Чтение онлайн

на главную - закладки

Жанры

Шрифт:

Письмо было без даты, номер полевой почты стерся — не разобрать. Но широкий, размашистый почерк не оставлял никакого сомнения — это был его почерк — Алексея.

Странное чувство охватило меня: и хотелось рассказать отцу о гибели сына, и в то же время я не мог почему-то решиться на это. Стоит ли?.. Надо прежде обдумать... И, помолчав, я заговорил о первых днях войны, которые встретил вместе с Алексеем, о том, как нелегко было отступать, оставлять родную землю, — так я хотел, исподволь, подойти к главному: подготовить отца выслушать то страшное, что вот уже более года носил в сердце.

А он, спрятавший было письмо, опять развернул его. На лице появилась

улыбка, и шильца усов смешно задвигались. Вдруг он заговорил о том, как Алексей приезжал в отпуск, как отбив косы, они с рассветом уходили на дальние луга косить траву. А трава вон какая, по пояс!

— Страсть луга люблю, — продолжал солдат. — Эх, кабы войне конец!.. Размахнись, коса, раззудись, плечо!

Я дивился его хорошему настроению, и меня уже грызла мысль: а стоит ли тревожить старика?

Но тут, будто кто подсказывал со стороны: «Нет, зачем же, так нельзя. Отец есть отец, и он должен знать все о сыне... Надо рассказать. Не сейчас, так после, в другой раз...»

Нашу часть каждый раз бросали в самое пекло. Но где бы ни приходилось бывать, не мог я не думать об Алексее. И вот теперь, когда здесь появился его отец, эти раздумья особенно обострились...

Повстречав как-то Ивана Даниловича, совсем было заговорил с ним об Алексее, но почему-то перешел на другое, служебное: спросил о состоянии оружия, о том, давно ли солдаты мылись в бане. Потом, памятуя о коварстве врага, приказал быть начеку и ушел на НП.

Был конец апреля, а мутная Ловать все еще не входила в берега, бурлила, пенилась, омывая сваи подорванных мостов. Половодью, казалось, не будет конца. В эти дни наша часть получила приказ — сняться с огневых позиций, не дожидаясь замены, и переправиться через Ловать в тыл. Мы поняли: нас переводят на другой фронт. В тот же вечер начали валить деревья, мастерить плоты: других средств переправы не было. На плоты ставили минометы, ящики с минами; грузили все, что могло понадобиться там, на другом фронте. Иван Данилович, выросший на большой реке, оказался хорошим кормчим: всю ночь гонял плоты между берегами и заслужил благодарность командира.

К рассвету вся часть была на левом берегу. Мы радовались, наконец-то вырвались из болот, хотя не имели никакого понятия, куда попадем и что там ожидает нас. В тот же день погрузились в эшелоны. А еще через сутки высадились в степи между Белгородом и Курском.

На Курской дуге назревали бои, но мы об этом пока ничего не знали. Конечно, понимали — не к теще на блины приехали. Будем воевать. Однако совершенно не представляли, что здесь разыграется одна из величайших битв, в которой столкнутся три миллиона солдат и после которой мы уже будем гнать и гнать фашистов до самого Берлина.

А пока стояла тишина. Тишина на огневых, на НП. Это успокаивало, настраивало на мысли о доме. Изредка кружился над головой самолет... Но и он улетал, терялся в дымном небе.

И опять тихо.

Мы старались не выдавать своего присутствия на новой линии обороны. Окапывались только по ночам, зарывались в землю, а чуть свет, прекратив все работы, замирали.

Так прошло около двух недель.

Однажды, когда солнце было уже совсем низко и ложились длинные тени, я пришел на батарею и увидел Ивана Даниловича. Он сидел в конце блиндажа на ящике из-под мин и как-то странно смотрел в одну точку. «Скучает», — подумал я. Скучал не только он, Ожидание надоело всем. В бою и то лучше. Там, по крайней мере, про все забываешь, думаешь только о том, как выжить и победить.

Я присел рядом с Иваном Даниловичем. В конце концов ему надо рассказать о сыне. Да и кто

расскажет, как не я. Каримов в госпитале, и едва ли вернется: пули продырявили ему обе ноги. Да и моя жизнь тоже может оборваться. И тогда Иван Данилович ничего не узнает об Алеше. «Вот сейчас успокоюсь и начну», — подумал я. Но Иван Данилович повернулся и еле слышно вымолвил:

— Старуха померла...

Я не сразу нашелся, что ему сказать, и только представил его одиночество. Дома у Ивана Даниловича больше никого не оставалось.

— Добре, Алешка жив, — прибавил он. — А то совсем с ума сойти можно.

У меня подкатил комок к горлу. Я поднялся, постоял немного и, сам не знаю для чего, приказал вызвать старшего на батарею.

В конце войны меня откомандировали в штаб фронта, а оттуда — на Дальний Восток. В день отъезда Иван Данилович отсутствовал, и я уехал, не простившись с ним. В том же году, после разгрома Квантунской армии, меня демобилизовали. Я, никогда не думавший быть военным и ставший им по случаю войны, бесконечно радовался, что наконец-то, после долгих лет службы, сдам оружие и уеду домой.

