоумышленник еще здесь?! Прислушавшись, не уловила никаких подозрительных звуков, кроме того, что сердце бедняги продолжало очень слабо биться.
Вздохнув с облегчением, движимая состраданием, попыталась вырвать грубо обтесанную деревяшку, но тут же разжала ладонь и зашипела, обжегшись, оружие оказалось вымочено в вербене. Вместе с болью пришло и отрезвление. Кто это?! Как попал сюда? И почему? За что его хотели убить? Скорее всего, на эти вопросы мне ответит сам незнакомец, но благоразумно ли оживлять его? С другой стороны, разве я могу отмахнуться или, тем более, добить неизвестного? А вдруг он жертва охотника и сюда добрался в надежде на помощь. Мало ли, какие у Дэрин знакомые.
Уговаривая себя таким образом, воспользовавшись перчаткой, вынула грозное оружие, после чего устроила «гостя» в гостиной. Мужчина лет сорока с небольшим, вскоре должен прийти в себя, а пока есть время рассмотреть его и обдумать свалившееся обстоятельство. Черты смуглого лица правильные, хищный нос с небольшой горбинкой, тонкие усики лихо закручены, в мочке уха серьга, внешность незаурядная — похож на гвардейца или матадора. Определенно, никогда не встречала его раньше, такого не забудешь.
Неясно, сколько вампир пробудет без сознания. Постояв в растерянности и не зная, что еще предпринять, вспомнила о приличиях. Гостя нужно накормить, тем более, после ранения. В буфете припасена бутыль с кровью, придется поделиться, ему это нужнее.
В комнате по-прежнему тихо, дышал пострадавший ровно
— Кто ты такая и на кого работаешь? — грубо потребовал неблагодарный чужак.
Задыхаясь от боли и негодования, несмотря на незавидное положение, ведь мужлан оказался намного сильнее, позабыв об осторожности, оскалилась и возмущенно воскликнула:
— Да как Вы смеете?! Не хватайте меня грязными руками! Вы не джентльмен! Заявились без приглашения, не представились, не поздоровались, да еще что-то требуете!
Глаза его смотрели холодно и сурово:
— Я не шучу, и не в твоем положении задавать вопросы, — пальцы на горле сжались сильнее. — Быстро отвечай!
У меня перехватило дыхание, и выступили слезы. Вот уж, действительно, глупое человеческое сострадание к ближнему. Ничему не учит жизнь.
— Меня зовут Мэри-Нэлл Санторо, живу здесь с разрешения подруги, которая в отъезде, — выдавила я с трудом, благоразумно решив не спорить, тем более, что скрывать мне нечего. — И ни на кого не работаю.
— Как тебе пришло в голову вытаскивать кол? — ехидно поинтересовался подозрительный мужчина, слегка ослабив хватку. — Беспечность или умысел?
— Каюсь, пожалев Вас, забыла о бдительности! А еще хотелось выяснить причину столь неожиданного визита, — досадуя на себя, призналась я. — Напрасно не убила.
Незнакомец раскатисто расхохотался и, очевидно, поверив, отпустил меня.
— На будущее именно так и поступай. Значит, ты подруга Дэрин? — уточнил он уже без прежней угрозы в голосе.
Я обиженно кивнула, не собираясь прощать невеже отвратительные манеры.
— Ну, хорошо, — насмешливо улыбнулся наглец. — Тогда приношу извинения. Это всего лишь разумная предусмотрительность. Давай поговорим по-хорошему, ты вправе узнать о причинах моего вторжения.
«Еще бы! Это малое, что он мне должен после подобной грубости», — подумала я, но внешне решила проявить приличествующее гостеприимство.
— Прошу Вас, — кивнула я в сторону гостиной, — присаживайтесь. Желаете выпить?
— Не откажусь, — в этот раз вежливо согласился он. — Виски или ром, хотя я бы предпочел кровь. Конечно, верх наглости просить тебя об этом, но не приведешь ли мне кого-нибудь? Я в долгу не останусь.
— Обойдемся без этого, — я подала виски и принесла заготовленную бутыль. — Держите, на сегодня Вам хватит.
— Обычно предпочитаю свежую, — недовольно фыркнул незваный гость, — но спасибо.
Он долил алую жидкость в бокал с алкоголем, смешал их круговым движением и, выпив содержимое в несколько глотков, повторно сотворил этот странный коктейль, который начал потягивать уже неторопливо, явно получая удовольствие. Заметив мой удивленный взгляд, наконец-то вспомнил о приличиях:
— Я не представился. Дональд Мейнард, плантатор.
— Так Вы южанин, — полу-утвердительно-полувопросительно проговорила я. — Уж не сосед ли? У моего отца были плантации в Миссисипи неподалеку от Мемфиса.