...Позади остались синие воды Байкала, туннели, Шаманский камень, покрытые первым осенним золотом леса Сибири. Поезд миновал Омск и подъезжал к Уралу. Я поминутно выглядывал из окна, стараясь не пропустить села Барабихи, что рядом со станцией и вот-вот должно показаться. Это было село Алексея, куда я непременно собирался заехать. Хотелось поклониться местам, где он родился и вырос и где, наверное, сейчас, вернувшись с войны, доживает свой век Иван Данилович.

Едва поезд замедлил ход, подходя к станции, как я уже соскочил с подножки вагона.

С трепетом в сердце подошел к заветной избе. Остановился у крыльца: постучать или обождать немножко? Да, надо успокоиться. Наконец, собравшись с мыслями, потянулся к стеклу. На стук никто не отозвался. Ладно, подожду еще. Меня охватило чувство, будто я стою не у чужого, а у своего дома, в котором не был много лет, и вот сейчас должен встретиться с матерью, хотя знаю, ни дома, ни матери у меня нет с сорок первого года.

Постояв немного, бросил папиросу и открыл дверь. В избе никого не было. Мне стало неловко, и я подумал, что надо выйти, постоять на крыльце, пока кто-нибудь появится. Но выйти уже не мог. Из старой багетовой рамки, висевшей на стене, на меня смотрел Алексей. Он улыбался, сверкая белыми зубами, над его льняным чубом — ветка цветущей яблони. Весна... Я застыл, не в силах оторваться от фотографии. В памяти всплывали картины пережитого. Да, это было тогда в Орле, где начинали службу. Там, на берегу Оки, в саду, который почему-то назывался «Ботаник», и был сделан этот снимок. Мы даже получать его ходили вместе... И вдруг стало казаться, что Алексей жив, что он сейчас войдет в избу... Стук в сенцах вывел меня из полузабытья. Я обернулся и увидел Ивана Даниловича.

— Ох ты, вот удача-то! — воскликнул он и вдруг остановился. — Постой, да ты, никак, майор? Виноват. Сразу-то и не приметил.

— Все. Отслужился я...

Он будто не слышал, вытянулся — руки по швам — пристукнул каблуками: солдат всегда солдат.

Мы сидели и вспоминали бои на Днепре, под Яссами, на мутном Одере, куда довелось дойти вместе. И по тому, как он прищуривал правый глаз, как причмокивал языком, я снова видел того Ивана Даниловича, которого знал на войне. Веселый, разговорчивый, он был душою солдат. Нередко, сидя в окопе, рассказывал какую-нибудь историю и порой подсыпал такого перцу в свой, наверняка, выдуманный рассказ, что все покатывались со смеху.

Поделиться:
Популярные книги

Вторая невеста Драконьего Лорда. Дилогия

Огненная Любовь
Вторая невеста Драконьего Лорда
Любовные романы:
любовно-фантастические романы
5.60
рейтинг книги
Вторая невеста Драконьего Лорда. Дилогия

Магия чистых душ 3

Шах Ольга
Любовные романы:
любовно-фантастические романы
5.00
рейтинг книги
Магия чистых душ 3

Начальник милиции. Книга 4

Дамиров Рафаэль
4. Начальник милиции
Фантастика:
попаданцы
альтернативная история
5.00
рейтинг книги
Начальник милиции. Книга 4

Лучше подавать холодным

Аберкромби Джо
4. Земной круг. Первый Закон
Фантастика:
фэнтези
8.45
рейтинг книги
Лучше подавать холодным

Пространство

Абрахам Дэниел
Пространство
Фантастика:
космическая фантастика
5.00
рейтинг книги
Пространство

Глубина в небе

Виндж Вернор Стефан
1. Кенг Хо
Фантастика:
космическая фантастика
8.44
рейтинг книги
Глубина в небе

(Бес) Предел

Юнина Наталья
Любовные романы:
современные любовные романы
6.75
рейтинг книги
(Бес) Предел

Безродный

Коган Мстислав Константинович
1. Игра не для слабых
Фантастика:
боевая фантастика
альтернативная история
6.67
рейтинг книги
Безродный

Хозяйка покинутой усадьбы

Нова Юлия
Любовные романы:
любовно-фантастические романы
5.00
рейтинг книги
Хозяйка покинутой усадьбы

Возвышение Меркурия. Книга 13

Кронос Александр
13. Меркурий
Фантастика:
попаданцы
аниме
5.00
рейтинг книги
Возвышение Меркурия. Книга 13

Всемирная энциклопедия афоризмов. Собрание мудрости всех народов и времен

Агеева Елена А.
Документальная литература:
публицистика
5.40
рейтинг книги
Всемирная энциклопедия афоризмов. Собрание мудрости всех народов и времен

Младший сын князя. Том 2

Ткачев Андрей Юрьевич
2. Аналитик
Фантастика:
фэнтези
попаданцы
аниме
5.00
рейтинг книги
Младший сын князя. Том 2

Саженец

Ланцов Михаил Алексеевич
3. Хозяин дубравы
Фантастика:
попаданцы
альтернативная история
фэнтези
5.00
рейтинг книги
Саженец

Кодекс Крови. Книга III

Борзых М.
3. РОС: Кодекс Крови
Фантастика:
фэнтези
попаданцы
аниме
5.00
рейтинг книги
Кодекс Крови. Книга III